Сказочки про космонавтов

Роньшин Валерий Михайлович

Жанр: Сказочная фантастика  Фантастика    Автор: Роньшин Валерий Михайлович   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
(современные сказки)

Сказка про космонавта Егора и волшебное озеро

Жил да был один космонавт, жил-жил, был-был, вдруг — БАЦ! — 100 лет ему исполнилось. Вернее, не «бац», конечно же, а всё постепенно шло. Поначалу ему совсем мало лет было, и все его звали — Егорушка, потом ему годов чуть-чуть добавилось, и он из Егорушки превратился в Егорку; вскоре ему ещё лет прибавилось, и он из Егорки стал Егором; а по прошествии ещё некоторого количества лет Егора все начали уважительно величать Егором Тимофеевичем… Вот так-то. Кажется, что времени у человека — целый вагон, а на самом-то деле — маленькая тележка. Сто лет это ведь всего лишь тридцать шесть тысяч дней.

За свою столетнюю жизнь космонавт Егор Тимофеевич облетел не одну сотню планет. И на этих сотнях планет его поджидали тысячи опасностей. Тут тебе и наводнения, тут тебе и извержения, тут тебе и планетотрясения… Короче говоря, катастрофы разные, а по-научному говоря — катаклизмы всякие. И только на одной-единственной планете Егору Тимофеевичу не довелось побывать — где тишь да гладь, да божья благодать. Казалось бы, ну вот она — именно такая планетка: солнышко красненькое, облачко беленькое… Такая — да не такая!.. Красное солнышко оказывается ядовитым, а беленькое облачко — плотоядным, и так и норовит сожрать Егора Тимофеевича вместе с его космическим кораблем… Или вот другая планетка — кругленькая, блестящая, ну прямо новогодний шарик в космосе висит, но не успеешь сесть на этот «шарик», как из почвы вылезают червяки, да не такие, как на Земле, а длиной, шириной и высотой с железнодорожный состав, и злобные, как бешеные псы… А то ещё попадались Егору Тимофеевичу планеты-ловушки, где, радостно улыбаясь, его встречали собственные мама с папой, а на самом деле это были замаскированные под родителей монстры.

В общем, так и не нашёл Егор Тимофеевич за всё время своих космических странствий совершенной планеты, везде какой-нибудь изъян да имелся — не на земле, так под землей, не на воде, так под водой, не в небе, так в облаках…

«Наверное, во Вселенной вообще нет планет с идеальными условиями для проживания, — сделал печальный вывод Егор Тимофеевич. — Потому что идеал — он как горизонт, к которому идёшь-идёшь — и никогда не дойдёшь».

И, сделав такой грустный вывод, Егор Тимофеевич тоже пошёл, но не к горизонту, а на пенсию. Да уж и пора ему было — сто лет, как никак. Сколько ж можно по космосу-то мотаться?

И вот пришёл Егор Тимофеевич на пенсию. Лёг. И уснул. И снится ему сон. Что: нашёл он всё ж таки в космосе совершенную планету, на которой всё идеально устроено. Воздух там — дышать не надышаться; природа — смотреть, не насмотреться; погода — гулять не нагуляться… И никаких тебе свирепых и прожорливых хищников — а только пушистые и ласковые зверюшки, на земных котят похожие, резвятся на зелёных лужайках и цветочных полянках, а над этими красивыми полянками и лужайками порхают и поют такие же красивые птички-невелички.

Посадил Егор Тимофеевич свой космический корабль у лесного озера. Вода в озере чистая-пречистая, как слеза, каждый камешек на дне виден, и везде стайки красивых и безобидных рыбок резвятся. Скинул с себя Егор Тимофеевич тяжелый скафандр и — БУЛ-ТЫХ! — в воду. Э-эх!.. Хо-р-р-рошо!.. Затем вынырнул и поплыл-поплыл — и брассом, и кролем, и баттерфляем… Наплавался вволю, на воде полежал, на небо поглядел, на котором сразу два солнышка светили, одно ласковее другого… Вышел на бережок. Бодрый-пребодрый. Будто восемьдесят лет с себя скинул, не меньше. А потом глянул в спокойную гладь озера, как в зеркало; а из воды на него смотрит не столетний Егор Тимофеевич, а — двадцатилетний Егор.

Егор Тимофеевич глазам своим не поверил! Руку поднял — и отражение руку подняло, ногу поднял — и отражение ногу подняло. Тут-то Егор Тимофеевич и понял, что озеро-то чудодейственное; волшебное — проще говоря.

— Ну, ни фига ж себе, заявочки, — удивился во сне двадцатилетний Егор и… проснулся.

И снова он был не Егором двадцатилетним, а столетним Егором Тимофеевич.

И с того дня поселилась у него в душе мечта-идея — найти эту идеальную планету и выкупаться в этом волшебном озере. Почему-то столетний Егор Тимофеевич был на сто процентов уверен, что не простой ему сон приснился, а — пророческий. И что действительно есть во Вселенной такая планета. Он даже чётко помнил, как он во сне летел к ней на своём космическом корабле — вначале всё прямо и прямо, потом направо, затем налево…

А у столетнего Егора Тимофеевича был сын-начальник — генеральный директор Управления Космическими Полётами. Сокращенно — УКП.

Вот столетний Егор Тимофеевич ему и говорит:

— Сынок, дай мне корабль, в последний раз в космос слетать.

А сын — директор УКП ему отвечает:

— Если я тебе, батя, дам корабль, то мне тогда дадут по «шапке» за то, что я столетнего космонавта в космос запустил.

— Так я ж там омоложусь и обратно двадцатилетним космонавтом вернусь, — говорит Егор Тимофеевич и рассказывает сыну свой пророческий сон.

Сын задумчиво почесал свою лысину, затем почесал свою седую бороду — потому как он тоже был, прямо скажем, не мальчик — восьмой уж десяток ему пошёл.

— Постой-ка, батя. Если ты найдёшь эту идеальную планету с волшебным озером, то и я тоже смогу омолодиться?

— Разумеется, сынок, — отвечает Егор Тимофеевич.

— Хорошо, батя, — сразу согласился сын. — Бери корабль и лети.

Взял Егор Тимофеевич корабль и полетел. Точно, как во сне — прямо, потом направо, затем налево… Прилетел. А на этом месте ничего нет. Пусто. Дырка от бублика. Обследовал Егор Тимофеевич близлежащие окрестности. Та же фигня. Нет ничего. Обследовал дальнележащие окрестности. И там тоже дырка от бублика. «Вот старый дурак!» — думает про себя Егор Тимофеевич. И летит ещё дальше… дальше… дальше… И залетел в та-а-а-кие космические дали, в та-а-а-кие космические дебри, куда ни разу не ступала нога земного космонавта… Но и тут он не обнаружил идеальной планеты, на которой во сне в волшебном озере купался… Попадались ему на пути только планеты всё с тем же банальным и стандартным набором — червяки с железнодорожный состав, монстры, замаскированные под маму с папой, да облака плотоядные… И нигде — НИ-ГДЕ! — не было идеальной планеты с волшебным озером.

Совсем Егор Тимофеевич измаялся. Лёг отдохнуть. И, как нарочно, вновь снится ему совершенная планета с идеальными условиями для проживания.

Посадил Егор Тимофеевич свой космический корабль рядом с волшебным озером, разделся и, не долго думая — БУЛ-ТЫХ! — в воду. Э-эх!… Хор-р-ршо!.. Поплыл-поплыл и брассом, и кролем, и баттерфляем… Выскочил на бережок. И первым делом в озеро погляделся. А на Егора Тимофеевича из озера смотрит улыбающийся до ушей двадцатилетний Егор.

Егор Тимофеевич, вернее, теперь уже просто Егор, потянулся сладко-сладко всем своим молодым телом и говорит вслух:

— Кла-а-с-с-но… Жаль только поговорить не с кем.

Только он это сказал — глядь! — а к бережку плывёт девушка, прекрасней которой во всей Вселенной не сыскать.

Подплыла, вышла на берег и на чистейшем русском языке здоровается.

— Здравствуйте…

— Здрасте, — обалдел Егор от такой невиданной красы. — А как вас зовут?

— Никак меня не зовут. Я же ваш сон.

— А-а-а, — тут же вспомнил Егор. Он уж и думать забыл, что это всё ему только снится.

— А можно я вас тогда буду звать Сонюшкой?

— Зовите, коли нравится.

Привела Сонюшка Егора в свой чистенький домик, напекла румяных лепёшек, молочка парного в глиняную кружку налила, золотистого меда на стол выставила…

— Ешь, пей, — говорит, — Егорушка.

Ну, Егора два раза просить не надо. Поел он вкусных лепёшек, окуная их в густой мёдик да парным молочком запивая…

— Эх, — мечтательно вздыхает, — сейчас бы ещё в баньке попариться.

— А банька уж готова, — напевно отвечает Сонюшка и протягивает Егору мыло душистое, полотенце пушистое, да веничек берёзовый. — Парься, Егорушка, сколько душе угодно.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.