Платник

Константинов Евгений Михайлович

Жанр: Ужасы и мистика  Фантастика    Автор: Константинов Евгений Михайлович   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Платник ( Константинов Евгений Михайлович)

Лед оказался довольно толстым. Потребовалось с десяток ударов пешней, прежде чем снизу в образовавшееся отверстие заструилась вода, и еще парочка, — чтобы получилась нормальная лунка. Трехдневный мороз сделал свое дело, превратив поверхность озера в твердь, по которой можно было смело ходить, бегать и даже прыгать.

— Ниночка, иди сюда, не бойся, — позвал Ефим Шишигин шестилетнюю дочку, оставшуюся на берегу. — Только аккуратней, лед скользкий.

— Хватай меня, папуль! — девчушка уселась на санки со спинкой, оттолкнулась ногами от заснеженной земли и заскользила по покатому берегу.

Если бы Ефим хоть немного замешкался, набравшие скорость санки могли докатиться до середины озера и даже до противоположного берега, но он успел схватить их за спинку, при этом едва не упал.

— Больше так не озорничай, — погрозил он дочке пальцем. — И посиди-ка лучше тут, пока я попробую рыбку поймать.

Долго рыбачить Ефим не собирался, просто после работы заглянул на озеро разведать, что да как. А вот завтра неплохо бы приехать сюда с утра пораньше, чтобы еще затемно на самых лучших местах расставить жерлицы с живцами-карасиками, после чего спокойно ловить на мормышечку окуньков да плотвичку весь короткий декабрьский световой день.

Озеро славилось приличными глубинами, чистейшей водой — благодаря бьющим со дна родникам, и главное — обилием крупной рыбы. Вот только добираться сюда было проблематично. Дорога имелась, но такая раздолбанная, что проще пройти полтора часа пешком, чем застрять на машине в такой колее, из которой ее только трактором вытащишь. Впрочем, ходили слухи, что в ближайшие год-два дорогу приведут в порядок. И в связи с этим у Ефима, жившего неподалеку, в деревне, появилась задумка взять озеро в аренду, запустить в него форель, карпа, толстолобика и организовать платную рыбалку — очень перспективный бизнес…

Сторожок на удочке Ефима дрогнул, и рыболов привычно сделал подсечку. Есть первый окунь! Хорошенький, граммов под сто пятьдесят, таких бы завтра штук двадцать поймать и, считай, рыбалка удалась. Но сегодня такого красавца можно и отпустить. Освободив окуня от крючка, Ефим кинул его в лунку и одновременно со всплеском услышал где-то за спиной:

— Папуль!

Даже еще, не обернувшись, Ефим догадался, что Ниночка провалилась в полынью. Ему самому довелось здесь пару раз искупаться зимой — из-за родников лед кое-где был гораздо тоньше, чем в других местах. Но Ефим-то считал для себя эти купания своего рода вынужденным развлечением, которое заканчивалось большим, чем обычно усугублением алкоголя — здоровья ради. Теперь в ледяной воде оказалась дочь!

Ефим не просто побежал, он понесся, отталкиваясь от скользкого льда, и, кажется, за свой стремительный рывок не успел хотя бы раз вдохнуть-выдохнуть. Ниночка бултыхалась в полынье посередине озера. Каким образом она очутилась именно в самом опасном месте, где мощные струи родника постоянно истончали лед, сейчас было неважно. Главное — спасти дочурку, пусть даже ценой собственной жизни. Но если бы все было так просто!

Лед не трещал и не ломался — ближе к полынье он просто сходил на нет, и в воде невозможно было разглядеть, где, собственно, его кромка. Для тонувшего и для спасающего это был самый худший вариант, тем более, если у спасателя не имелось веревки, которую можно было бы подбросить с безопасного расстояния.

— Сейчас, Ниночка, сейчас я тебя вытащу! — закричал Ефим.

— Папуля… — словно прощаясь, девочка взмахнула рукой и с головой погрузилась в воду.

— Нет! Нет!!! — заорал Ефим, сбрасывая куртку, чтобы немедленно прыгнуть в полынью.

Этого не понадобилось. Ниночка вдруг как-то вся разом с шумом выплеснулась на поверхность, причем, не просто так, а восседая на саночках. Только не на своих, раскрашенных дюралево-деревянных, а на других, словно бы созданных из цельной ледышки. И вся одежда на Ниночке была какая-то ледяная, голубовато-серебристая, только лицо девочки и одна ее рука, потерявшая рукавицу, выглядели живыми, все остальное — заледеневшим.

Рука дочурки тянулась к отцу, и Ефим, оказавшийся на самой кромке тончайшего льда, схватил ее, потянул на себя, но какая-то сила остановила движение, заставила отвести взгляд от Ниночки и перевести на полынью, в которой сначала вывернулся широченный рыбий хвост, а затем показалось старческое лицо, обрамленное колышущимися, словно водоросли, седыми прядями…

* * *

— А вы знаете, мужики, что самое интересное? — взял слово Геннадий Вакиридзе. — Самое интересное то, что Шишига оборзел в корягу! Кидает нашу рыбацкую братию на ровном месте! Нет, в свое время, он все правильно делал. Рыбку в озеро запускал в количестве, рекламу кое-какую осуществил, даже вон, в нашем любимом журнальчике она прошла, — Вакиридзе подмигнул Павлу, редактору упомянутого журнала. — Но реклама — одно, а на деле — что? Туфта полнейшая…

— Постой, ты объясни, в чем туфта-то? — обернулся с переднего сиденья долговязый парень по прозвищу Лыжник. — Намекаешь, что Шишига какую-то свою игру ведет? Типа…

— Да не намекаю я, — не позволив приятелю высказать мысль, взорвался Вакиридзе. — А прямо говорю — мухлюет барыга. Почему думаете вот уже сколько времени ни одной крупной форели никто из нас не поймал? Забыли уже, как она выглядит!

— Ловить не умеем, — бросил сидевший за рулем Женька Голубев.

— Чего?! — возмутился Геннадий. — Это мы-то ловить не умеем? Это Неспокойный ловить не умеет? Который на рыбалке чаще, чем на работе бывает!

— Почему же тогда мелочевка попадается, а крупняк, словно весь перевелся? — поинтересовался Павел.

— Да не перевелся крупняк! Просто Шишига какую-нибудь хитрость придумал, чтобы, когда мы приезжаем, не клевала на наши приманки крупная форель.

— Какую, например, хитрость?

— Ну, допустим, в определенные часы врубает какое-нибудь излучение, отбивающее аппетит именно у крупной рыбы.

— Не может такого быть? — усомнился Лыжник.

— Все может быть, — сказал Голубев.

— А я предлагаю, не мудрствуя лукаво, спросить об этом у самого Шишиги, — предложил Павел. — Куда, мол, крупная форель подевалась?

— Так он тебе и расколется, — отмахнулся Вакиридзе. — Лучше уж мягко так намекнуть, что если и на этот раз никто из нас ничего стоящего не поймает, пропесочим его водоем сразу на всех рыболовных интернет-сайтах, да еще и в твоем журнале так, что к нему вообще приезжать перестанут.

— Вот ты и намекни.

— Вот и намекну! Уж больно хочется под новый год нормальной рыбки домой привезти…

* * *

Накануне нового года компания давних приятелей на трех машинах приехала на одно из подмосковных озер, где была организована платная рыбалка. В озере водилась разная рыба: щука и окунь, карась и плотва, но рыбаки приезжали сюда и выкладывали денежки не ради них. В последние годы стараниями арендатора Ефима Шишигина в озеро запустили радужную форель, которая так привлекала любителей подледной ловли.

За возможность выйти утром на лед с ледобуром и удочками и ловить рыбу до наступления темноты, Шишигин брал пятьдесят долларов. Пяток пойманных форелей оправдывали затраты, если сравнить стоимость с покупкой той же рыбы в магазине. Кому-то за световой день удавалось поймать больше, кому-то меньше, а кому-то вообще ничего. Последние, как правило, оставались недовольными поездкой, хотя случись им так же не обрыбиться на обычном водоеме, где не требовалось покупать лицензию, никаких претензий бы не возникало — хватало самого процесса рыбалки, свежего воздуха, общения в хорошей компании…

— Вы, гляньте! На льду родилась елочка, на льду она росла! — воскликнул Павел, глядя в окно машины, остановившейся на высоком берегу у егерского домика.

И в самом деле — прямо посередине озера на бревенчатом настиле стояла бочка в которой «росла» довольно высокая пушистая ель, украшенная бумажными игрушками и гирляндами.

— Ого! — удивился Лыжник. — Помню, в детстве такие елки во дворе нашей пятиэтажки устанавливали. Так над этим целая бригада трудилась, а как Шишига-то справился? Не в одиночку же!

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.