Улыбнитесь, вы уволены

Локвуд Кара

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Улыбнитесь, вы уволены (Локвуд Кара)

Кому: Jmcgregor@maximumoffice.com

От кого: Ferguson@maximumoffice.com

Дата: 15 февраля 2002, 9:05

Тема: FW: RE: Уведомление об увольнении на неопределенный срок

Джейн,

прочтите следующее сообщение.

Уважаемый (введите имя сотрудника)!

К сожалению, мы должны сообщить, что Ваша должность в корпорации «Максимум Офис Саплайз» ликвидирована.

Просим сделать все от Вас зависящее, чтобы мы расстались друзьями:

1. Освободите свой стол к 12:00. Из уважения к своим коллегам, которые сегодня утром попытаются работать, сделайте это тихо.

2. Не забирайте то, что Вам не принадлежит!Каждый сотрудник, замеченный в выносе из здания канцелярских принадлежностей, мебели или компьютерного оборудования, будет привлечен к ответственности за кражу.

3. Не делайте вид, что Вы по-прежнему здесь работаете, это уже не так!Вы больше не можете рассчитывать на корпоративные блага, как-то: бесплатные кофе и содовая или пользование нашим спортзалом.

4. Агрессивность Вам только повредит!Буйное поведение повлечет соответствующие меры со стороны охраны.

Давайте объединим наши усилия и единой командой двинемся к новым вершинам!

Да здравствует команда «Максимум Офис»!

Майк Орефус,

вице-президент, подразделение Среднего Запада,

«Максимум Офис Саплайз».

1

По-моему, когда увольняешь человека, нужно иметь совесть сделать это лично. Но мой босс, занимающий в пищевой цепочке место после навозного червя, струсил и ничего мне не сказал. Известие пришло по электронной почте.

Конечно, я не рассчитывала на море слез и пристыженные оправдания (хотя было бы приятно). Только на элементарную вежливость. Например, не отказалась бы от салюта в двадцать один залп, но это мое личное мнение. Папа всегда говорит, что у меня завышенное представление о своем месте в мире.

Три дня назад, сразу после Дня святого Валентина, я попала под массовое сокращение: наша компания уволила 1000 сотрудников на неопределенный срок. Мы выпускаем офисные принадлежности. Главным образом печатаем всякие бумажки — те самые голубые блокноты для записи телефонных сообщений, самоклеящиеся листочки для заметок и увольнительные бланки, так что иронию судьбы я уловила. Я занималась дизайном и разработками в таких увлекательных проектах, как обновление стиля записок «Пока вас не было» и составление инструкций для бутылочек с корректирующей жидкостью.

В мой последний день на работе босс (каждый день я просыпаюсь с надеждой, что в будущей жизни он станет грибком на ногтях, — это очень плохо, да?), плешивый, жирный, дурно пахнущийчеловек с лоснящимися сальными прядками на затылке и над ушами, поморгал на меня черными глазами-бусинками и сообщил:

— Твое выходное пособие могло быть больше, но ты израсходовала все отгулы.

Очевидно, я должна радоваться. Некоторых уволили сообщением на автоответчике. А другие получили эту новость строкой, бегущей по экрану пейджера.

Самое ужасное — увольнение ставит крест на твоей мечте ворваться в офис босса, сказать ему, что он может сделать со своими отчетами, и выйти под несмолкаемые аплодисменты зрителей.

— А Майк знает? — спросила я у босса. Майк Орефус — вице-президент подразделения Среднего Запада и по стечению обстоятельств человек, с которым я встречалась уже семь месяцев.

— Знает, — ответил босс. — Он сам подписал приказ.

Увольнительный бланк, вопреки традициям, не был розовым. Он даже не был бланком. Просто обычный листок бумаги — белый, с широкими полями, форма заполнена шрифтом «Гельветика», двенадцатый кегль.

— Послушай, мы оба понимаем, что придется расстаться, — заявил Майк, когда в тот же день я вошла к нему в кабинет. Он смотрел не на меня, а на фотографию в рамочке на своем столе: его шоколадный Лабрадор, Бадди. Я не поняла, про что он — про мою работу, про наши отношения или про то и другое.

— Ты меня увольняешь и бросаешь одновременно? —выдавила я. Я надеялась хоть на какое-то сочувствие. Мне казалось, Майк не из тех, кто собьет тебя машиной, после чего проедется по тебе еще и задним ходом.

— Брось, Джейн, ты ведь знаешь, сокращение штатов — не моя идея. Это приказ сверху. — Он вздохнул. — И ты должна была понять, что наше приключение закончилось. Я ведь тебе почти неделю не звонил. Могла бы догадаться.

А я-то поверила, когда Майк сказал, что не может болтать, поскольку завален работой.

— Я считала, ты просто занят.

— Не смеши меня.

Он говорил раздраженно и резко. Таким тоном разговаривают все мужчины, когда бросают тебя. Они чувствуют, что это не очень хорошо, а потому стараются свалить всю вину с больной головы на здоровую.

— Но я думала…

Похоже, сейчас не самое подходящее время сообщать ему, что именно я думала о нашем с ним будущем. И что тайком листала свадебные журналы в газетных киосках. Не то чтобы рассчитывала на предложение, но ведь после семи месяцев всякоеможет случиться.

— Я думала, ты меня любишь, — закончила я.

Майк только поморщился и с досадой покачал головой:

— Надеюсь, ты не собираешься плакать?

Я не стала плакать. Я вообще не плакса. Никогда не плачу в кино. Даже когда смотрела «Клуб радости и удачи», не проронила ни слезинки. Мой бывший парень Рон говорит, у меня гранитное сердце. Но он по специальности геолог, кто знает, что он имеет в виду. Бывают, конечно, моменты, когда и у меня слезы наворачиваются на глаза. Например, если выщипываю брови или смотрю на банковский счет с остатком средств на моей карточке. Просто я не слишком сентиментальна. Я два года занималась дизайном записок «Пока вас не было» и «Отправить по почте», а такая работа как-то не способствует романтическому настрою.

К тому же мне случалось терять и куда лучшие должности, и гораздо лучших парней. По крайней мере, мне так кажется.

Меня уволили уже в третий раз, а мне всего двадцать восемь. Папа твердит, что я должна найти свою нишу. «Увидишь пробел — заполняй его» — вот его слова.

Я профессионал разового употребления. Меня всегда выгоняют первой.

Когда я сообщила маме об очередном увольнении, она сказала:

— Что ж, дорогая, посмотри на это с другой стороны. Теперь у тебя появится больше времени для свиданий.

Я тощая, но не надо мне завидовать. Думаете, приятно, когда в начальной школе тебя дразнят скелетом? Конечно, теперь я осознаю свои выгоды, — теперь, когда выросла. И все-таки иногда мне снится забияка Шейла, которая пихала меня на шведскую стенку и обзывала «зубочисткой». Уж я-то выстрадала право влазить в джинсы для мальчиков.

А еще я плоская. У некоторых мужчин грудь пышнее. Наверное, стоит потратиться на «чудо-лифчик», но мне кажется, это нечестно.

У меня медово-золотистые — правда, не от природы — волосы. Обычно я завязываю их узлом на макушке. По дому я хожу в толстых очках в квадратной оправе; по-моему, я в них похожа на певицу Лизу Лоэб, но моя подруга Стеф говорит, что скорее на певца Элвиса Костелло.

Вообще-то энергичной меня не назовешь. Но в «Максимум Офисе» я старалась. Не просто старалась — из кожи вон лезла. Естественно, я хотела впечатлить Майка, самого молодого — тридцать пять лет — вице-президента в компании. Майк выглядел на тридцать, выслушивал на совещаниях мои идеи и поздравлял меня, словно профессор — любимую ученицу. Я почти каждую неделю работала по пятьдесят часов. Теперь это время кажется мне потраченным впустую. Могла бы смотреть в свое удовольствие «Правдивую голливудскую историю».

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.