Новая русская

Алешина Светлана

Серия: Новая русская [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Новая русская (Алешина Светлана)

Новая русская

Глава 1

Будильник нагло вторгся в предрассветную тишину, прорезая своим унылым сигналом просторную комнату. Лариса с трудом разлепила глаза, протянула руку и нажала на кнопку. Вторжение было с успехом подавлено, но сон уже был безнадежно прерван.

Несмотря на то, что Лариса не отводила свою дочь Настю до школы — ее подвозил на машине шофер, — она считала своим долгом пообщаться с девочкой за завтраком и проводить ее до машины.

Электронные часы, стоящие на телевизоре, показывали шесть пятьдесят.

«Может быть, понежиться еще пять минут в постели?» — спросила сама себя Лариса и тут же отбросила эту мысль. Если она поддастся минутной слабости, то проснется только через час. И хотя живущая в доме гувернантка, разумеется, разбудит Настю, приготовит ей завтрак и соберет в школу, все же Лариса предпочитала сделать все это сама.

Она решительно откинула теплое ворсистое одеяло и, как всегда по утрам, ощутила во всем теле ужасный озноб. И это несмотря на то, что весь ее дом прекрасно отапливался. Как у всех уважающих себя «новых русских», система отопления в доме была автономной и не зависела от капризов начальства городской теплосети.

На дворе стояла вторая половина апреля, но весна в этом году слегка запоздала и никак не желала до конца утвердиться в своих правах. Температура днем выше двенадцати не поднималась.

Лариса запахнулась в свой любимый махровый бело-голубой халат, вышла в просторный коридор и открыла ближайшую дверь.

Там, в комнате, среди всевозможных игрушек и книг, обитало Ларисино сокровище, девятилетняя дочь Настя. В этот рассветный час сокровище еще пребывало в стране грез, где вполне мирно сосуществовали Оловянный Солдатик и Микки Маус, а на приеме у Снежной Королевы вполне могли побывать Карлсон и Чокнутый.

Поверх одеяла, под которым спала Настя, тихо лежал Томагучи. Это новейшее изобретение японцев Лариса приобрела дочери совсем недавно. Та весьма серьезно восприняла проблему воспитания электронных детенышей животных и уже неделю старательно играла роль доброй матери маленького китенка.

Лариса вздохнула. Будить, конечно, жалко, но куда ж деваться… И она ласково затеребила дочь по плечу.

— Настена, пора вставать.

Девочка сморщила нос, издала нечто неопределенно плаксивое и открыла глаза. Вид склонившейся над ней матери не доставил ей особого удовольствия. Это означало, что сейчас надо совершать порядком надоевшие процедуры: из тепла выбираться в прохладу, идти чистить зубы новой суперпротивокариесной пастой, потом в быстром темпе завтракать, про себя негодуя на проклятое безжалостное время, которое не дает никакой возможности сделать все спокойно.

— Мама, дай я еще немного полежу, — сделала попытку оттянуть наступление нового дня Настя.

— Уже семь, — ответила ей мать, и это прозвучало для дочери как приказ.

Настя вздохнула по поводу своей тяжелой детской доли. Маме-то, конечно, хорошо. Ей-то никуда сейчас идти не надо, сиди себе дома и наслаждайся покоем. А у Насти сегодня первым уроком математика, которую она терпеть не может. И было у нее почему-то нехорошее предчувствие, что именно сегодня ее вызовут к доске.

— Давай вставай…

Лариса откинула одеяло, взяла дочь за руки и приподняла ее на кровати.

Настя скорее по привычке, чем от глубоких дочерних чувств, обняла мать, и обе они застыли в немой позе. Неизвестно, сколько бы это продолжалось, но тут в дверь постучали. На пороге появилась гувернантка Наталья Ивановна Семина.

Это была незамужняя женщина тридцати пяти лет, дочь старой приятельницы мамы Ларисы. Она несколько лет работала в школе учителем начальных классов.

Вопрос о ее работе в доме Котовых был решен год назад, в день всероссийской акции учителей против невыплаты зарплаты. Лариса заехала в гости к своим родителям, которые обмолвились о бедственном положении Семиной-младшей. Лариса как раз подыскивала гувернантку, так как собиралась тогда в очередной раз устроиться на работу. Решение она приняла сразу же и объявила об этом своему мужу.

Евгений пожал плечами в знак того, что ему все равно, кто займет это место в его доме.

Лариса же исходила из практических соображений. Наталья уже перешагнула тот возраст, когда обычно заводят семью и детей, и, судя по всему, так и останется старой девой. А это означает стабильность и спокойствие — то, что ценится в любой гувернантке, работающей в семьях так называемых «новых русских». Кроме того, Наталью нельзя было назвать красавицей — она была полноватой маленького роста брюнеткой с носом неправильной формы. Этот момент был также важен, потому что любые намеки на возможность неформальных отношений между прислугой и ее мужем Ларису не устраивали.

Но в данном случае Евгению было действительно все равно, так как большую часть своего времени он проводил в Москве, навещая семью примерно раз в месяц. Бизнесу, которым он успешно занимался в течение нескольких лет, стало слишком тесно в пределах провинциального города, и Евгений Котов, глава многопрофильного концерна «Антей», переехал в Москву.

Лариса была вынуждена довольствоваться ролью домохозяйки без мужа в роскошной трехэтажной квартире. Общалась она преимущественно с дочерью, изредка с родителями и подругами. Последние в основном были такие же, как она — жены богатых, преуспевающих бизнесменов. С кем-то она поддерживала отношения просто потому, что это было положено по статусу. С некоторыми ее действительно связывала прочная дружба.

Как, например, со Светой Гордеевой. Может быть, еще и потому, что у обеих женщин было схожее положение. У Светланы муж тоже покинул на время родной город, оставив жену одну. Глава фирмы «Гордеев и компания» Игорь Гордеев, владевший в городе сетью магазинов, проходил трехмесячную бизнес-стажировку в Питтсбурге.

Проводив дочь в школу и позавтракав, Лариса устроилась в зале с камином на втором этаже и начала размышлять о том, чем же ей заняться сегодня днем. У нее в голове возникли всевозможные варианты времяпрепровождения: посетить старинную подругу Эвелину Горскую в магазине «Ив Роше» и посплетничать о моде и косметике, поехать к родителям и поговорить о наступающем дачном сезоне или сходить в парикмахерскую. Лариса, глядя на себя в зеркало, подумала, что ей больше пойдет чуть рыжеватый оттенок. Вообще от природы у нее светло-русые волосы, но зимой этого года она превратила себя в платиновую блондинку.

Но с Эвелиной они встречались позавчера, и она не успела по ней соскучиться, дачный сезон Ларису вообще не интересовал, а насчет волос она так до конца и не решила.

«Стоп, а Света?» — Мысли Ларисы вдруг стали удивительно ясными. Она не видела Гордееву уже больше недели. Весьма странно, что она даже не звонила. Может быть, что-то случилось? Обычно подруги переговаривались между собой раз в три дня обязательно.

Лариса прошла на третий этаж в свою комнату и открыла шкаф. Ее взору предстал длинный ряд вешалок со всевозможной одеждой. Покопавшись в гардеробе где-то около минуты, Лариса решила выбрать для визита к подруге новый черный велюровый костюм с белой блузкой.

Это был подарок Евгения на Восьмое марта. Муж утверждал, что Ларисе, как женщине целеустремленной и энергичной, к лицу как раз деловой стиль в одежде. Лариса была не совсем согласна с мужем — она как раз больше любила раскованность и исповедовала более современный стиль, но от подарка грех отказываться. Тем более что костюм стоил полторы тысячи долларов и являлся самым дорогим в коллекции Келвина Клейна.

Лариса взглянула в окно. День обещал быть солнечным, и существовала надежда, что сегодня днем можно будет наконец пройтись по улице без плаща. Правда, Лариса плащ надевать и не собиралась, так как все равно придется сидеть в теплом салоне автомобиля за рулем.

Ее «Вольво» стоял в гараже, в который непосредственно можно было попасть прямо из прихожей квартиры.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.