Сборник 16 Сборник сборников

Брэдбери Рэй Дуглас

Жанр: Научная фантастика  Фантастика    Автор: Брэдбери Рэй Дуглас   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Сборник «Октябрьская страна», 1955

1. The Dwarf / Карлик

3. The Watchful Poker Chip of H. Matisse / Пристальная покерная фишка работы А. Матисса

8. Touched with Fire / Прикосновение пламени

19. The Wonderful Death of Dudley Stone / Удивительная кончина Дадли Стоуна

Сборник «Р — значит ракета», 1962

1. R Is for Rocket / Р — значит ракета

10. Here There Be Tigers / Здесь могут водиться тигры

14. Frost and Fire / Лёд и Пламя

Сборник «Классический Брэдбери», 1965

10. And the Rock Cried Out / И камни заговорили…

17. The Illustrated Man / Разрисованный

Сборник «К — значит космос», 1966

1. Chrysalis / Превращение

2. Pillar of Fire / Огненный Столп

5. Time in Thy Flight / Время, вот твой полет

11. The Screaming Woman / Кричащая женщина

Сборник «И грянул гром: 100 рассказов», 1980

40. The Playground / Детская площадка

95. The Black Ferris / Чертово колесо

96. Farewell Summer / Прощай, лето

97. McGillahee's Brat / Отпрыск Макгиллахи

98. The Aqueduct / Акведук

99. Gotcha! / Роковая игра

«Сборник ста лучших рассказов», 2003

24. A Little Journey / Недолгое путешествие

31. Bang! You're Dead! / Ба-бах! Ты убит!

33. The Beautiful Shave / Бритье по высшему разряду

39. The Watchers / Наблюдатели

47. A Blade of Grass / Травинка

50. The Lonely Ones / Одиночество

58. Changeling / Подмена

69. The Sea Shell / Морская раковина

75. The Square Pegs / Неприкаянные

79. A Far-away Guitar / Далекая гитара

82. Bright Phoenix / Лучезарный Феникс

88. The Poems / Стихи

100. All on a Summer's Night / Особенный летний вечер

ПРЕДИСЛОВИЕ

Даже не верится, что я за свою жизнь написал такое множество рассказов.

А с другой стороны, меня часто занимает вопрос: на что тратят свое время другие писатели?

Я, можно сказать, пишу, как дышу. Это дело у меня не планируется, не подчиняется графику, оно просто совершается, вот и все. Рассказы, включенные в этот сборник, захватывали меня в самое неподходящее время и подталкивали к пишущей машинке, чтобы я вверил их бумаге, пока они не улетучились.

Наглядный тому пример — рассказ «Банши». В Ирландии, когда я писал сценарий фильма «Моби Дик» для Джона Хьюстона, мы часто засиживались допоздна у камина, потягивая ирландское виски; я пил безо всякой охоты — исключительно за компанию, потому что Хьюстон был сам не свой от этого напитка. Случалось, он замирал на полуслове со стаканом в руке и, опустив веки, начинал слушать вой ветра. Потом так же внезапно открывал глаза, тыкал в меня пальцем и громогласно твердил, что в такую вот ирландскую непогоду всегда появляются банши и что, мол, не худо бы мне выйти на улицу, убедиться в этом воочию и позвать их на огонек.

Такое он проделывал не раз, чтобы нагнать на меня страху; мне это врезалось в память, и по возвращении домой, в Америку, я написал рассказ в ответ на все его подначки.

«Конвектор Тойнби» появился как реакция на массированные атаки безнадежности, которые то и дело обрушивают на нас газетные заголовки и телевизионные репортажи, порождая в обществе ощущение близкого конца света, а это самое общество, не единожды побеждавшее обстоятельства, так и не удосужилось оглянуться назад, чтобы осмыслить пройденный путь и собственные достижения.

В один прекрасный день меня тоже охватило такое чувство — тогда и был создан персонаж, который высказал мои мысли.

«Лорел и Гарди: роман» — итог моей многолетней любви к блистательному актерскому дуэту.

Как-то раз, давным-давно, оказавшись в Ирландии, я раскрыл свежий номер «Айриш таймс» и обнаружил напечатанный мелким шрифтом анонс следующего содержания:

СЕГОДНЯ

В ПОЛЬЗУ СИРОТ ИРЛАНДИИ

ЕДИНСТВЕННОЕ ВЫСТУПЛЕНИЕ!

НА СЦЕНЕ — ЛОРЕЛ И ГАРДИ!

Я побежал в театр и по счастливой случайности схватил последний билет, причем в середину первого ряда! Поднялся занавес, и эти милые старики разыграли перед публикой самые знаменитые сцены из своих лучших фильмов. От радостного изумления у меня по щекам катились слезы.

Вернувшись к себе, я стал перебирать в памяти их номера и вспомнил, что мне когда-то показывали знаменитую лестницу, по которой Лорел и Гарди толкали вверх упакованное в ящик пианино, но не удержали и бросились улепетывать от него во все лопатки. Об этом просто необходимо было написать.

Рассказ «Пешеход» стал предвестием романа «451° по Фаренгейту». Пятьдесят пять лет назад я ужинал с кем-то из знакомых, а потом мы решили пройтись по бульвару Уилшир. Через считанные минуты нас остановила патрульная машина. Полисмен поинтересовался, чем мы занимаемся. «Передвигаемся», — сказал я. Это был неправильный ответ. Полицейский заподозрил неладное. Оно и понятно: на тротуарах не было ни одной живой души, поскольку во всем Лос-Анджелесе никто не передвигался пешком.

Домой я пришел крайне раздосадованным: меня остановила полиция всего лишь за то, что я шел на своих двоих — то есть за совершенно естественный, человеческий способ передвижения, — и я написал рассказ о будущем: как пешехода арестовали и казнили именно за такую провинность.

Через пару месяцев я отправил этого пешехода на вечернюю прогулку, он у меня свернул за угол и повстречал девушку по имени Кларисса Маклеллан. Девять дней спустя на свет появился «451° по Фаренгейту», пока еще в форме небольшой новеллы под названием «Пожарный».

Сюжет «Мусорщика» был подсказан моими впечатлениями от одной газетной заметки, прочитанной в начале 1952 года: мэр Лос-Анджелеса тогда заявил, что в случае ядерного удара трупы с городских улиц будут убирать мусорщики. Меня так возмутило его высказывание, что я тут же сел за стол и в порыве гнева написал все, что думал.

Рассказ «По уставу» основан на реальных событиях. Много лет назад я захаживал по вечерам в отель «Амбассадор», чтобы там вместе с друзьями поплавать в бассейне. Смотритель бассейна оказался ревностным служакой: он заставлял своего малолетнего сына стоять у воды по стойке «смирно», а сам учил его уму-разуму. День за днем я наблюдал этот воспитательный процесс и невольно думал, что мальчишка когда-нибудь взорвется. Размышляя над видимой неизбежностью такого хода событий, я сел и написал об этом рассказ.

«Прощай, «Лафайет»!» — это правдивая и трагическая история, которую поведал нам с Мэгги один кинематографист, долгое время живший по соседству. Время от времени он заходил ко мне в гости, и мы с ним выпивали по бокалу вина. Он-то и рассказал, как в далеком 1918 году, на исходе Первой мировой войны, воевал в эскадрилье «Лафайет». Не в силах сдержать слезы, он говорил о том, как сбивал немецкие бипланы; по прошествии многих лет перед ним все еще маячили открытые юные лица обреченных на смерть. Чем я мог его утешить? Разве что подставить свое литераторское плечо, чтобы хоть как-то поддержать человека в этих тягостных воспоминаниях.

В тот же вечер я стал писать своему другу в Париж и упомянул о поразительном впечатлении: как мне довелось услышать в телефонной трубке рев толпы, бушевавшей в Мехико-Сити. Из этого дружеского письма выросло небольшое произведение об одном старике, который звонил в другие города и слушал голоса дальних краев.

«Отзвук бегущего лета» — это рассказ, который начался с озарения. Когда я проезжал через Уэстервуд-Виллидж, к нам в автобус впрыгнул какой-то паренек; он бросил плату за проезд в кассовый ящик, пробежал вдоль сидений и нырнул в кресло через проход от меня. Разглядывая его с нескрываемым восхищением, я думал: боже праведный, будь во мне столько жизненных сил, я бы, что ни день, строчил новый рассказ, каждую ночь сочинял по три стихотворения, а к концу месяца выдавал полновесный роман. Потом я опустил глаза и увидел подлинный источник его энергии: пару отличных новехоньких кроссовок. И на меня вдруг нахлынули воспоминания о знаменательных днях моего отрочества, когда в начале каждого лета мы с отцом шли в обувной магазин и покупали мне новые кроссовки, через которые в меня входила энергия целой Вселенной. Я стремглав бросился домой, сел за стол и написал рассказ о мальчике, который мечтал о паре кроссовок, в которых можно промчаться сквозь лето.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.