Объявляю убийце голодовку

Павлова Инна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Объявляю убийце голодовку (Павлова Инна)

Все герои этого произведения являются вымышленными, любое сходство с реальными лицами и событиями может оказаться лишь случайным.

Глава 1

Все, с меня хватит. Я больше не могу! Единственный выход из положения вижу в замужестве. Причем немедленном.

Думаете, под венец собралась я? Ни в коем случае! Двух неудачных попыток выстроить семейный очаг оказалось достаточно, чтобы я зареклась от подобных экспериментов впредь. Но это совсем не означает, что я собираюсь лишить себя радости материнства, детей я люблю. Поэтому после тридцати готова обзавестись парочкой прелестных малышей. Но это будет позже и без довеска в виде беспомощного создания, по непонятной причине причисляемого к «сильному полу».

Когда-нибудь потом я расскажу, почему отношение к мужчинам у меня столь негативное, — доведись вам побывать замужем за одним из благоверных, вы бы тоже хорошо подумали, прежде чем покидать армию закоренелых холостячек.

Нет, я отнюдь не мужененавистница и не синий чулок. Просто ко мне почему-то тянутся исключительно маменькины сынки и подкаблучники. Они целиком заполоняют мою жизнь, превращая ее то в полигон, то в цирковую арену.

Мне отводится роль наставницы, кормилицы и защитницы, взамен же предлагается вечное брюзжание балованного дитяти. Может, я сейчас попираю чьи-то идеалы, в таком случае прошу меня извинить, но все равно. Лично мне эта схема кажется порочной и противоестественной. Зато сильные, самодостаточные мужики втягивают меня во многочасовые беседы о смысле жизни, а то, что со мной возможны романтические отношения, им в голову не приходит.

Кажется, я немного отвлеклась. Это потому, что затронута больная тема. А вообще-то речь шла о необходимости осчастливить брачными оковами Аллочку, которой, в отличие от меня, это просто необходимо.

Почему? Ну, во-первых, замужем она не была, хотя ей уже двадцать четыре — она всего на два года моложе меня. Во-вторых, она бесконечно влюбляется и влипает в истории, хотя к неприятностям вроде не стремится. Сказывается катастрофическая незанятость, от которой в семейной жизни она избавится раз и навсегда.

Ну и, наконец, я до смерти устала от постоянных звонков среди ночи, когда Алка припадает ко мне, как к жилетке, и грузит бесконечными переживаниями. Думаю, будет только справедливо, если эти тяготы разделит кто-нибудь еще. Иначе моя диссертация по методике преподавания бизнес-курса английского в старших классах школ с углубленным изучением иностранных языков так и останется на стадии проекта.

Выход я нашла, однако реализовать его оказалось непросто. И не потому, что Аллочка крокодил. Совсем даже наоборот. Она хорошенькая. По теперешним меркам пухловата, но это ее совсем не портит. А поскольку нестандартная половая ориентация, присущая большинству зарубежных модельеров, охватила соотечественников отнюдь не поголовно, то неудивительно, что мужчины на подружку смотрят с удовольствием. Проблема в другом, мы обе работаем в школе. И этим сказано все. У нас не просто бабский коллектив, он вопиюще бабский, и за исключением физика, которого я вообще затрудняюсь отнести к какому-либо полу вследствие его забитости и бессловесности, все остальные — полнокровные, стопроцентные женщины. И у половины те же проблемы, что и у подружки.

Разумеется, сдаваться я не собиралась и, пораскинув мозгами, повела притихшую подружку заниматься йогой. Какой-нибудь немногословный атлет с устойчивой нервной системой и спокойным отношением к женским слабостям меня вполне устроил бы в качестве Аллочкиного мужа.

Надежды, увы, не оправдались. Кроме бодрых подтянутых старушек и цветущих дам постбальзаковского возраста, обнаружилось несколько подростков, но даже наличие среди них троих допризывников меня не вдохновило. С йогой пришлось завязать, хотя подружка упиралась всеми четырьмя. Кричала, что желает оздоравливаться, что ей тут понравилось, йога, мол, ее призвание. Я и сама видела, что йогини выглядели и, похоже, себя чувствовали неплохо. Тем не менее, я осталась непреклонна. Шли мы не за этим!

Дольше пробного занятия мы не задержались ни на ушу, ни на купании в проруби. Не поверите, но помимо прекрасных дам в широчайшем возрастном диапазоне контингент зимних купальщиков разнообразили только груднички и дети младшего школьного возраста!

Короче, не попробовали мы исключительно прыжки с парашютом, и по одной-единственной причине — я совсем не хотела, рискуя собственной молодой жизнью, пополнить спаянный коллектив озверевших от рутины домохозяек или резвушек, благополучно вышедших на пенсию и пустившихся в погоню за острыми ощущениями.

Скажу честно: я отчаялась. Алла, по-видимому, тоже, потому как впала в затяжную депрессию и на попытки ее встряхнуть не реагировала. Ну, я и отстала. И накинулась на диссертацию.

Я и трех дней не просидела над первой главой, каковую уже и так шлифую не меньше года, как подружка захворала. И мое детище, закапанное слезами отчаяния, опять отправилось в нижний ящик письменного стола. Рассчитывать на скорое с ним свидание не приходилось. Аллочка угодила в больницу со смещением позвоночного диска.

Ну, как вам? Думаете, она лечила свою скорбь, разгружая товарняки? Ничего подобного! Девушка всего лишь озаботилась совершенствованием отпущенного природой и начала усиленно качаться на тренажерах! Предвижу ужас особо впечатлительных читательниц и спешу успокоить: маловероятно, что кто-нибудь другой, кроме Аллы Анатольевны, сумеет нанести себе непоправимый вред, занимаясь на высококлассном оборудовании и под присмотром опытного тренера. Это только Аллочка смогла. Причем на третий день занятий. Я потом лично валерианкой тренера отпаивала. У мужика, наверное, впервые в жизни подскочило давление, и я испугалась, как бы он не проследовал в стационар за моей недотепой.

Зря он так угрызался. Думаю, девушка все равно бы не убереглась. Судьба у нее такая, планида! Она мне сама рассказывала, как в детстве, тряхнув обычной вешалкой для одежды, выдрала себе половину волос; в другой раз упала на ровном месте и выбила два передних зуба (хорошо хоть молочных). А я лично наблюдала, как в театре, во время антракта, размечтавшись о своем, о девичьем, Алка с размаху вписалась в выступающую часть перил: при полном параде, в мини-платье и на шпильках, растянулась возле лестницы. Как вы думаете, мне в тот день удалось досмотреть спектакль до конца?

Разумеется, всю следующую неделю я после уроков неслась в больницу и оставалась там до отбоя. В итоге мне показалось, что лежать там не так уж плохо. А что? Лекарств все равно нет, так что с уколами никто не пристает; еда самая изысканная (надеюсь, вы не подумали, что свои любимые груши, осетрину горячего копчения и пирожки с капустой болящая потребляла в столовой?). Питала подружку я, замаливая свое невнимание, едва не стоившее ей жизни. Кроме того, я обеспечила ее телевизором, маленьким, но вполне пристойным, и обожаемые сериалы она могла смотреть хоть непрерывно. Делать ничего не надо. Спи себе, читай, оздоравливайся.

Я, например, когда в прошлом году попала в хирургию с аппендицитом, почувствовала, что просто родилась заново. Даже развернутый план первой диссертационной главы набросала. А ведь у меня в палате было не шестеро, как у Аллы, а девять человек! И храпели все так, что мысль положить голову на подушку казалась просто нелепой. Вот я и творила ночами. Правда, дома потом пришлось отсыпаться, но это мелочи жизни. Спать столько, сколько хочется, я все равно не смогу. Иначе жизнь, волнующе-прекрасная, пройдет мимо без моего участия.

Капризная подружка запросилась домой через пару суток.

— И как ты собираешься добираться до дому? — ехидно поинтересовалась я.

— На такси, конечно! До автобуса мне не дойти.

— Тебе и до такси не добраться. А если и доковыляешь, так тебя туда придется заносить. Причем в полный рост. И где это ты найдешь такую тачку? Тогда уж надо брать автобус!

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.