Загадочная Московия. Россия глазами иностранцев

Ножникова Зоя

Серия: Историческая библиотека [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Загадочная Московия. Россия глазами иностранцев (Ножникова Зоя)

Перо ПОСЛА

(ключ к книге)

Входя в дом, приветствуйте его, говоря: «Мир дому сему».

Евангелие от Матфея * * *

Москва всегда казалась пугалом Европы. И тогда, когда она была столицей СССР, и тогда, когда почиталась сердцем Российского государства, и тогда, когда объединяла вокруг себя загадочную Московию. Пожалуй, в те далекие от нас века она вызывала самый великий страх — страх, основанный на незнании. Необъятная страна с немереными восточными границами привлекала, пугала и раздражала. Она закрывала дорогу в сказочно богатые Сибирь, Индию и Китай. Она не раз сталкивалась в войнах со своими западными соседями. Но она же служила им надежным щитом от опасностей, идущих с Востока. Век за веком дикие кочевники наступали на земли христианского мира, но их напор гас на бескрайних русских равнинах.

Европейским государствам очень бы хотелось иметь на месте Московии союзников и торговых партнеров, приветливых соседей и друзей. Но разве это возможно? А победить русских и того труднее. К тому же победы доставались дорого: ценой потери земель, людей, торговых путей. Волей-неволей приходилось поддерживать с русскими добрые отношения. Иностранные государства посылали в Московию многочисленные посольства, издревле соединявшие дипломатические задачи с разведывательными, а то и разрушительными.

Записки западных дипломатов, побывавших в Москве в XV-XVII веках, и составили предлагаемую вниманию читателей книгу. Структура ее проста, но необычна, ибо составитель стремился в наибольшей степени облегчить читателям знакомство с материалом, отделенным от наших дней веками и культурами. Книга адресована всемчитателям, всем тем, кто хочет знать, как жили люди в старые времена и что они думали друг о друге.

Безусловно, донесения и воспоминания иностранцев о России никогда не были рассчитаны на беспристрастного читателя. Во-первых, то были записки путешественников — и этим многое сказано. Столетиями жители Западной Европы стремились в новые земли. Ими двигали страсть к путешествиям, желание увидеть неведомые чудеса или добыть неслыханные богатства. Купцы и миссионеры, шпионы и дипломаты доходили от Британских островов и Альпийских гор до Персии и Китая. По морям и рекам, через болота, пустыни и снега, по дорогам и бездорожью они пробирались верхом или в каретах, на кораблях или на верблюдах. Любой путь был нехожен и опасен. Те путники, кому удавалось вернуться домой, охотно рассказывали о путешествиях, и нужно ли говорить, насколько они преувеличивали пережитые опасности? Почти все писали и книги. В XV-XVII веках книжные лавки европейских городов были переполнены путевыми записками. Немалая доля книг о путешествиях была посвящена Московии, и шли они нарасхват, выходили вторыми и десятыми изданиями.

Запискам очевидцев верили, глазами первопроходцев смотрели на Русь и те, кто ехал вслед за ними.

Но настал момент, когда повторение привычных страхов и ужасов вступило в противоречие с требованиями западной дипломатии, для политиков и I общества пришло время переосмысления и переоценки отношений между Востоком и Западом, между Россией и европейскими странами. Москву можно было продолжать бояться, но о ней следовало знать правду: там началось становление Российской империи, там появился Петр Великий.

Герб Московского царства 

В этот переломный момент и живет условный персонаж, введенный составителем в книгу: старый посол Священной Римской империи германской нации, который накануне Великого посольства Петра готовит обзорный труд о Московии, читая записки своих предшественников и критически оценивая их достоверность. В образе этого персонажа, названного Бароном, объединились несколько реальных дипломатов прошлого, прежде всего австрийский посол Игнатий-Христофор Гвариент и его секретарь Иоганн-Георг Корб, посетившие Москву в 1698-1699 годах. Барон старается быть объективным, и его опытное перо послаотмечает явные несообразности и придирки приезжих, объясняет те или иные оценки, нанесенные на бумагу перьями его предшественников и оставшиеся в веках. Его размышления заменяют привычные комментарии составителя, обыкновенно печатаемые мелким шрифтом внизу страницы или в конце книги, что сильно затрудняет читателям восприятие текста. В предложенной форме они составляют органическую часть повествования о жизни Москвы, увиденной глазами иностранцев очень несхожих веков.

Подлинные документы, публикуемые в книге — путевые записки, дневники, письма, торговые книги, дипломатические и таможенные инструкции, — помещены в той последовательности, в какой складывалась жизнь иностранца, приехавшего в Москву. Перед читателем день за днем разворачивается повседневная жизнь путешественника: дорога из дома; ожидание приема у русского государя; прием в Кремле; томительное ожидание ответа двора; наблюдения за жизнью местных жителей и сама жизнь среди них. Перед современным российским читателем предстает Москва и Московское государство, ее жители и ее правители так, как их увидели иностранцы и как они захотели об этом рассказать.

Составитель опирался на переводы иностранных авторов, сделанные известными русскими филологами в XIX — первой половине XX веков, во многих случаях сверяя, уточняя и выправляя тексты по первоисточникам. Он стремился ни на шаг не отступить от научного метода публикации исторических источников, одновременно желая облегчить восприятие старых и сложных оригинальных текстов самым широким слоям любителей истории. Библейские истины, вынесенные в заголовки частей книги, не просто отражают содержание разделов, но подчеркивают связь времен от прошлых веков с нашими днями.

Книга продолжает начатую составителем работу над научно-популярными публикациями исторических материалов и развивает обозначенную им тему о представлениях разных народов друг о друге [1] .

Зоя Ножникова

Послушаем, что он скажет.

Пролог

Москвитяне были бы гораздо праведнее нас, если бы не раскол наших Церквей.

Альберт Кампензе

Московиты народ хитрый и вероломный, неискренний и непостоянный.

Михалон Литвин

Союз наш заключен! Он прочен, как броня!

Пауль Флеминг * * *

Барон задумчиво смотрел в окно своего замка. Замок стоял на горе, и Барон любил подниматься на самую высокую башню, через узкие окна которой, выходившие на четыре стороны света, была видна долина главной реки Штирии, могучего Мура. Недалеко, полускрытый низкими холмами, с северо-востока приближался к Муру быстрый Мюрц, сбегавший с гор лесистого Хохшваба. Горизонт окаймляли горы. На несколько миль просматривалась южная дорога, протянувшаяся вдоль течения Мура, и Барон наблюдал, как по ней неспешно двигалась карета, увозившая императорского посланника.

Хозяин только что проводил знатного гостя до ворот и направился в свой любимый зал на одном из верхних ярусов башни. Там стояло удобное деревянное кресло, и, сидя в нем у высокого узкого окна, можно было смотреть на дорогу, которая пересекала равнину и постепенно уходила в покрытые густым лесом горы, в сторону старой имперской резиденции Грац. Путников на дороге было видно долго, особенно если наблюдать за ними в зрительную трубу, которую все еще называли галилеевой трубой. Ее лет сто назад, в конце XVI века, изобрел флорентинец Галилей, философ и математик, что придумал странный закон, по которому любые тела, от легчайшего платка из батиста до чугунного пушечного ядра, должны падать на землю с одинаковой скоростью.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.