Убийства в «Маленькой Японии»

Лансет Барри

Серия: Джим Броуди [1]
Жанр: Прочие Детективы  Детективы    2014 год   Автор: Лансет Барри   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Убийства в «Маленькой Японии» (Лансет Барри)

Посвящается моим родителям Бобу и Ленни

в благодарность за их неустанную поддержку

и тем из моих японских друзей, которые не перестают

чувствовать свою «обособленность».

Истинный мудрец слышит то, что не издает звука, и видит то, что не имеет облика.

Из афоризмов мастеров дзен

День первый

Вор, исчезнувший бесследно

Глава первая

Сан-Франциско

К моему прибытию на улице Японского квартала, или «Маленькой Японии», выделялись пятна двух оттенков красного. Алым блеском отливало вечернее платьице маленькой девочки. А второе было жидким и слишком походило на человеческую кровь. Впрочем, скоро сюда добавится и третий оттенок – побагровевших лиц «отцов города», как только в эфир выйдут первые сообщения о происшедшей бойне.

Но лично моего порога известие о трагедии в Японском квартале достигло задолго до того, как дикторы взахлеб принялись смаковать подробности.

Через несколько минут после срочного вызова я уже мчался по Филлмор-стрит за рулем классического коричнево-малинового кабриолета «катласс». Прежде чем раздался полуночный звонок, я занимался реставрацией японской чайной чаши XVIII века, пользуясь навыками, полученными в городе гончаров Шигараки, что примерно в часе езды от Киото. Вот почему даже при том, что крыша машины была опущена, мне продолжал бить в нос едкий запах лака, с помощью которого я приклеивал мелкие сколы по верхнему ободу. Дав затем лаку высохнуть, я собирался нанести последний штрих – покрыть край слоем растворенной золотой пудры. Реставрация и есть реставрация, но если подойти к делу с душой, то древняя вещь вновь обретает свое подлинное историческое достоинство.

Я свернул влево на Пост-стрит, почти не притормаживая и отчаянно взвизгнув покрышками перед самым капотом огненно-красной «мазды-миаты», в которой двое бандитского вида типов неспешно катили вверх по склону холма. Волна прохладного ночного воздуха, ударившая при этом мне в лицо и взъерошившая волосы, сняла остатки сонливости. У машины гангстеров тоже был опущен верх, видимо, для лучшего обзора при стрельбе.

Они мгновенно ускорились, и даже сквозь шум моторов я слышал отборную басовитую ругань, а в зеркальце заднего вида различал гневно взметнувшиеся вверх кулаки, когда их сверкающий спортивный автомобиль почти уперся в мой бампер.

А потом появился пистолет, и торс мужчины вырос зловещей тенью над лобовым стеклом на фоне темного неба. Но уже в следующий момент водитель заметил впереди полицейский заслон, резко ударил по тормозам и послал машину в крутой разворот. Внезапное изменение направления движения отбросило стрелка к двери, и он чудом не вылетел на мостовую. Нелепо взмахнув рукой, он в последний момент сумел вцепиться в раму стекла и упал на мягкое сиденье, а «мазда» умчалась прочь, злобно взревев на прощание двигателем.

Мне были понятны их чувства. Не имей я специального приглашения, тоже совершил бы подобный маневр. Но у меня-то выбора не оставалось. Именно сюда меня и позвали.

Когда раздался телефонный звонок, мне пришлось осторожно стянуть с рук резиновые перчатки, чтобы ни капли ядовитого лака не попало на кожу. Днем я настолько загружен в магазине, что реставрацией приходится заниматься в поздние часы, уложив дочь спать. Этим вечером я трудился над сосудом для чайной церемонии.

Лейтенант полицейского управления Сан-Франциско Фрэнк Ренна не стал тратить времени на формальности и предисловия:

– Мне нужна твоя помощь. И на сей раз нужна до зарезу.

Я бросил взгляд на бледно-зеленые цифры электронных часов – 00:24.

– И время самое подходящее.

В трубке раздались вздох и невнятное бурчание, что у Ренны означало извинения.

– Тебе заплатят обычный гонорар за консультацию. Но я, конечно, понимаю, что этого мало.

– Ничего, с голода не помру.

– Рад, что ты так это воспринимаешь. Необходимо, чтобы ты приехал и посмотрел кое-что. У тебя есть бейсболка?

– Да.

– Натяни ее поглубже на лоб. Шапочка, кроссовки, джинсы. И гони сюда как можно быстрее.

– Куда именно?

– В «Маленькую Японию». На пешеходную улицу.

Я промолчал, прекрасно зная, что за исключением нескольких баров и кофейни «Деннис» на ночь там все закрывалось.

– Сколько тебе понадобится, чтобы добраться сюда? – спросил Ренна.

– Если пару раз нарушить правила, то минут пятнадцать.

– Постарайся уложиться в десять.

И уже через девять минут на полной скорости я подлетал к импровизированной баррикаде, образованной поставленными патрульными автомобилями там, где пешеходная торговая Бьюканен-стрит упиралась в проезжую Пост-стрит. Позади полицейских машин я сразу заметил фургон судебного медика и три микроавтобуса «скорой», все двери которых были распахнуты, но внутри царила непроницаемая тьма.

В ста ярдах от первого препятствия я остановился перед зданием Японского культурного центра, заглушил мотор и, покинув удобное сиденье из черной жатой кожи, направился в ту сторону, где царило оживление. Мрачный и небритый Фрэнк Ренна мгновенно отделился от большой группы местных полицейских и встретил меня на полпути. Позади его приближавшейся ко мне массивной фигуры небо озаряли непрерывно вращавшиеся красные и синие огни проблесковых маячков десятков патрульных автомобилей.

– Похоже, нынешней ночью здесь собралась вся армада?

В ответ он еще больше нахмурился.

– Близко к тому.

Полицейское управление Сан-Франциско часто консультировалось со мной по японским проблемам, хотя зовут меня Джим Броуди, во мне шесть футов и дюйм роста, вешу я сто девяносто фунтов, волосы темные, глаза голубые. Да, и чуть не забыл: я белый, то есть европеоид.

Так с какой же стати?

Дело в том, что первые семнадцать лет жизни я провел в Токио, где, собственно, и родился в семье сурового отца, американца ирландского происхождения, всем делом жизни которого была защита закона и порядка, и матери-американки – женщины утонченной, увлекавшейся живописью. С деньгами обстояло туго, а потому я учился в обычной местной школе, а не в одном из роскошных, но космополитических американских образовательных центров. Именно это и позволило мне как губке впитать язык и культуру японцев.

Попутно я овладел навыками карате и дзюдо у двоих самых почитаемых столичных мастеров, а матушка ввела меня в потрясающий мир японского искусства.

На противоположной от США стороне Тихого океана мои родители оказались благодаря американской армии. Джейк – мой отец – какое-то время возглавлял подразделение военной полиции, отвечавшее за безопасность в западном Токио, а затем служил в полиции Лос-Анджелеса. Вскоре выяснилось, что он на дух не переносил, когда им командовали, и потому решил вернуться в Токио, где стал основателем первого в городе по-американски организованного агентства частного сыска.

Готовить меня к будущей работе в фирме «Броуди секьюрити» он начал ровно через неделю после моего двенадцатого дня рождения. С этого времени я стал сопровождать отца и других сыщиков во время допросов, слежки и сбора информации. Сидя в конторе, листал папки с архивными делами, если только меня не отвлекали разговоры сотрудников о таких занятных вещах, как шантаж, супружеская неверность, похищения с целью выкупа и тому подобном. Их болтовня была остроумной, полной реальной жизни и более увлекательной, чем танцульки на дискотеке в Роппонги или вечер в дешевом ресторане Харадзюку, хотя я ухитрился побывать там тоже, еще не достигнув совершеннолетия и пользуясь фальшивым удостоверением личности.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.