Повседневная жизнь на острове Святой Елены при Наполеоне

Мартино Жильбер

Серия: Живая история: Повседневная жизнь человечества [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Повседневная жизнь на острове Святой Елены при Наполеоне (Мартино Жильбер) МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ — ПАЛИМПСЕСТ, 2008

Смерть и бессмертие

 Автор этой книги — в своем роде человек удивительный. Прожив в качестве хранителя Французских владений на острове Святой Елены около сорока лет, он целиком посвятил себя выискиванию и изучению всего того, что сохранилось со времени пребывания там Наполеона и его маленькой свиты (1815—1821 годы).

Следует отметить, что ко времени выхода книги, лежащей перед нами, этот период жизни великого полководца — фактически период его агонии — оставался наименее изученным. Оно и понятно: для французских историков затерянный в океане маленький остров, хозяева которого не отличались гостеприимством, был малодоступен; что же касается хозяев Святой Елены, англичан, то они менее всего были заинтересованы в «вынесении сора из избы», прекрасно понимая, что обнародование подлинных материалов о пребывании Наполеона на острове отнюдь не украсит их.

И все же в этих, крайне невыгодных для себя условиях Жильбер Мартино сумел сделать то, что не удавалось никому ни до, ни после него. Подобно опытному детективу, он проник в «святая святых» острова, не оставив без внимания ни единой щели, и на основе собранного материала воссоздал полную картину повседневной жизни императора французов и его окружения.

Мартино разделил свою книгу на шесть глав. Но фактически она отчетливо распадается на две части. Первая целиком посвящена жизни и смерти Наполеона, вторая — его антуражу в самом широком смысле слова. Но мастерство автора сказывается в том, что эта вторая, гораздо более объемная часть построена по принципу зримого или незримого присутствия в каждой из ее пяти глав неизменно все того же главного героя, сохраняя ощущение его прямой или косвенной связи со всеми видными лицами и событиями на острове.

Повествуя о смертельной болезни Наполеона, Мартино внимательно прослеживает все ее фазы вплоть до самого рокового дня 5 мая 1821 года. При этом характерно, что он и словом не обмолвился об отравлении венценосного узника, видно, не признавая широко бытующую версию. Вместо этого он убедительно показал, как происходило моральное умерщвление его героя, и ради этого возвел на одно из важнейших мест в книге своеобразного антигероя — губернатора острова Хадсона Лоу Этому персонажу автор уделил лишь немногим меньше места, чем Наполеону, и заклеймил его с чисто шекспировской широтой. Завистливость, тупость, жадность, нетерпимость, самовлюбленность, лживость — все возможные пороки присваивает автор хозяину Святой Елены, и все эти пороки обрушиваются на голову его пленника, который оказался не в силах выдержать столь мерзкий и непомерный груз.

Вокруг этих двоих так или иначе вращаются все остальные участники драмы. Главное место среди них занимают спутники Наполеона — Бертран и Монтолон с супругами, Лас Каз с сыном и камердинер Мар-шан. Все они порознь и в совокупности мало украшают жизнь своего шефа — недаром, по одной из версий, именно Монтолон участвовал в предполагаемом отравлении Наполеона.

За ними следуют иностранные комиссары — комиссары-наблюдатели: французский, австрийский и русский. На их характеристики Мартино не пожалел сарказма. Впрочем, в адрес русского комиссара, графа Бальмена, у него нашлось и несколько уважительных слов.

Фоном для всего этого является подробное описание природы острова, армии и флота, его охраняющих, санитарных условий, продовольственных проблем и повседневной жизни местного населения, включая «белую знать», «цветных» рабов и китайцев.

В целом книга Мартино производит сильное впечатление, которое остается надолго. И все же нельзя не отметить одного теневого момента, связанного, видимо, с тем, что книга создавалась в течение длительного времени и по частям, а не сразу. В ней встречаются противоречия, повторы и, что хуже всего, неясные места. Впрочем, это не может влиять на общую оценку книги. Перед нами поистине кладезь уникальных сведений, связанных с агонией великого завоевателя, обессмертившего своим присутствием маленький остров, затерянный в океане.

А П. Левандовский, 8 декабря 2007 года

Предисловие к французскому изданию

Если бы бывший Император был сослан не на остров Святой Елены, а в другое, пусть даже очень удаленное место, последние годы его жизни наверняка были бы иными, и создать его легенду было бы много труднее. Хотя нет сомнений, что замкнутый мирок какого-нибудь другого Лонгвуда, состоящий из тех же людей, породил бы ту же мелочную низость и другой Хадсон Лоу выказывал бы такую же бессмысленную жестокость. Но Святая Елена добавила к этому жуткое ощущение замкнутости, отверженности от остального мира, а тамошняя природа, климат и окружение действовали губительно на тело и погружали в отчаяние душу.

Ибо последний период жизни бывшего Императора не ограничивается лишь его домом в Лонгвуде, который вскоре он откажется покидать, занятый постоянной борьбой за утверждение собственного статуса, дабы отстоять свое положение вопреки английским тюремщикам.

Его спутники постоянно поддерживают сношения с внешним миром, и посетители — случайные или нет — нередко проникают за строго охраняемую ограду парка.

Наполеон, как может, управляет своим маленьким двором, диктуя для потомков заново составленную историю собственной жизни и собственного царствования, но он не может не замечать те несколько тысяч человек, которые его окружают, да и не хочет этого: его характер не позволяет ему замыкаться в неприятии внешнего мира. Однако это маленькое общество занято лишь самим собой и удручающе посредственно.

Только Жильбер Мартино, хранитель Французских владений на Святой Елене, проживший там без малого сорок лет, был способен поведать и сделать нам понятной эту удивительную историю. Этот крохотный островок, не слишком гостеприимный, но обитаемый, маленькая гавань в Южной Атлантике, за пять лет был превращен в крепость с помощью Королевского флота и солдат Его Величества, заставивших местных жителей, прозванных Yamstocks (едоки батата), их черных рабов и их китайских работников волей-неволей самим стать почти что пленными и помощниками тюремщиков.

Автор не интересуется хронологией (на эту тему существуют хорошие работы), он хочет дать нам почувствовать то, что никто другой не мог описать изнутри: бесконечное однообразие дней на сыром плато Лонгвуда и монастырское существование его обитателей, все действия которых в той или иной мере связаны с пленником, «чей характерный силуэт вырисовывается за решетчатыми ставнями».

В домах Джеймстауна, в коттеджах, расположенных в долинах, в солдатских лагерях, в резиденции губернатора, на дозорных кораблях и рыбачьих лодках все вертится вокруг Наполеона. Решив держать в качестве пленника генерала Буонапарте, объявив его вне закона и не признавая его сувереном, английская олигархия, говоря словами Наполеона, сделала причастным к его заточению всех жителей острова, как родившихся там, так и приезжих.

Нечасто бывало, чтобы в трагическом эпизоде истории участвовало столько заурядных людей, не обладающих ни умом, ни великодушием, столько статистов, помимо воли оказавшихся в таком неприютном месте вокруг столь необыкновенного человека. Контраст этот не может не потрясать. Уникальные знания и талант позволяют Жильберу Мартино воссоздать то, о чем ранее никогда не рассказывалось. Воистину, это «жизнь Гулливера под властью лилипутов».

Причастность к обеим культурам, французской и английской, образование морского офицера, литературный вкус, восприимчивость и чувство юмора позволили ему описать условия умервщления Наполеона, конечно, больного физически и лишенного должного ухода и лечения, но главным образом умервщляемого морально удручающими материальными условиями и гнетущим окружением.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.