Последнее дело Блина

Некрасов Евгений Львович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Последнее дело Блина (Некрасов Евгений)

Глава 1

Удивительный новичок

В лагере быстрая жизнь. Собираются на площади незнакомые люди, и вдруг оказывается, что они — уже второй отряд.

Сели в автобус, чья-то бабушка кричит: «Витенька, сладенький! Не забывай менять носочки!» И готово: теперь Витеньку до конца смены будут звать Сладей, а уж про бабулины носочки ему только ленивый не напомнит.

Пока доехали, перезнакомились и раздали еще с полдесятка прозвищ.

Пока делили кровати в спальне, успели понять, что есть во втором отряде человек, с которым не стоит связываться. Его стали звать Полковником. Он сам так захотел.

Лагерь большой. Среди мрачноватых елей разбросано два десятка отрядных корпусов. Между ними понастроено всякой всячины для счастливого детства. К примеру, армейская полоса препятствий с «мышеловкой» из низко натянутой проволоки, стеной дома без оконных рам и рвом, залитым желтой водой. Есть и стадион, и бассейн, и качели для малышни, и медвежонок в клетке. А за оградой — лес на все четыре стороны. Туда запрещено ходить, но все равно ходят.

В первый день замечаешь, что кому интересно.

На второй уже знаешь, у кого какие привычки.

За три дня разбираешься в характерах, находишь друзей и обзаводишься недругами.

Когда к вечеру в отряде появляется еще один человек, ему нелегко вписаться. Он уже как будто лишний. Новичок.

— Здравствуйте, — громко сказал новичок. Он стоял в дверях и оглядывался. Слева десять кроватей, справа десять кроватей, и на них — девятнадцать очень занятых парней.

Кто валялся в постели с книжкой, кто раздевался, кто вяло перебрасывался подушками. Сладя разглядывал босые ноги, размышляя, мыть или не мыть. Фунтик и Артем подложили ему под простыню веник и теперь ждали, когда Сладя на него уляжется. Полковник с Максом, поставив локти на тумбочку, мерились силами. Дрожащая рука Макса уже клонилась книзу.

На новичка покосились — парень как парень: белобрысый, по-городскому незагорелый. На поясе джинсов пейджер, но будущих девятиклассников такими штучками не удивишь. Никто не стал отвлекаться. Еще неизвестно, что это за новичок. Может, с ним и здороваться не стоит.

Кровать рядом с Полковничьей пустовала. К ней и направился новичок, на ходу сбрасывая с плеч лямки старого рюкзака.

— Занято, — сказал Полковник и со стуком припечатал руку Макса к тумбочке. Очень веско у него получилось. Значительно. Мол, сам видишь, что не занято, но попробуй возрази, когда я первый силач отряда!

— Ага, — поддакнул новичок и швырнул рюкзак на спорную кровать.

Это был вызов! Догадливый Макс испарился, уступая место новичку, а Полковник молча поставил на тумбочку локоть.

Р-раз! Послышался деревянный стук. Второй отряд не успел ничего понять. Ручища Полковника уже была прижата к тумбочке, и какая ручища! Узкая ладонь новичка скрылась в ней, как в большой варежке.

Второй отряд сорвался с кроватей и обступил борющихся.

— Жухаешь! Ты неожиданно начал! — кричал Полковник. — И еще, я устал! Я всех тут переборол!

Это было тонкое вранье. Придраться вроде не к чему: да, всех переборол. Но когда? Еще в первый день! А сегодня он мерился силами только с Максом, и то невсерьез, потому что Макс был даже не вторым силачом отряда, а четвертым или пятым.

Новичок, понятно, этого не знал, но чему-то усмехнулся и поставил на тумбочку левую руку.

— Если устал, то давай мериться левыми. По команде. Считаю до трех. Один, два…

Можно было спорить, сжульничал новичок в первый раз или нет, а вот Полковник точно хотел сжульничать: нажал насчет «два». Рука новичка дрогнула.

— Ага! — обрадовался за Полковника Макс.

— Три, — досчитал новичок и медленно уложил руку противника на костяшки пальцев.

За полминуты первый силач отряда стал вторым. Не понимал этого только сам Полковник.

— Теперь я буду считать, — объявил он и скороговоркой отбарабанил: — Раз-два-три! Ой!

Снова деревянный стук. Ручища Полковника брыкнулась на тумбочку, как тряпочная.

— Так что, занята кровать? — спросил новичок.

— Почему? Свободна. Я хотел сказать, что на ней постели нет — простыней там, наволочек, — заюлил Полковник. — А вообще — занимай коечку. Нам сильные парни нужны. Мы с тобой…

— Спасибо, — не дослушал новичок, — но мне вообще-то надо вон туда. — И он показал в дальний угол.

Сказано было убедительным тоном, но непонятно: почему «надо»? Что за надобность такая? Место в углу считалось неудобным: во-первых, далеко от выхода, во-вторых, близко от воспитателя Пети. Он слышит все твои разговоры после отбоя (а после отбоя самые разговоры и начинаются) и рычит за своей перегородкой.

— Чья там кровать? — спросил новичок.

Все молчали. В тишине стало слышно мирное посапывание. Хозяин кровати в неудобном углу спал.

— Это Аксакал, — презрительно бросил Полковник. — Снэжный челавэк: с гор спустился, в трех елках заблудился. На самом деле заблудился — он в жизни леса не видал. Сгони его, если охота, но коечка рядом со мной — не для него. Пускай хоть на полу спит.

Новичок помрачнел:

— Знаешь, как это называется?

— Знаю. В армии это называется дедовщина. Солдатские «деды», кто служат по второму году, делят сахар, масло и места в казарме. А молодые чистят им сапоги и вообще летают мухой. И правильно. На «дедах» армия держится, они службу знают.

— А при чем здесь ты? — не хотел понимать новичок.

— Я Полковник, — усмехнулся бывший первый силач. — То есть у меня отец полковник, а я, получается, с ним. Будь спок, я службу знаю — по военным городкам рос!

— Странно, — заметил новичок, — я думал, что это лагерь Министерства обороны. Здесь, наверное, у многих отцы офицеры.

— Да. Но в нашем отряде я один Полковник!

Новичок оценивающе посмотрел на битого противника и припечатал:

— Ну какой ты Полковник?! Ты на «Полю» еле тянешь!

Второй отряд замер. Вот так и даются прозвища. Брошенное вскользь меткое словцо прилипает к человеку, и с этим уже ничего не поделать. Полковник, самый крутой парень в отряде, превратился в несолидного Полю! Все ждали, что вот-вот он сцепится с новичком.

— Пойдем, выйдем! — охрипшим голосом потребовал разжалованный Полковник.

Новичок покачал головой:

— Завтра, если хочешь.

— Ага, слабо!

— Не слабо, а неинтересно. Сейчас я тебя побью, завтра ты с кем-нибудь вдвоем побьешь меня, потом я найду себе товарища, и мы побьем вас. И все мы будем жить богатой событиями жизнью… Не стоит даже начинать, ей-богу.

— Ах, так! — Поля привстал. Его приятель Макс уже заходил новичку за спину. Тот заметил маневр и равнодушно бросил через плечо:

— Сиди. Честно говорю, так лучше будет.

— Куда хочу, туда и иду! — огрызнулся Макс, но сел.

Полковника скорее побаивались, чем любили. Он понял, что в драке никто не встанет на его сторону, и тоже сел, тяжело дыша.

На этом интересном месте, как всегда вовремя, появился Петя. Рост чуть ниже потолка, бицепсы, как мячи для регби. У девчачьей половины отряда свой воспитатель — Марина Анатольевна, а у мальчишек — такой вот Петя. Бывший армейский спецназовец, диверсант. Как он оказался воспитателем в лагере, для всех загадка. Ему бы в разведку ходить за «языком», а он ест утреннюю манную кашку и отлавливает мальчишек, убежавших в лес жечь костры.

Воспитатель-диверсант обменялся взглядами с невозмутимым новичком, посмотрел на взъерошенного Полю. В обстановке он, конечно, разобрался, но виду не подал и бодрым голосом сказал:

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.