Первая неделя

Парыгина Наталья Деомидовна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Первая неделя (Парыгина Наталья)

Лида приехала в Мшанки с попутной машиной. Главврач района Анна Николаевна хотела сама поехать с нею, но привезли тяжелого больного, и она не смогла.

Шофер вел машину по заросшей травою улице. Деревянные избы с просторными дворами и огородами тянулись по обе стороны. Сельмаг. Клуб. Честно сказать — неказистый клуб. Чайная. Смотри-ка, даже чайная есть!

Лиде очень хотелось, чтобы эта сибирская деревня Мшанки ей понравилась. Но то, что она видела, не привлекало. Улица неровная, с засохшей гребнями глиной, мусор вокруг, деревьев во дворах мало. А цветов совсем не было и оттого деревня казалась голой и неприбранной. «Надо будет провести беседу, чтобы садили деревья. Школьников организую, поговорю с учителями и организую», — думала Лида.

— Приехали, фельдшерица, — сказал шофер.

Машина стояла возле большого деревянного дома с вывеской «Сельсовет».

— Ну, спасибо, — сказала Лида. — Счастливого вам пути.

— Когда лечить-то начнешь?

— Завтра, наверно. А если что срочное, так и сегодня.

— Давай, давай, действуй, помощник смерти, — подмигнул смуглый озорник-шофер.

— И совсем не остроумно, — сухо проговорила Лида.

— Я на этой неделе заболею, — сказал шофер. — Приеду к тебе лечиться.

— У вас же свой медпункт есть.

— Свой мне не помогает. Меня, между прочим, Ваней звать. Иван Зайцев. А то за всю дорогу так и не познакомились. Сам пока холостой.

— Мне это безразлично, — сказала Лида.

— Ну, не совсем, поди, безразлично, — усмехнулся Зайцев, доставая из кузова ее чемодан.

Он донес его до сельсовета, пожелал успеха и уехал.

Председатель был не один — еще двое мужчин сидели возле стола и курили. Все они бесцеремонно уставились на Лиду.

— Вот, приехала, — сказала Лида. — На медпункт. Фельдшерицей.

— Фельдше-ри-цей? — нараспев переспросил пожилой дядька, сидевший напротив председателя.

Председатель ничего не сказал, только почесал переносицу и вздохнул. Он очень выразительно вздохнул, обидно для Лиды. «Не фельдшерица ты, а одно название». Так примерно можно было истолковать этот вздох.

— Я окончила медицинский техникум, — сказала Лида с некоторым задором.

Председатель никак не реагировал на это важное сообщение. Тогда Лида прошла вперед, поставила чемодан на табурет, открыла его, достала документы и протянула председателю.

Он прочел направление, взял паспорт, долго разглядывал его, словно выучивал наизусть.

— Значит, Смирнова, — сказал он и опять протяжно вздохнул.

Лида не выдержала.

— Ну что вы вздыхаете! — сказала она с раздражением. — Если не нужен фельдшер, так я уеду.

— Фельдшер нужен, как не нужен? — Председатель вздохнул в третий раз.

На этот раз Лида молча стерпела его вздох.

— У тетки Мариши будешь жить, — заявил председатель. — Только у ней детей трое.

— Что же, как ночью за мной прибегут, так всех детей потревожат, — недовольно проговорила Лида.

— У тетки Мариши тебе будет хорошо, — решил председатель, не придав значения ее словам. — Вот как пойдешь по этой улице, считай от сельсовета пятый дом. Скажешь: Кузин, мол, прислал.

Тетка Мариша окучивала в огороде картошку. Двое ребят, мальчик и девочка, сидели неподалеку от матери между картофельными бороздами и по-очереди грызли один огурец.

Лида, со двора увидев хозяйку, вошла в огород, сказала, что ее направил Кузин.

— Ну так что? — отозвалась тетка Мариша. — Живи, дом большой.

И она продолжала окучивать картофель, не обращая больше на Лиду внимания, а та стояла возле чемодана и не знала, что делать.

— В сарае, — сказала тетка Мариша, кончив рядок, — еще тяпка есть, мы с тобой вдвоем-то вот как скоро управимся.

Лида сходила за тяпкой, сняла туфли и стала помогать тетке Марише.

Они управились часа за полтора.

— Сейчас покормлю маленького и пойдем на озеро, — искупаемся, — сказала тетка Мариша. — А тогда ужинать будем.

Но Лида с этим планом не согласилась.

— Я сначала сбегаю на медпункт, — заявила она.

Умылась во дворе, выпила молока с хлебом и пошла в медпункт.

Большой ржавый замок висел на двери. Ключ с трудом, со скрипом повернулся в этом замке. У Лиды сильно колотилось сердце, словно за дверью с нею должно было произойти что-то необыкновенное.

Но медпункт был самый обыкновенный — очень похожий на тот, в Рязанской области, в котором Лида проходила практику. В передней стояли некрашеная скамейка и стол. В приемной — стол и несколько стульев, накрытая клеенкой кушетка, белый шкафчик. Пахло лекарствами и пылью.

«Совсем заброшенный, нежилой вид, — подумала Лида. — Надо будет сначала хорошенько прибрать…»

У окна на гвоздике висел длинный белый халат. Лида тихо, словно боясь кого-то потревожить, прошла через кабинет и потянулась к халату.

Он был сильно велик ей — с мужского плеча. Анна Николаевна говорила, что тут прежде был фельдшер мужчина.

Все-таки Лида надела халат, завязала пояс. Жаль, что не было зеркала: взглянуть бы, как она выглядит. Лида села за стол вполоборота к пустому стулу, за которым скоро, быть может, уже завтра, будет сидеть ее первый пациент.

— На что жалуетесь? — спросила она воображаемого пациента.

Вопрос прозвучал слишком робко.

— На что жалуетесь? — погромче повторила Лида.

Нет, опять не так. Надо же сначала записать фамилию.

— Садитесь, пожалуйста. Вот на этот стул. Как ваша фамилия?

— Шабалин — моя фамилия.

Лида вздрогнула всем телом и вскочила. Пожилой мужчина стоял в дверях и серьезно, даже строго глядел на Лиду.

— Мочи нет, до чего голова болит, — сказал он и не спеша прошел к тому самому стулу, на который указывала Лида. — Пилюль бы каких, что ли, дала, дочка.

Лида все еще стояла у стола и не могла произнести ни слова. Пациент, видимо, почувствовал ее растерянность и сам смутился.

— Мне баба советовала, чтоб до завтра погодить, — проговорил он, — да уж больно замучился. Услыхал, что ты приехала, и пошел. Да ты садись, не бойся.

— Я не боюсь, — сказала Лида. — Давно у вас болит?

Она долго выспрашивала и выслушивала своего первого пациента, измерила кровяное давление, потом дала ему пирамидон и направление в больницу. Но пациент сказал, что пирамидон ему не помогает, а в больницу он не поедет, так как он бригадир и сейчас самая работа.

Шабалин уходил явно разочарованный, Лида по его ссутулившимся плечам видела, что он недоволен и расстроен, и ей хотелось побежать за ним вслед, догнать его, вернуть и вылечить. Но она не знала, как вылечить.

А он в дверях вдруг обернулся и сказал:

— Ты бабку Лиходееву опасайся. Это она прежнего фельдшера выжила. Как бы и тебя…

— Да ну! — сказала Лида. — Какая-то бабка…

Старуха Лиходеева пришла на следующий день. Лида вместе с теткой Маришей уже навела в медпункте порядок, и в воздухе теперь не пахло пылью, а только лекарствами и немножко сыростью от непросохшего пола. Сама фельдшерица была в белоснежном халате, который ей сшила мама еще там, дома. Лида любила, чтобы одежда сидела аккуратно, по фигуре, и мама умела ей угодить.

Лида начала прием ровно в девять. Первой вошла женщина с девочкой, у которой была ангина. Потом — дядя с фурункулом на шее. А третьей оказалась бабка Лиходеева.

Что это и есть Лиходеева, Лида узнала, когда бабка назвала свою фамилию. А сначала она увидела обыкновенную старуху с сухим бледным лицом, одетую в черную просторную юбку и коричневую кофту и повязанную белым в крапинку платком. Старуха двигалась медленно и важно, словно в церкви. Лида пригласила:

— Садитесь, бабушка.

Бабка плавно, неторопливо опустилась на стул и прямо уставилась в лицо фельдшерицы острым неприветливым взглядом.

— Лечишь? — спросила она хрипловато.

Лида не стала отвечать на этот праздный вопрос.

— Как ваша фамилия? — спросила она.

— Лиходеева моя фамилия, — сказала бабка. — Фекла Никифоровна. Ай слыхала уж про меня? — добавила она, заметив промелькнувшее в глазах фельдшерицы беспокойство.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.