Лесь (вариант перевода Аванта+)

Хмелевская Иоанна

Серия: Ktcm [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Лесь (вариант перевода Аванта+) (Хмелевская Иоанна)

Иоанна Хмелевская

Лесь

У меня на стене висит большущая меланхолическая рожа, собственноручно нарисованная Лесем на большой древесно-волокнистой плите. Некоторые считают ее автопортретом, а сам Лесь то соглашается с таким мнением, то отвергает его.

Ибо Лесь существует. Явно, реально, решительно, а порой и шумно. Не так уж давно, оперившись и улучшив материальное положение, он приобрел механическое средство передвижения и разбил оным ограду на одной из главных улиц в Вене, после чего финансировал (за свой счет, разумеется) новую.

Название улицы я не дам просто из милосердия. Лесь все еще живет тихой надеждой: роман о нем никогда не появится, а если и появится, то его, Леся, никто не узнает. Лишь исключительный такт окружающих может подарить ему такое заблуждение. Всякий, кто знаком с Лесем, без сомнения, будет твердо убежден, что это он.

Характер Леся весьма благороден, весьма сложен, весьма фантастичен, а биография изобилует событиями. Может быть, он совершил и не всё из описанного здесь. Но с уверенностью можно сказать: он на всё способен…

Часть первая. Преступление отнюдь не идеальное

Лесь Кубаек решил убить кадровичку.

Эту лихую и ужасную идею продиктовало отчаяние. Кадровичка была врагом номер один и основным препятствием на пути к блистательной карьере. Изо дня в день она отравляла жизнь, изо дня в день ястребиными когтями рвала его здоровье и нервы, ежеутренне воплощаясь символом его поражения. Безжалостно, полностью пренебрегая его художественно-раскидчивой натурой, она вылавливала все опоздания и непреклонно вынуждала детально живописать их в специально на сей случай заведенной тетради большого формата, называемой книгой опозданий.

Фамилия Леся повторялась в ней с похвальной регулярностью. Начальство с давних пор относилось к нему недоброжелательно и подозрительно, все более явно давая понять, что не очень-то ценит его деловые качества, считает человеком несолидным и вообще сомневается в его профессиональной пригодности.

Ежедневно с нервным колотьем Лесь переступал служебные пороги и тотчас же натыкался на кадровичку, неумолимо протягивающую ему роковую книгу опозданий. Ничего не поделаешь, приходилось что-нибудь да черкать! Его творческое воображение давно уже спасовало, и rf рубрике «причина опоздания» красовались объяснения, равно скверным образом свидетельствующие как об умственном уровне, так и о характере, не говоря уж о времяпровождении, вызывающем омерзение у людей порядочных. Объяснения и у самого Леся вызывали унылое отвращение! А кадровичку, словно гранит, Немезиду или фатум, не удавалось ни обольстить, ни подкупить, как не удавалось улизнуть, обмануть и ничего не писать.

У других кадровиков случались служебные промахи. Иной раз они заслушивались, забывали о служебном долге, бывало, смягчались и смотрели сквозь пальцы, а то даже и болели, не приходили на работу. Наша кадровичка — пани Матильда — никогда! Обладала твердой душой, железным здоровьем и каменным сердцем.

Отчаявшийся, доведенный до крайности, замордованный Лесь нашел один единственный радикальный выход: преступление, причем идеальное, без малейших улик!

Эта творческая идея осенила его на автобусной остановке, пока он безнадежно подманивал все подряд механические средства передвижения, включая и фургонетки, развозившие уголь. Часы неумолимо показывали пять минут девятого, и бедолага отчаянно соображал, что сегодня вписать в проклятую рубрику.

Почти все возможности были исчерпаны. Газовую плиту и краны чинил уже столько раз, что зав мастерской, подозрительно и в то же время сочувственно, предложил, наконец, отправить к нему домой служебную сантехническую бригаду, дабы привести в порядок газ и водопровод. В трамвайных и автомобильных авариях Лесь опять-таки участвовал повсеместно, удивительным стечением обстоятельств выходя из них целым и невредимым. На всех перекрестках он то и дело встречал слепых старушек, коих благополучно провожал через проезжую часть, а также беспрерывно доставлял заблудившихся детей в отделения милиции. Страдал тысячами недомоганий исключительно в утренние часы, терял ключи от квартиры, тушил пожары, вел срочные междугородные переговоры, а однажды ввязался в грандиозный скандал по поводу вырубки зеленых насаждений. В последнее время, весьма обеспокоенный иссякновением творческой изобретательности, регулярно просыпал — такое объяснение, хотя и безусловно правдивое, чрезвычайно неприязненно принималось начальством. На этот раз он просто не представлял, чем еще заполнить роковую книгу: потому-то и явилась ему сия преступная мысль.

От неожиданности — ведь какой великолепный выход!

— Лесь даже перестал останавливать машины. С поднятой рукой, с физиономией вдохновенной и экстатической, он застыл на краю тротуара, вперив неподвижный взгляд в пространство. Поликовав некоторое время и лелея в душе радужное видение, он опустил руку и решительным шагом направился к очереди на автобус. В ожидании столь радикального прекращения мучений счел несвоевременной трату пятнадцати злотых.

Столь внезапно расцветшие надежды чрезвычайно укрепили дух: все тем же решительным шагом он вошел в комнату кадровички, мужественно взял ненавистный документ и в порыве безрассудной отваги начертал: «Без причин». Затем, ошеломленный собственной дерзостью, отправился в рабочее помещение, уселся за столом, закурил, невидящим взглядом окинул сослуживцев и предался размышлениям.

Убийство кадровички, разумеется, лишено всякого смысла, если убийцу вычислят. А посему все надлежит сделать так, чтобы на него и тени подозрения не упала Лучше всего создать видимость самоубийства или еще лучше: померла, мол, естественной смертью. Естественной… А какая смерть естественная?

Перед глазами заглядевшегося в окно Леся замелькали восхитительные картины. Вот кадровичка летит с балкона четвертого этажа; споткнувшись, падает с лестницы; захлебывается в ванне; умирает от яда в колбасе, в грибах или мороженом. Кончает счеты с жизнью тихо и безболезненно, ибо доброе сердце Леся не в силах перенести мысли о чьих-то страданиях. Им вовсе не движет жажда мести: просто надо убрать кадровичку с жизненного пути.

Но как же убедить ее проглотить яд, неважно в чем, выпрыгнуть из окна или захлебнуться в ванне? Едва ли она согласится на это добровольно, ради спасения профессиональной карьеры Леся. Обманом?.. Да, исключительно обманом. А, может, плюнуть на естественную смерть и задушить чем-нибудь в подходящее время? Пырнуть ножом, наконец? Длинным, острым ножом, герлаховским…

Однако представив, как он будет резать женщину, Лесь содрогнулся и отвел взгляд от окна: около него стоял зав мастерской, который очевидно и уже давно ожидал ответа на какой-то вопрос. Вопроса Лесь не слышал, а потому уставился на зава, который отнюдь не уловил в Лесевых глазах служебного рвения. Переключение с преступных размышлений на текущие дела сработало не очень.

— Вы не больны? — подозрительно осведомился зав.

Лесь заморгал. К сожалению, он чувствовал себя превосходно!

— Болен ли я? — повторил он с удивлением. — Да-да, я болен, — быстро спохватился он — ведь и в самом деле неплохая мысль. — Как-то так, знаете, плохо чувствую себя. Верно, отравился чем-нибудь…

Руководитель недоверчиво посмотрел на него.

— Пожалуй, и правда вы неважно выглядите. Постарайтесь прийти в себя. На который час вы договорились с завом приемочной группы?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.