Земляк

Твен Марк

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Земляк ( Твен Марк)

Однажды я предпринялъ прогулку на пароход изъ Люцерна въ Флюеленъ.

Былъ великолпный солнечный день; подъ защитой парусиннаго навса пассажиры, сидя на лавкахъ верхней палубы, болтали и смялись; время отъ времени раздавались восторженныя восклицанія по доводу волшебной панорамы природы. И дйствительно, трудно придумать боле эстетическое наслажденіе, чмъ прогулка по этому озеру! Горы продлывали все новыя и новыя чудеса: то он выростали прямо изъ самаго озера, то возносились подъ самыя небеса, такъ что нашъ крошечный пароходикъ, казалось, совсмъ терялся подъ ихъ ногами.

Это не снговыя вершины. Но все-таки главы ихъ теряются въ облакахъ и при томъ он не торчатъ голыми скалами, а, напротивъ, одты зеленью, на которой глаза останавливаются съ пріятностью и удовольствіемъ; ихъ склоны такъ круты, что невозможно себ представить, чтобы на нихъ могла удержаться человческая нога, однако, они испещрены вверхъ и внизъ тропинками, которыми швейцарцы пользуются каждодневно.

Иногда главы могучихъ горныхъ исполиновъ, свшивались совсмъ впередъ, подобно ширившейся крыш мансарды и на высочайшихъ точкахъ ихъ, едва доступныхъ глазу, лпились, какъ ласточьи гнзда, крошечныя хижины поселянъ, выбравшихъ себ по истин воздушное мстопребываніе! Но если какой-нибудь изъ этихъ поселянъ вздумаетъ заняться сомнамбулизмомъ или его ребенокъ, гуляя въ палисадник, полетитъ оттуда кубаремъ, — какое длинное путешествіе съ этихъ заоблачныхъ высотъ предстоитъ ихъ родственникамъ, прежде чмъ они разыщутъ кости этихъ несчастныхъ! И все-таки лачужки ютятся тамъ такъ красиво, кажутся такими удаленными отъ всего тревожнаго міра, погруженными въ атмосферу такого сладкаго, блаженно-соннаго покоя, что тотъ, кто хоть разъ попробовавъ пожить тамъ наверху, наврное, не захочетъ снова спуститься къ намъ внизъ.

Озеро извивается самыми прихотливыми изгибами среди этихъ громадныхъ зеленыхъ стнъ и съ возростающимъ восхищеніемъ вы видите, какъ величественная панорама то свертывается и исчезаетъ за вами, то снова въ новой прелести развертывается передъ вашимъ взоромъ! Порою меня пронизывалъ полный нги трепетъ неожиданности: передо мной внезапно выростала блестяще-блая громада далекой, надъ всмъ господствующей Юнгфрау или другого снжнаго исполина, который свшивался головой и плечами надъ вершинами Альпъ средней вышины. Въ то время, какъ я пожиралъ глазами одну изъ подобныхъ картинъ, углубившись всею душою въ ея созерцаніе и стараясь, насколько возможно, продолжить это наслажденіе, я услышалъ вдругъ позади себя молодой добродушный голосъ, спрашивавшій:

— Вы, конечно, американецъ? Я — тоже!

Это былъ юноша лтъ 18–19, стройный, средняго роста, необычайно подвижный, съ открытымъ лицомъ, добродушнымъ и оживленнымъ, съ безпокойными подслповатыми глазками, съ чуточку вздернутымъ носомъ, стремившимся какъ будто избгнуть встрчи съ первымъ пушкомъ молодыхъ усовъ и съ нсколько отвислою челюстью. На немъ была низкая шляпа съ широкими полями и съ синей лентой, на которой спереди былъ вышитъ блый якорь; его пиджакъ, брюки, жилетка, словомъ, весь костюмъ отличались изяществомъ и модой; изъ-за ловко сидвшихъ кожанныхъ туфель, завязанныхъ черными шнурками, выглядывали красные полосатые носки; голубой галстухъ на значительно открытомъ воротник; небольшія брилліантовыя запонки на груди; безукоризненно сидящія перчатки; блоснжныя манжеты съ крупными запонками, изображавшими собачью голову (англійскаго мопса) изъ оксидированнаго серебра; такая же собачья морда съ красными стеклянными глазами — въ вид набалдашника на его тросточк… Онъ держалъ подъ мышкой нмецкую грамматику Отто; волосы его были коротко подстрижены, припомажены и, — какъ я замтилъ, когда онъ повернулся, — съ тщательно проведеннымъ проборомъ. Онъ вынулъ изъ красиваго портсигара сигаретку, вставилъ ее въ пнковый мундштукъ, обернутый въ футляръ изъ марокской кожи и нагнулся къ моей сигар. Пока онъ закуривалъ, я сказалъ:

— Да, я американецъ!

— Я такъ и зналъ!.. я сразу узнаю американцевъ!.. На какомъ пароход вы совершили перездъ?

— На «Hobsoctia».

— А мы на Батавіи, Эйнардъ, конечно, знаете? Каковъ былъ переходъ?

— Довольно бурный.

— И мы тоже… Капитанъ говорилъ, что тамъ свжо рдко бываетъ. Вы откуда?

— Изъ Новой Англіи.

— А я изъ Нью-Блюммфельда. Съ кмъ вы путешествуете?

— Съ однимъ моимъ пріятелемъ.

— А я совсмъ нашимъ семействомъ; путешествовать одному ужасно скучно. Какъ вы находите?

— Да, конечно…

— Бывали вы уже здсь раньше?

— Да.

— А я нтъ. Это мое первое путешествіе по Швейцаріи; за то мы бывали уже повсюду: и въ Париж… и везд. Въ будущемъ году я долженъ поступить въ Гарфордскую коллегію и теперь изучаю здсь нмецкій языкъ; безъ знанія этого языка меня туда не примутъ. По французски я говорю довольно свободно; по крайней мр, въ Париж я прекрасно обходился. Въ какомъ отел вы остановились?

— Въ отел «Schweizerhof».

— Да? Неужели? А я васъ не зрлъ ни разу въ салон! Я очень часто хожу въ салонъ: тамъ всегда масса американцевъ, и я завожу знакомства. Я узнаю американца моментально, тотчасъ же заговариваю и, такимъ образомъ, мы знакомимся. Я очень люблю новыя знакомства. И вы тоже?

— Да, пожалуй…

— Это значительно оживляетъ такую поздку, какъ, напримръ, сегодняшняя; заводя новыя знакомства и болтая то съ тмъ, то съ другимъ; никогда не рискуешь соскучиться; если бы никого не нашлось, съ кмъ можно бы было познакомиться, то такая поздка показалась бы въ высшей степени утомительной. Я очень люблю разговаривать. А вы?

— Страстно люблю!

— Такъ что вы не скучали сегодня во время этой поздки?

— Да, немножко — въ начал, но теперь нтъ.

— Вотъ видите! Надо только прогуливаться вотъ такъ по пароходу, разговаривать и знакомиться, — я всегда такъ и длаю: разгуливаю туда и сюда, разговариваю то съ тмъ, то съ другимъ, — и поэтому никогда не скучаю… Вы уже были на Риги?

— Нтъ.

— А думаете?

— Да, думаю.

— Въ какомъ отел вы тамъ остановитесь?

— Не знаю еще. Разв тамъ ихъ нсколько?

— Три. Остановитесь у Шрейбера: тамъ вы всегда найдете массу американцевъ. На какомъ пароход вы совершили перездъ?

— На «City of Antwerp».

— Вроятно, нмецкаго общества? Предполагаете вы побывать въ Женев?

— Непремнно.

— Въ какомъ отел вы тамъ остановитесь?

— Въ «Ecu de Gen`eve».

— Нтъ, не длайте этого! Тамъ никогда нтъ американцевъ! Лучше остановитесь въ одномъ изъ большихъ отелей у моста, — тамъ ихъ всегда множество!

— Но я хотлъ бы поупражняться въ арабскомъ язык!

— Праведное небо! Вы говорите по арабски?

— Настолько, по крайней мр, что меня понимаютъ.

— Но въ Женев васъ не поймутъ: вдь тамъ говорятъ не по арабски, а по французски! Въ какомъ отел вы остановились здсь?

— Въ пансіон «Beau Rivage».

— Какъ жаль! Вамъ бы слдовало остановиться въ отел «Schweizerhof», — вдь это же лучшій изъ отелей во всей Швейцаріи. Разв вы не знали? Посмотрите въ Бедекер…

— Да, но я думалъ, что не найду тамъ американцевъ…

— Не найдете американцевъ? Боже мой! Ихъ тамъ кишмя-кишитъ! Я очень часто бываю въ тамошнемъ салон и завожу знакомства, — къ сожалнію, теперь нсколько меньше, чмъ въ начал, - такъ какъ теперь тамъ гораздо меньше жильцовъ… Вы откуда?

— Изъ Арканзаса.

— Вотъ какъ! А я изъ Новой Англіи, я живу въ Нью-Блюмфельд… Сегодня прекрасная погода! М вы тоже находите?

— Божественно!

— И я такъ думаю! Я очень люблю разгуливать вотъ такъ, туда и сюда, заговаривать то съ тмъ, то съ другимъ и заводить новыя знакомства. Американцевъ я узнаю моментально, — тотчасъ же подхожу и заговариваю. Я потому-то и не скучаю никогда въ подобныхъ прогулкахъ, что завожу новыя знакомства и разговариваю; я очень люблю разговаривать, если только нахожу подходящаго для того человка. А вы какъ?

— Да, это ужасно пріятно!

— И я такъ думаю! Иные люди берутъ съ собой книжку и читаютъ ее; другіе восторгаются природой, озерами и горами, — но я этого никогда не длаю! Пусть себ они длаютъ, какъ имъ нравится, мн это не по вкусу, — я люблю разговаривать… Вы были уже на Риги?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.