Убийца дракона из Меребартона

Паркер К. Дж.

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Убийца дракона из Меребартона (Паркер К.)

К. Дж. Паркер «Убийца дракона из Меребартона»

Перевод с английского: zhuzh, bazalmont, marmax, alesyasparrow, 2014.

Вычитка и редактура: zhuzh, marmax, alesyasparrow.

Для booktran.ru, 2014.

***

Я чинил свою ночную вазу, когда они прибыли, чтобы рассказать мне о драконе.

Починка ночной вазы — это такая работа, которую считают легковыполнимой. Лудильщики ведь делают это. А они не больно-то сообразительные, иначе занимались бы чем-нибудь другим. На самом деле всё не так просто. Нужно просверлить несколько очень маленьких отверстий в сломанных частях, продеть через них короткие кусочки проволоки, а затем плотно скрутить их концы вместе так, чтобы соединить части достаточно крепко и сделать ночную вазу водонепроницаемой. Для этой работы вам понадобятся очень твёрдое, острое и тонкое сверло, намётанный глаз, много терпения и по крайней мере три пары крепких, как камень, рук. Лудильщик посоветовал мне гончара, который смог бы справиться с работой за четверть часа. На что я сказал ему: “Проваливай, я сделаю это сам”. Но вскоре до меня начало доходить, что некоторые виды работ предназначены для специалистов.

Ах, какая ирония.

Во-первых, глупо с моей стороны было сломать ночную вазу. Обычно я не настолько неуклюж. Просто споткнулся об неё в темноте — вот как я объясняю это. ” Нужно было зажечь лампу, тогда ты бы не споткнулся”,— сказала она. Я заметил, что долгими летними вечерами в лампе нет необходимости. В ответ она ухмыльнулась. Мне кажется, что она не вполне понимает, насколько шатко наше финансовое положение. Мы ни в чём не нуждаемся, ничего подобного. Нет абсолютно никакой необходимости продавать землю или занимать деньги. Дело в том, что если мы продолжим излишне тратить средства на ламповое масло, лудильщиков и прочую ерунду, то придёт время, когда небольшое сокращение нашего дохода начнёт причинять лёгкие неудобства. Только временно, конечно же. Трудные времена пройдут, и скоро у нас всё наладится.

Как я уже говорил, ирония.

— К тебе пришёл Эбба, — сказала она.

Она видела, что я был занят.

— Ему придётся зайти ещё раз, — огрызнулся я. Между губами у меня было зажато три маленьких кусочка проволоки, что значительно снизило впечатление от сказанного.

— Говорит, это срочно.

— Прекрасно.

Я положил вазу. Называйте как хотите, но больше это не было вазой. Остались лишь несвязные воспоминания о форме вазы, непрочно скрученные между собой металлической проволокой так же, как чешуйчатая броня, какую носили наши противники в Аутремере.

— Впусти его.

— В этих сапогах он сюда не зайдёт, — и я сразу понял, что так и будет, пока она разговаривает таким тоном. — И почему бы тебе просто не перестать с этим возиться? Ты только зря тратишь время.

Женщины так нетерпеливы.

— Лудильщик…

— А этот кусок вообще не сюда.

Я бросил собранное безобразие на пол и, пройдя мимо неё, спустился вниз по лестнице в большой зал. Большой в этом контексте — строго сравнительный термин.

Эбба и я понимаем друг друга. Для начала, он практически мой ровесник — я моложе на неделю; что с того? Мы оба выросли, молча стыдясь своих отцов (его отец Оссан был самым ленивым человеком в округе, мой — тоже), и оба были втайне разочарованы своими детьми. Он вступил во владение своей фермой незадолго до того, как я вернулся домой из Аутремера, поэтому мы в каком-то смысле стали нести ответственность за свою жизнь примерно в одно и то же время. Я не испытываю на его счёт никаких иллюзий и не могу себе представить, что он чувствует ко мне иное. Эбба среднего роста, лысый и тощий, сильнее, чем выглядит, и умнее, чем кажется. Когда я был мальчишкой, он устанавливал для меня мишени и собирал стрелы; никогда ничего не говорил, просто стоял рядом со скучающим видом.

У него было странное выражение лица. Он сказал, что я не поверю тому, о чём он собирался мне поведать.

Дело в том, что у Эббы нет абсолютно никакого воображения, даже когда он буянит во хмелю — в его случае пьяно хнычет. Если у вас сложилось впечатление, что он " не представляет из себя ничего путного", как отзывается о нём моя жена, то это случается довольно редко. Примерно дважды в год по особенным дням (понятия не имею, что это за особенные дни, да и, честно говоря, не спрашиваю) он устраивается на сеновале с большой четырнадцатифунтовой флягой и слезает оттуда только тогда, когда она опустошается. Что я пытаюсь объяснить, так это то, что он не имеет привычки видеть вещи, которые, прямо скажем, не существуют.

— Там дракон, — сказал он.

Это Оссан, его отец, повидал всевозможные странные и удивительные вещи.

— Не будь настолько глупым, — проговорил я.

Он же просто смотрел на меня. Эбба никогда не спорит и не противоречит; в этом нет необходимости.

— Хорошо, — сказал я, выдавливая слова наружу, будто толстяк протискивался сквозь узкий дверной проём. — Где?

— Под Меребартоном.

***

Краткое отступление касательно драконов.

Их не существует. Однако есть Белый Змей (его более крупный сородич, Синий Змей, в настоящее время почти наверняка является вымершим видом). Согласно "Неполному бестиарию Храбануса" Белый Змей обитает в большом и полностью непредсказуемом поясе болот, в который вы попадаете после того, как пересечёте пустыню, направляясь от Крак Боамонда к морю. Храбанус считает, что это гигантская летучая мышь, но добросовестно цитирует Присциана, полагающего, что это лишённая перьев птица, и Салонинуса, утверждающего, что это крылатая ящерица. Белый Змей может достигать пяти футов в длину — от носа до кончика хвоста; три фута из них приходится на хвост, но он всё же может вас препротивно укусить. Они пикируют с деревьев, что может ужасно всполошить (говорю так по личному опыту). Белые Змеи питаются почти исключительно падалью и гниющими фруктами, редко нападают, если их не провоцировать, и абсолютно точно не выдыхают огонь.

Белых Змеев не находили за пределами Аутремера. За исключением того случая примерно сто лет назад, когда какой-то идиот дворянин привёз пять гнездящихся пар, чтобы украсить территорию своего замка. Не понимаю, почему люди совершают такие вещи. Однажды мой отец попытался завести павлинов. Как только мы открыли клетку, они исчезли, как стрелы с тетивы; в следующий раз мы услышали о них за шесть миль от дома: " Пожалуйста, приезжайте и сделайте с ними что-нибудь, потому что они пригоршнями расклёвывают солому". Отец ускакал в том направлении, прихватив с собой арбалет. Больше никогда мы не заговаривали о павлинах.

Драконы, напротив, от девяти до десяти футов длиной, не считая хвоста; они нападают незамедлительно и выдыхают огонь. Во всяком случае, этот был именно таким.

***

Три дома и четыре амбара в Меребартоне, два дома и стог сена в Стайле. Пока никто не пострадал, но это только вопрос времени. Дюжина овечьих туш, обглоданных до костей. Один пастух сообщил, что его преследовало нечто ужасное: он увидел чудище, чудище увидело его, пастух повернулся и побежал; оно просто следовало за ним, едва шевеля крыльями, как бы с лёгким любопытством. Когда он не смог больше бежать, то попытался влезть в барсучью нору. Застрял головой вниз, ноги торчали в воздухе. Парень полагал, что почувствовал толчок, когда существо спикировало вниз рядом с ним, услышал сопение — как у быка, так ему показалось; ощутил его тёплое дыхание на своих лодыжках. Время будто замерло на какой-то промежуток, а затем побежало снова. Пастух сказал, что это был первый раз, когда он обмочился и чувствовал, как моча стекала вниз по его груди и капала с подбородка. Ну, как-то так.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.