Я - сталкер. Рождение Зоны

Левицкий Андрей Юрьевич

Серия: Апокалипсис-СТ [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Я - сталкер. Рождение Зоны (Левицкий Андрей)

Пролог

Сначала я почувствовал, что существую – не живу, нет, я просто есть и пока непонятно, в какой форме. Ни боли, ни ощущения тела – ничего. Наверное, я умер, и завис посреди звенящей темноты.

Постепенно стали приходить ощущения: болит голова после контузии, ломит поясницу, саднит ключица, растертая лямкой рюкзака. Вроде дует ветер, а под щекой – что-то твердое. Камень? Открыть глаза пока не получается. Рядом кряхтит Пригоршня. Это что, мы вместе попали на тот свет?

Выстрелов не слышно, голосов тоже. Пытаюсь пошевелиться и начинаю чувствовать свое тело, меня будто через мясорубку пропустили. Хочу позвать Пригоршню, но не могу открыть рта. Да что ж за наказание такое?!

С трудом удается разлепить веки. Я щурюсь и вижу серую, будто свинцовую траву. Пригоршня ругается, желает смерти натовцам и клянется им отомстить. На душе пусто и грязно, как в комнате после вечеринки – валяются обрывки эмоций, чаяний, стремлений.

Давай, Химик, бери себя за задницу и поднимайся! Напряг мускулы, но лишь перевернулся на спину и уставился в сизое небо. Мир черно-белый – наверное, у меня что-то с глазами: какое-то асфальтовое небо без проблеска солнца, однотонное и мрачное. Сопки, покрытые тускло-серой короткой травой. Прохладный ветер, трава бумажно шелестит.

– Засоси меня в «центрифугу»! – прохрипел я. – Пригоршня, ты видишь то же, что и я?

– Офигеееть! – протянул Пригоршня, стаскивая шляпу.

Я проморгался, но цвета не вернулись в мир. Высоко над нами кружили птицы, с такого расстояния даже не понятно, большие или нет.

– Куда это мы попали? Или нас глючит?

– Вот не знаю, – я осмотрелся и обнаружил свой рюкзак, раскрытые контейнеры с артефактами и винтовку.

– Андрюха! – Никита сел на траву. – Мать моя Зона, мы чего, умерли?

Я провел рукой по траве – она была сухой и колючей, как в Крыму в августе. Только по-прежнему серой. Ну, почти серой.

– Никита, ты цвета видишь?

– Чего?

– Трава, небо… Какого цвета?

– Серого.

Ага, значит, это не глюки, значит, так на самом деле.

– Я не верю в загробный мир, – произнес я. – Я, вашу мать, материалист! Но такого в Зоне быть не может. И американцев, заметь, нет.

– Мы что, сюда… переместились?

Придерживая шляпу, Никита осмотрелся. Я встал рядом. Ни черта не увидишь – сопки, да и все тут. Надо карабкаться на ближайшую вершину.

– А если мы переместились… Может, и Энджи переместилась? Она же была рядом?

– Не знаю. Вряд ли, – вздохнул я. – Кажется, до меня дошло, что это было за Зерно. То сооружение под землей – телепорт, а двери с табличками – проходы в другие реальности. Вот нас и занесло в одну из этих… в один из этих миров.

– И что теперь делать? – спросил Пригоршня. – Тут хоть люди есть?

– Ничего не знаю, – я собрал контейнеры, запихнул в рюкзак и нацепил его. – Идем, разведаем, обитаем ли этот мир.

Мы начали карабкаться на ближайшую серую сопку. Что нас ждало впереди – трудно было даже представить.

Глава 1

Если поначалу мне, оглушенному произошедшим, казалось, что здесь довольно тепло, то вскоре я понял, что ошибся. Низкое серое небо выглядело однородным: ни завихрений туч, ни солнечного пятна, ни просветов.

Периодически налетали порывы ледяного ветра, до того сильного, что Пригоршня обеими руками вцеплялся в полы шляпы. Ветер задувал под одежду, хватал за нос, а затем стихал, будто кто-то огромный и невидимый выключал вентилятор.

Пейзаж не отличался разнообразием – почувствуй себя героем черно-белого фильма, называется. Невысокие холмы изгибались плавно, как прилизанные, и топорщились иголками сизой травы, едва похрустывающей под ногами. Уже метрах в двухстах все тонуло в тумане. С одной стороны холмы были чуть крупнее.

И ни единого признака цивилизации. Хотелось надеяться, что хоть сопки скрывали от нас что-то полезное.

– Потопали туда, – сориентировал я друга, – видишь, где сопки повыше? Вдруг за ними какое-нибудь поселение?

– Вроде да. Блин, холодно-то как!

Очередной порыв ветра ударил сбоку, лицо и руки тут же заледенели.

– Вообще не холодно, – поправил я, – ветер просто…

– Ага, родная Зона райским местечком кажется. Как думаешь, Химик, есть здесь кто?

Мы, выбрав направление, спустились в ложбину между сопками. Здесь не доставал ветер и было теплее, но и более влажно – на дне выемки колыхался туман. Пригоршня вдруг споткнулся и упал, выставив руки.

– Твою ж в душу Зону мать! – выругался он.

В тумане ничего не было видно, и я решил, что друг зацепился за корень или камень, но до боли знакомый хрип заставил насторожиться. Пригоршня медленно встал и обернулся. Лицо его побелело, рот приоткрылся, шляпа съехала на одно ухо.

– Слышишь? – одними губами прошептал напарник.

Между нами, на земле, что-то невидимое ворочалось и кряхтело.

Прошло несколько секунд, прежде чем я вспомнил, где слышал эти звуки раньше: упырь. Никита умудрился наступить на спящего упыря!

Мы замерли, боясь пошевелиться. Оставался мизерный шанс, что мутант, не любящий дневного света, снова заснет. Пока он не атаковал, по крайней мере. Наверное, отдыхал в низине, переваривал пищу, а тут бесцеремонный сталкер ему на конечность наступил…

Вообще упырь – тварь быстрая и опасная. А главное, невидимая: эти мутанты – непревзойденные мастера маскировки, сливаются с окружающей средой так хорошо, что только в движении и заметны. К счастью, упыри не любят открытых пространств и солнца. Этот, наверное, охотился ночью (если здесь бывает ночь) и кого-то сожрал, после чего отяжелел и решил заночевать на месте.

Никита пришел к тем же выводам. А еще он решил действовать на опережение: быстрым движением перекинул дробовик в руку и пальнул от бедра по предполагаемому упырю.

Грохнуло, звук отразился от склонов холмов. Упырь взвился вверх, стремительный, как распрямившаяся пружина.

В момент атаки его стало видно: крупный, человекообразный, со слишком длинными руками, чересчур гибкими, и со щупальцами у рта. Щупальца шевелились, мутант загребал руками и вертел башкой из стороны в сторону. Никита не попал по нему. Красноватые глаза под тяжелыми надбровными дугами подслеповато щурились.

Пригоршня отшатнулся, снова прицелился в него от бедра, но мутант отпрыгнул в сторону, огибая нас по широкой дуге. Мы едва успевали следить за ним.

– Патроны береги! – крикнул я Пригоршне и выхватил нож.

Вот и пригодился «Пентагон».

Ходили слухи, что упыря можно убить с одного удара ножом, правда, для этого нужно было подобраться к твари почти вплотную и не попасть в лапы: пальцы мутанта заканчивались присосками не менее опасными, чем ротовые щупальца. Стоило упырю присосаться – и все, хана, останется от тебя через несколько минут пустая, высушенная оболочка.

– Дохлому патроны ни к чему! – возразил Никита.

Мутант, видимо, очумел от неожиданного пробуждения и растерялся, и только поэтому мы были еще живы. В словах Пригоршни был свой резон, мертвецу припасы не пригодятся, но тратить драгоценные патроны в первой же схватке – безумие. Неизвестно, что ждет нас здесь, уж точно не военные склады, и вряд ли мы сможем пополнить боезапас.

Упырь начал сливаться с серой травой – адаптируется, гад, мимикрирует.

Я перехватил нож поудобнее, чувствуя, как вспотела ладонь.

После схватки с натовцами прошло совсем немного времени, организм не успел восстановиться, отдохнуть, и стресс от встречи с мутантом оказался сильнее, чем обычно. Тем более что встретить здесь подобную пакость я не ожидал.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.