Голос ангела

Добровольская Юлия Григорьевна

Жанр: Короткие любовные романы  Любовные романы    2008 год   Автор: Добровольская Юлия Григорьевна   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Голос ангела ( Добровольская Юлия Григорьевна)

«Мне часто думалось, что надо бы написать книжку, объяснив, как у меня возникают те или другие страницы, может быть, даже одна какая-нибудь страница», — повторяю я вслед за Генри Миллером.

Каждая история, написанная мною, — каждая! — имеет свою историю. И если все свои истории я рисовала сама — повинуясь какому-либо импульсу, — то одна из них нарисовала мне картинку, которая через несколько лет стала явью…

«МАЛЕНЬКИЙ МЕДНЫЙ КЛЮЧИК, или Очень короткая история без начала и конца» — один из самых первых написанных мною рассказов. Я писала его долго. То есть начала писать, а потом отложила на какое-то время. Пыталась продолжить, но история не давалась мне.

А потом вдруг она сложилась сама собой… И вскоре после этого я встретила и полюбила Мужчину, который оказался похожим на героя моей истории — точнее, на двух ее героев: на Молодого Художника и на бородача. И даже профессия у моего Любимого похожая — он художник-фотограф. Мы счастливы по сей день…

Может, именно поэтому я часто говорю тем, кто мечтает о счастливой взаимной любви: «Рисуй! рисуй своего возлюбленного! тщательней прорисовывай каждую деталь его внешности и души! и как только ты закончишь, он тут же выйдет тебе навстречу».

ГОЛОС АНГЕЛА

Моему сыну Жене

Он очень спешил. Подвела мелочь, издержки холостяцкой жизни: любимая рубашка, которая так идет ему, оказалась грязной. Пришлось стирать, потом сушить на вентиляторе и, естественно, гладить.

Не то чтобы он опаздывал, но его план прийти раньше всех и самому угадать: кто? — проваливался. А тут еще оказалось, что адрес остался на работе, в кармане халата. И вот он — уже одетый и в перчатках — набирает Боба, Вовку то есть.

— Да?.. — Прозвучавший голос вызвал в голове короткое замыкание: она уже там? а она ли это? если это она — то он готов…

— Алло, говорите.

— Добрый вечер.

— Добрый…

Это не голос… это… это…

— Пригласите, пожалуйста, Владимира… Викторовича.

— Вы, вероятно, ошиблись.

— Минутку! Минутку… — Если она сейчас отключится, я погибну. Медленно и мучительно, как рыба, выброшенная на сушу… — Это номер…? — И он назвал номер Боба.

— Нет. Вы неверно набрали одну цифру.

— Какую?! Скажите, какую?.. — Но он кричал уже в пустоту.

Его вопрос, его смятенные чувства… да что там! — сама его жизнь, рванувшаяся туда, к этому Голосу, разбивалась о невидимую стенку, отлетала от нее осколками сигналов отбоя и исчезала в немой бездне, чтобы кануть в ней навсегда…

Он сполз по стене, поставил аппарат и долго сидел, зажав в руке трубку.

Придя в себя, словно после тяжелого наркоза, он попытался осознать произошедшее.

Он звонил Бобу. Набрал не ту цифру. Услышал Голос и… — как бы это поделикатней?.. — съехал с катушек.

Номер Боба — семь цифр. Если предположить, что какую-то из этих семи он недо- или перекрутил, получится… получится не так уж много номеров!

Он сбросил перчатки, уселся, вытянув ноги, прямо на пол и принялся судорожно вертеть диск. Первые два номера ответили мертвым молчанием, третий — отбоем. Он с надеждой продолжал атаковать этот третий. Ну и болтают же у нас по телефону!.. Никакого терпения не наберешься… И тут же спохватился: а вдруг это Она?.. тогда не болтает, а… Нет, он не находил определения этому Голосу. Все сравнения типа: «песнь песней», «звуки сфер» и тэ дэ — казались невообразимой пошлостью.

Прошло не меньше четверти часа. Он набирал номер без пауз: отбой — набор, отбой — набор. Может, трубка не лежит… На другой номер он не решался переключиться — боялся, что Она, закончив говорить, уйдет от аппарата…

Он вывихнет себе палец…

О чудо! Пошел длинный гудок… другой, третий.

— Слушаю! — Словно ушат ледяной воды: прокуренный мужицкий бас.

Он положил трубку и окончательно пришел в себя.

Во-первых, к телефону может подойти кто угодно. Во-вторых, она могла выйти из дому. В-третьих… и так далее.

Короче, в твоем распоряжении четырнадцать номеров и вся оставшаяся жизнь. Разумеется, желательно поторопиться.

Какой Голос…

Он прожил на свете двадцать восемь лет. Все это время он провел среди огромного количества голосов: школа, учителя, спорт, всяческие курсы и кружки, бесчисленные друзья родителей, институт. Теперь вот поликлиника — коллектив, больные дети, их мамы… сотни, тысячи мам. А магазины, улица, общественный транспорт… И ни разу ничего подобного!

Раздался звонок. В голове снова поехало: Она… Он попытался придать своему голосу нотки интимности и задушевности:

— Да. Слушаю вас…

— Ты что, заснул? — Это был Боб.

Ах, Боб! Чтоб тебя…

— Я твой адрес забыл в халате.

— А телефон где забыл?.. Пиши…

— Пишу.

Записав адрес, он поднялся и посмотрел на себя в зеркало. Симпатичный высокий молодой человек без вредных привычек. Хорошо сложен, добротно одет. В голове — без ложной скромности — много чего интересного, и душа отнюдь не пуста. Полная гармония формы и содержания. Теперь бы и тому и другому рука об руку и нога в ногу — да в гору.

В жизни тоже все хорошо складывается. Любимая работа — спасибо маме: сумела разглядеть его склонности и вовремя подогреть интерес, не давя и не внушая своего. Отдельная квартира — тоже спасибо маме: убедила папу, что взрослый человек должен жить независимо, — разменяли трехкомнатную.

И едет он — такой благополучный — к другу Бобу на новоселье. Правда, новоселье состоялось аж полгода назад, то есть — заселение. А сегодня — как бы окончание обустройства и начало новой жизни в новых стенах.

У Боба семья, двое детей: девочка и… девочка. Очаровательные создания. Это не потому, что он — детский доктор и любит детей. Просто эти двое — в самом деле необыкновенные.

Встречаются такие дети, но очень редко. Это он из своего опыта говорит. Он зовет их про себя ангелами. Ему даже всякий раз хочется лопаточки их пощупать: нет ли там бутончиков, из которых крылышки проклевываются. Выяснить, что из таких детей потом получается, он себе целью жизни поставил. Наблюдает вот двух мальчиков: одному три — из многодетной семьи полупьяниц, другому — восемь, родители интеллигентные, ребенок очень поздний, первый и, скорей всего, последний. Да вот еще девчонки Боба — четырех и пяти лет. Удивительно, что в одной семье — и сразу два ангела. Он ангелов безошибочно узнает — они словно нимбом мечены, и еще по голосу…

По голосу!.. Он вспомнил Голос. Это был Голос ангела. Взрослого ангела. Он во что бы то ни стало найдет ее!

Пересадка на метро, потом — троллейбусом пять остановок. Ну и забрался Боб! Взять, что ли, такси? А чего я вообще туда еду?.. Меня ж знакомить собираются — сватать. Сам ныл: семью хочу, детей… А теперь — не хочу. Вернее, хочу, но только тот Голос. А если она замужем? А если это — невесть что? Нет! Нет, нет и нет. Я ее найду. А там посмотрим…

Как она произнесла: «Да?..» Это же невозможно спокойно слышать!.. А потом: «Алло, говорите». Ф-фуф! Нет, невыносимо… А как она, интересно, говорит: «Ты вынес ведро?» Или: «Убери штаны с кровати»?

Мама всегда говорила, что у меня слишком экзальтированное для мужчины воображение. Но ведь ты меня таким сама сделала. И кроме благодарности, я ничего не могу к тебе испытывать за это. Голос… Что бы ты о нем сказала?..

Не опоздал. В сборе почти все. И она уже здесь.

Она — племянница Бобовой жены. Двадцать пять. Образование высшее, училась в Москве, вернулась домой — поскольку здесь квартира и недавно овдовевший папа. Замужем не была. Интеллектуалка — кинокниготеатралка.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.