Звездный колокол

Эльтеррус Иар

Серия: Факторы [3]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Звездный колокол (Эльтеррус Иар)

ПРОЛОГ

Орин

— Зная, кто они такие…

— А кто они такие?

— Не смеши меня. Огден, это уже действительно не дело.

— Ты не передавал мне информацию по ним. Так что на вопрос «кто они такие?» можешь ответить только ты, Гарай. Как руководитель кластера.

— Ты зря ссорился с ними. Очень зря. Потому что сейчас твои ссоры и этот твой последний экзерсис с тестами начинают работать против нас.

— Нас?..

— Именно нас.

— Ты хочешь сказать, что они — какие-то существа высшего порядка, что ли?

— Я этого не говорил. Но… смотри, что получается. То, что они, все трое, что-то необычное, — знают все. Все без исключения. Начиная от Аарн, заканчивая Эрсай. И я бы очень хотел попросить тебя впредь быть с ними несколько более осторожным. Вообще, если серьезно, они уже не нужны Официальной службе.

— Даже так? По-моему, несмотря на ряд недостатков, они более чем неплохие специалисты.

— Специалисты — да, но… они заигрались, ты не находишь? Я не веду речь об увольнении, но я был бы только «за», если бы они… как бы так сказать… были максимально далеко от активных центров структуры. Или…

Молчание. Тяжелый вздох.

— Или чтобы их вообще не стало?

— Огден, что ты себе позволяешь?!

— Я себе позволяю говорить вслух то, что у тебя, Гарай, произнести — кишка тонка. Ты подумал, я сказал. Можешь не начинать, я не предлагаю таких радикальных мер. Но если они пойдут туда, куда рвутся пойти, все может решиться само по себе.

— Знаешь что, Огден… Если бы я мог, я бы тебя уволил. К сожалению, не могу. Ты…

— Что — я?

— Ты слишком жесток. Это подло.

— Это не подло, — смешок. — Это закономерно. Можешь не волноваться, Гарай. Сейчас они ушли, так сказать, на вольный выпас. На Терру-ноль.

— На что ушли, я не понял?

— Когда животное пасется без пастуха, это называется вольный выпас. Пастуха у них там толком нет, так что некому обезопасить их от неприятностей.

— Слишком рискованно.

— Для кого?

— А вот это действительно хороший вопрос…

Часть первая

ИСХОД

Орин

Бегство

— Эй, с тобой все в порядке?

Боевик стоял посреди комнаты и растерянно улыбался. Приглушенный свет рисовал его высокую фигуру на фоне черного, залитого дождем окна: глубокие темные тени, неожиданный отблеск на смуглой коже, длинный светлый шрам на загорелом предплечье. И поза — этакая спокойно-расслабленная готовность к броску. Ну и реакции! Змеи отдыхают…

Нужно собраться с силами и ответить.

А не получается.

Внутри — свернутая в тугой узел колючая проволока, и непонятно из-за чего. То ли из-за того, что он ударил, то ли из-за чего-то другого — настолько мерзкого и постыдного, что даже думать про это не хочется.

— Ну, ты и псих, — в голосе боевика послышалось неподдельное уважение. — С тобой все нормально? Вызвать кого-нибудь? Да не молчи ты, отвечай, давай!..

— Нет, — с трудом выговорил Ит. — Не надо никого вызывать.

— Может, хоть встанешь? — Боевик сделал шаг вперед, и Ит против воли еще сильнее вжался спиной в стену. — Помочь?

— Нет. Сейчас…

Для того чтобы встать, надо, как минимум, сначала разогнуться. Попробовать. Не получается. Больно. Хотя если вот так, как сейчас, еще терпимо. Колени к подбородку, намертво сцепленные замком руки… хочется еще сильнее сжаться в комок, чтобы каким-то внутренним усилием тела раздавить, расплющить это средоточие боли, притаившееся в глубине, но не получается, не хватает сил… тогда — хотя бы спрятать пылающее от стыда и унижения лицо, и закрыть глаза, чтобы не видеть, просто не видеть — и этой фигуры, и окна, и осеннего дождя, и света…

Ит судорожно вздохнул, всхлипнул — хотелось тихо, но не вышло. Боевик, конечно, заметил. Присел на корточки рядом, участливо заглянул в глаза. На лице — все та же растерянная улыбка непонимания.

— Чего с тобой такое? Эй, псих?..

Только бы он не дотрагивался. Только бы он… Только бы…

— Мне надо выйти, — относительно приемлемая фраза. Одна маленькая деталь — чтобы выйти, надо встать. Всего-то.

— Ну, выйди. Вставай давай. Помочь?

— Не надо.

— Слушай, я тебе что-то все-таки отбил. — Улыбка становится чуть виноватой, но именно что чуть. Не чувствует он за собой особой вины. — Сейчас медиков вызову.

— Не надо!

Ну-ка, кто у нас сильнее — воля или тело? Собраться. И — рывком. Все эти плавно-медленно-тихонько — к черту. Рывком — на ноги. В глазах темнеет, но буквально в трех метрах впереди выход из комнаты… как хорошо, что эти домики такие маленькие, и нет бесконечных коридоров, переходов, и прочего, лишнего, ненужного… Несколько шагов, и дверь послушно открывается, выпуская туда, куда хотелось — под ледяной осенний дождь, и со всего маху на колени, и холодная вода по обнаженной спине, и терпкий запах умирающих листьев и травы, и спасительный холод, и мокрые, скользкие камни, и непроницаемая мгла.

Бесконечный дождь, ночь; одно-единственное желание, которое вполне можно осуществить — оказаться максимально далеко отсюда, а для этого нужно встать на ноги, и пойти прочь, ведь там, в конце пустой улицы — тропинка по склону, вниз, с горы, потом выход в степь, потом был перелесок, потом река… дойти, и… больше всего хочется… если кто-то другой не пристрелит, то я сам…

— О-па… Так, гермо, хватит. А ну, давай обратно, — голос решительный, и рука на плече, и ничего, совсем ничего нельзя с этим сделать. Они же сильные. Настолько сам привык быть сильным, что забыл, насколько они сильнее. Я с ним не справлюсь. Уже один раз попробовал — получил. Сполна. А ведь он бил не всерьез, так, слегка приложил, даже не для острастки, просто рефлекторно, защищаясь. — Давай, говорю. Мне и без этого неприятностей хватает. Да не трону я тебя, на кой мне это?!

— Он же сказал…

— Ты совсем тупой, что ли? Тебе чего надо — тесты сдать или под дождем красиво поваляться? На Терре-ноль был? Поговорку знаешь?

— Какую?..

— Тебе чего — шашечки или ехать? — ехидно поинтересовался боевик.

— Но я не могу — вот так!

Все. Довольно! Молчать дальше — это еще раз нарваться. На эту улыбку, на протянутую руку, на…

На запах.

Пряный, сладкий, очень необычный — чем-то похоже на запах сухой листвы, меда (знакомая нота, но это лучше не трогать), вереска, солнца. Летняя степь на закате пахнет немного похоже…

— А кто тебя заставляет — так?.. — Кажется, он опешил. — Да. Реально псих. Ты сколько этим не занимался, гермо?

— Сорок один год.

— Ох и ни фига себе! — В голосе — неподдельное восхищение. — Мне семи хватило, чтобы все к чертям завалить. Прикинь, ни одного теста не прошел, вообще. — Боевик засмеялся. — Давай обратно, а? Жопой в луже, оно, конечно, охренеть как весело, но чего-то мокро.

— Что ты сказал про тесты? — Вроде бы стало чуть полегче.

— Сейчас сообразим, чего можно сделать. — Снова смех, уже покровительственный. — Не в первый раз. Сука Огден, чего удумал! Я ему не лабораторная зверушка, чтобы меня спаривать с кем попало.

— Я тоже. — Боль действительно успокаивалась. — Ладно, пошли. И надо рыжего вызвать…

— Напарника, что ли?

— Ну да.

Все еще больно. Пришлось опереться на протянутую руку, чтобы встать. Может, и впрямь что-то отбил? Но — уже спокойнее. На порядок спокойнее. Почему было сразу не сказать, что трогать не собираешься? Или… собирался, но раздумал?

Ну и день. Кошмарный день. Лучше бы его не было.

Начато, впрочем, было не самое плохое…

* * *

— Ты кто? Ты твоя мать или ее дочь? — Ит строго посмотрел на сидевшую напротив Маден и прищурился.

— Пап, ну не смешно это сейчас, — недовольно проговорила она. — Рыжий! Ит опять издевается!.. Пап, перестань, правда. Пузо же, ну чего ты… какая мама…

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.