Морская политика России 80-х годов XIX века

Кондратенко Роберт Владимирович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Морская политика России 80-х годов XIX века (Кондратенко Роберт)

Введение

Не так давно российский Военно-Морской Флот отпраздновал свой трехсотлетний юбилей. Немногим менее насчитывает его историография, первым опытом которой считается написанное Петром Великим «Объявление» к «Уставу морскому». Однако подлинный ее расцвет начался только в 60-е годы XIX века, и связан он с деятельностью А.В. Висковатова, С.И. Елагина, Ф.Ф. Веселаго, В.Ф. Головачева и других офицеров и служащих морского ведомства. Вплоть до 1917 года, флотские историки разрабатывали сюжеты преимущественно XVIII — первой половины XIX века. Из событий более позднего времени их внимание привлекали главным образом войны с Турцией 1877–1878 годов и Японией 1904–1905 годов. Промежуточный же период оказался в тени. Его бегло описывали авторы немногочисленных популярных очерков, упоминавшие в основном лишь усиленное судостроение и создание незамерзающего порта в Либаве, а также отмечавшие недостатки в боевой подготовке флота [1] .

Гораздо больше сведений сообщали юбилейные издания, итоговые обзоры и учебные курсы, кратко характеризовавшие реформы центрального управления, перемены в организации личного состава, перечислявшие новые образцы оружия и техники, лаконично описывавшие работы по созданию новых и расширению старых военных портов, плавания отдельных кораблей и отрядов, маневры [2] .

Вопросы развития военно-морского образования затрагивались в очерках истории специальных учебных заведений [3] . Некоторые сведения о деятельности руководящего состава морского ведомства содержатся в биографических изданиях [4] .

Однако в дореволюционных работах разнообразные мероприятия Морского министерства не рассматривались как целостный комплекс, как целенаправленная политика, скоординированная с действиями таких министерств, как Военное, Финансов, Иностранных дел и обусловленная состоянием отечественной промышленности. Первую попытку объяснить решения руководства Морским министерством с учетом влияния преимущественно внешне-политического и военного ведомств предпринял в книге «Подготовка России к мировой войне на море» профессор Военно-морской академии РККФ М.А. Петров. Он постарался раскрыть зависимость дислокации сил флота, оборудования морских театров и судостроения от оценки правительством военно-политической ситуации в Европе и на Дальнем Востоке [5] .

Основывая свои выводы преимущественно на постановлениях Особого совещания министров 1881 года и материалах, касающихся разработки и корректирования судостроительной программы, М.А. Петров писал о расширении к началу 80-х гг. XIX века круга задач, решаемых Морским ведомством. Помимо обороны берегов и подготовки крейсерской войны с Англией, Главному Адмиралтейству приходилось принимать меры и к обеспечению планируемой высадки десанта в устье Босфора, и к парированию угроз со стороны усиливавшихся флотов Германии, Китая и Японии. Вместе с тем, по мнению М.А. Петрова, руководители Морского ведомства предназначали собственный флот для действий в океанах, отодвигая береговую оборону на второй план.

Такой подход, как считал М.А. Петров, был ошибочен, ибо не учитывал темпов роста германской военной мощи и не соответствовал общей политической и стратегической обстановке. Быстрое развитие германского флота заставило пересматривать судостроительную программу дважды, в 1885 году увеличив число миноносцев за счет броненосцев, а в 1890 году восстановив количество последних. Однако за недостатком средств вплоть до 1895 года выполнить план в намеченном объеме не удалось. Тем временем, победа Японии над Китаем резко изменила обстановку на Дальнем Востоке и вынудила Россию приступить к наращиванию морских сил в Тихом океане. Но мера эта оказалась запоздалой и недостаточно решительной.

Написанная с использованием архивных материалов, работа М.А. Петрова в некоторых отношениях сохранила свое значение, и до недавнего времени оставалась единственным исследованием такого рода. В книге В.Е. Егорьева «Операции владивостокских крейсеров в Русско-японскую войну 1904–1905 гг.» затронуты отдельные вопросы базирования российского флота на Тихом океане [6] .

Монография А.П. Шершова «История военного кораблестроения» и исторический очерк, предваряющий справочник С.П. Моисеева «Список кораблей русского парового и броненосного флота», лишь детализировали предложенную М.А. Петровым схему планирования и организации судостроения [7] . Подготовленное Ю.А. Пантелеевым учебное пособие «Развитие штабов в русском флоте от их зарождения до наших дней» содержит всего несколько замечаний относительно структурных преобразований в морском ведомстве изучаемого периода [8] .

Практически ничего не добавили к сказанному М.А. Петровым о морской политике последних десятилетий XIX века составленные в 1960-е годы и неоднократно переиздававшиеся очерки истории Балтийского, Черноморского и Тихоокеанского флотов [9] . Та же концепция, развитая на основании очерка С.П. Моисеева, легла в основу работ И.А. Козлова [10] .

Опубликованная в 1973 году монография Л.Г. Бескровного «Русская армия и флот в ХIХ в.» не предложила целостного взгляда на морскую политику, более того, в ней содержится ряд ошибочных истолкований фактов [11] .

Несколько слов о событиях 80-х годов XIX века сказано авторами книги «Русские и советские моряки на Средиземном море» [12] .

Вопросами совершенствования техники, оружия и тактики ограничился в обобщающем труде «Развитие тактики военно-морского флота» Н.Б. Павлович [13] . Такой же характер носит и учебное пособие В.Ю. Грибовского «Развитие парового и броненосного флотов в XIX в.» [14] .

Ряд существенных замечаний о морской политике России на Дальнем Востоке включен в работу Д.Н. Эндакова «Русский флот на Тихом океане» [15] . К сожалению, они практически не нашли отражения в книге о борьбе на море в Русско-японскую войну, написанной И.А. Козловым и В.А. Золотаревым, которая, по сути дела, воспроизводит прежние разработки И.А. Козлова [16] .

В канун празднования 300-летия российского флота количество публикаций на темы военно-морской истории увеличилось, однако большинство из них было посвящено частным вопросам, преимущественно судостроению, работы же обобщающего характера по-прежнему в значительной мере основывались на идеях М.А. Петрова. Такова, в частности, книга В.А. Золотарева. И.А. Козлова, В.С. Шломина «История флота государства российского» [17] . Та же концепция положена и в основание учебных пособий, например, подготовленного в 1995 году А.П. Алхименко и В.Д. Доценко для Военно-морской академии или В.П. Арзамасцевым, В.Н. Георгицей, Е.Ф. Подсобляевым для курсантов училищ [18] .

Несколько отличается от перечисленных работ статья В.Ю. Грибовского «Флот в эпоху Александра III». Автор обращает внимание на меры по усилению отряда судов в Тихом океане после Афганского кризиса 1885 года и поездку И.А. Шестакова на Дальний Восток в 1886 году, оказавшую заметное влияние на морскую политику в этом регионе. В статье подчеркивается роль адмирала Н.М. Чихачева, сторонника развития преимущественно Балтийского флота, восстановившего в 1890 году первоначальный план судостроения, и отмечается, что: «Создание линейного флота "открытого моря" повышало престиж России в решении вопросов международной политики и предоставляло известную свободу выбора выгодных политических комбинаций с целью обеспечения безопасности западных границ империи» [19] .

Вышедший из печати в 1996 году первый том исторического очерка «Три века российского флота», в состав авторского коллектива которого входил и В.Ю. Грибовский, содержит близкую к предложенной в упомянутой статье трактовку событий 80 — 90-х годов XIX века. Перечисляя случаи использования морских сил для решения внешнеполитических задач, автор соответствующего раздела называет не только подготовку к крейсерским операциям в дни Афганского кризиса 1885 года, дружественный визит в Тулон, демонстрацию 1895 года, в Чифу, но и участие российских кораблей в урегулировании греко-турецкого конфликта из-за острова Крит в 1897 году. Флот понимается как инструмент для решения более широкого круга задач внешней политики, нежели в работе М.А. Петрова, но основные положения близки к выдвинутым в ней [20] .

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.