Гизенстексы

Браун Фредрик

Жанр: Фэнтези  Фантастика  Ужасы и мистика    Автор: Браун Фредрик   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Гизенстексы ( Браун Фредрик)

Самое странное во всем этом было то, что Обри Уолтерс совсем не была странной маленькой девочкой. Она была совершенно обычной, как ее отец и мать, которые жили в квартире на Отис-стрит, играли в бридж один вечер в неделю, выходили куда-нибудь в другой вечер, а остальные вечера спокойно проводили дома.

Обри было девять, у нее были веснушки и похожие на проволоку волосы, но в девять лет еще никто не расстраивается по этому поводу. Она очень хорошо училась в не слишком дорогой частной школе, куда ее отправили родители, легко заводила друзей среди других детей и брала уроки на трехчетвертевой скрипке, играя на ней отвратительно.

Возможно, ее величайшим недостатком была склонность поздно ложиться спать по вечерам, но на самом-то деле это была вина ее родителей, позволявшим ей оставаться заполночь одетой, пока она не станет сонной и сама не захочет отправиться в постель. Даже в пять и в шесть лет она редко ложилась в постель до десяти вечера. И если в моменты пробуждения материнской заботы ее клали в постель пораньше, она все равно никогда вовремя не засыпала. Так почему же не позволить ребенку остаться подольше?

Теперь, в девять лет, она оставалась на столько же, на сколько и родители, что в обычные вечера было примерно до одиннадцати, а то и позднее, когда собиралась компания в бридж, или когда они вечером куда-нибудь ходили. Тогда она ложилась еще позднее, ибо обычно они брали ее с собой. Обри наслаждалось всем, что бы там ни было. Она тихо, как мышка, сидела в театральном кресле или с серьезностью маленькой девочки смотрела на всех над краем кружки имбирного эля, когда они пили коктейль-другой в ночном клубе. Она впитывала шум, и музыку, и танцы, от удивления широко распахнув глаза и наслаждаясь каждой минутой.

Иногда дядя Ричард, брат матери, ходил вместе с ними. Они и дядя Ричард были хорошими друзьями. Именно дядя Ричард и принес ей тех кукол.

— Забавная штука произошла сегодня, — сказал он. — Я шел по Роджерс-плейс мимо здания клуба моряков — знаешь, Эдди, где Док Ховард держит свой офис — как что-то шлепнулось на тротуар прямо позади меня. Я повернулся, а там вот этот пакет.

«Пакет» оказался белой коробкой чуть больше, чем из-под обуви, весьма странно перевязанной серой лентой. Отец Обри, Сэм Уолтерс, с любопытством осмотрел коробку.

— Помятой не выглядит, — сказал он. — Наверное, упала из не очень высокого окна. Они и была так завязана?

— Точно так. Я сдвинул ленту назад после того, как открыл ее и взглянул. Ну, я не хочу сказать, что я все переворошил… Я просто остановился и посмотрел вверх, кто же ее бросил — подумал, что кого-нибудь увижу у окна. Но никого не было, и я подобрал коробку. Внутри было что-то не очень тяжелое, а коробка и лента выглядели так, ну, не так, чтобы такое кто-то выбросил нарочно. Так я постоял, задрав голову, но ничего не происходило, поэтому я слегка потряс коробку и…

— Ну, хорошо, хорошо, — сказал Сэм Уолтерс. — Избавь нас от болтовни. Ты не нашел, кто уронил ее?

— Нет. И я подымался до четвертого этажа, расспрашивая людей, чьи окна выходят на место, где я ее подобрал. Когда это случилось, все оказались дома, но никто даже никогда и не видел коробку. Думаю, она могла свалиться с оконного выступа. Но…

— Что в ней, Дик? — спросила Эдит.

— Куклы. Четыре штуки. Я принес их сюда для Обри. Если она их захочет.

Он развязал пакет, и Обри сказала:

— О-о-о, дядя Ричард! Они… они такие красивые!

Сэм сказал:

— Хм. Они скорее похожи на маленькие манекены, чем на куклы. Я имею в виду то, как они одеты. Наверное, стоят по несколько долларов за штуку. Ты уверен, что хозяин не захочет их вернуть?

Ричард пожал плечами.

— Не вижу, как он сможет. Как я говорил, я обошел четыре этажа, расспрашивая всех подряд. Хотя по виду коробки и по стуку от удара не скажешь, чтобы она падала даже с такой высоты. А когда я открыл ее… Ну, да ты взгляни… — Он вытащил одну из кукол и вручил Сэму Уолтерсу для инспекции.

— Воск. Я имею в виду — головы и ладони. И ничего не треснуло. Коробка не могла упасть выше, чем со второго этажа. Но даже так, я не понимаю, как… — И он снова пожал плечами.

— Это Гизенстексы, — сказала Обри.

— Что? — спросил Сэм.

— Я хочу назвать их Гизенстексами, — сказала Обри. — Смотри, это папа Гизенстекс, а это мама Гизенстекс, а эта хорошенькая девочка — это Обри Гизенстекс. А еще один мужчина, мы назовем его дядя Гизенстекс. Дядя маленькой девочки.

Сэм усмехнулся.

— Как мы, да? Но если дядя, э-э, Гизенстекс, это брат мамы Гизенстекс, как дядя Ричард — мамин брат, тогда его фамилия не может быть Гизенстекс.

— Это все равно, — ответила Обри. — Они все Гизенстексы. Папа, купишь мне домик для них?

— Кукольный домик? Ну… — он хотел сказать «ну, конечно», но перехватил взгляд жены и спохватился. День рождения Обри всего через неделю, и они раздумывали, что ей подарить. Он торопливо закончил фразу: — Ну, я подумаю…

* * *

Это был красивый кукольный домик. Всего одноэтажный, но весьма разработанный, со снимающейся крышей, чтобы можно было переставлять мебель и передвигать кукол из комнаты в комнату. Он хорошо подходил по размерам к манекенам, что принес дядя Ричард.

Обри была в восторге. Все ее другие игрушки канули в забвение, игра с Гизенстексами занимала большую часть ее мыслей не во сне.

Прошло совсем немного времени, когда Сэм Уолтерс начал замечать некий странный аспект ее игр с Гизенстексами и раздумывать над замеченным. Поначалу с тихой усмешкой над теми совпадениями, что последовали одно за другим.

Потом, с озадаченным выражением лица.

И совсем скоро после этого он отвел Ричарда в уголок. Все четверо только что вернулись после карточной игры. Он сказал:

— Э-э… Дик…

— Что, Сэм?

— Эти куклы, Дик. Откуда ты их взял?

Ричард смотрел непонимающими глазами.

— Что ты имеешь в виду, Сэм? Я же рассказывал тебе, откуда их взял.

— Да, но… ты не пошутил? Я хочу сказать, может, ты купил их для Обри, и, думая, что мы станем возражать, что ты даришь ей такой дорогой подарок, ты… э-э…

— Нет, честно, это не так.

— Но, черт побери, Дик, они же не могли свалиться из окна или быть выброшенными и не разбиться. Они же из воска. Может, кто-то шел за тобой, или проезжал мимо на машине?

— Никого вокруг не было, Сэм. Совсем никого. Я сам этому удивляюсь. Но если б я лгал, то ведь не стал бы сооружать такую дурацкую историю, правда? Сказал бы просто, что нашел их на скамейке в парке или на кресле в кинотеатре. Но почему ты так интересуешься?

— Я… э-э… я просто хочу знать.

Сэм Уолтерс и далее продолжал удивляться.

По большей части это были мелочи. Вроде той, что Обри как-то сказала:

— Папа Гизенстекс сегодня утром не пойдет на работу. Он лежит в постели, болеет.

— Да? — спросил Сэм. — А что случилось с этим джентльменом?

— Наверное, он что-то не то съел.

И на следующее утро, за завтраком:

— Ну, и как там мистер Гизенстекс, Обри?

— Немного лучше, но сегодня он еще не идет на работу, говорит доктор. Может быть, завтра.

А на следующий день мистер Гизенстекс вернулся к работе. Так уж случилось, что как раз в этот день Сэм Уолтерс вернулся домой совершенно больным в результате того, что он съел за ленчем. Да, он пропустил два рабочих дня. В первый раз за несколько лет по причине болезни.

Некоторое события происходили быстрее, некоторые медленнее. Нельзя было ткнуть пальцем и сказать: «Ну, раз это случилось с Гизенстексами, то через двадцать четыре часа это произойдет с нами.» Иногда это происходило меньше, чем через час. Иногда — через целую неделю.

«Мама и папа Гизенстексы сегодня поругались».

И Сэм пытался избежать ссоры с Эдит, но оказалось, что он просто не может ее избежать. Он очень поздно вернулся домой, хотя и не по своей вине. Это случалось часто, но на сей раз Эдит повела себя иначе. Мягкие расспросы превратились в гнев, а под конец он и сам вышел из равновесия.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.