Намерение!

Дереш Любко

Жанр: Современная проза  Проза    2012 год   Автор: Дереш Любко   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Намерение! (Дереш Любко)

Намерения П. Пяточкина

Благими намерениями вымощена дорога известно куда. Однако же что мы можем знать о намерениях Любко Дереша или героя его романа Петрика Пяточкина? Только то, что зафиксировано в тексте «Намерения». Не так уж и много. Но для внимательного читателя – достаточно.

Итак, что мы имеем в романе?

Имеем полуфантастическую историю про человека с «феноменальной памятью», авантюрный роман-дао.

Имеем несколько философско-мироощущенческих тезисов, или, как теперь говорят, «телег».

Имеем связку комментариев и пояснений этих «телег», по объему соразмерных с занудно-натужными попытками Морфея из «Матрицы» пояснить Нео суть солипсизма.

Идеи, которые иллюстрирует в «Намерении» Дереш, тоже не новы, но часто представлены в таком неожиданном ракурсе, что можно допустить, будто автор до всего дошел сам. Такое случается с одаренными людьми.

Припоминаю – вечный двигатель я изобрел в семилетнем возрасте, мастурбацию – в девять, а в семнадцать с ужасом осознал, что все мои прошлые экзистенциальные открытия уже сформулированы великим афористом Шопенгауэром. Впрочем, тут не про меня и не про Шопенгауэра. Тут про Дереша.

В «Намерении» автор заметно отошeл от проблем, ранее щедро позаимствованных у Стивена Кинга, пробуя теперь методику, похожую на коэльевскую. Говорю «похожую», ибо знаю, что Любко, как и я, относится к Коэльо достаточно скептически. Впрочем, утешает то, что мистика в «Намерении» – в отличие от предыдущих книг Дереша – не выступает очевидным сюжетным фоном, а прячется в разломах интеллектуальных конструкций. А само наличие этих конструкций свидетельствует о том, что аудитория Любко Дереша, вероятно, взрослеет вместе с автором: далеко не каждый тинэйджер (а большинство критиков сдуру причисляют книжки Дереша к «молодежной» литературе) осилит идеи, изложенные в «Намерении». Примечательным также видится отход от молодежно-субкультурного антуража – sex&dmgs&rock’nroü если и появляются в этой книге, то где-то на полях, чтобы не сказать – «за кадром». К очевидным победам «Намерения» следует причислить также вполне совершенную романную форму, хорошее чувство ритма и композиции.

«Намерение», безусловно, – роман-поиск. Едва ли не впервые Любко Дереш пытается выяснить в книге какие-то вопросы, которые интересуют именно его, Любко Дереша, а не ту социально-возрастную прослойку, к которой автор еще недавно принадлежал. И это повод для оптимизма, ибо:

– во-первых, человек, который пишет для себя, как раз и имеет все шансы и права называться писателем и действительно им быть;

– во-вторых, только в «письме для себя» и возможен тот уровень свободы, когда начинается так называемое «выписывание» и настоящая работа над словом.

А отсутствие настоящей работы над словом и есть сейчас наибольший изъян как «Культа», «Ящерицы» и «Тьмы», так и «Намерения».

В чисто литературном аспекте тексты Дереша демонстрируют вполне удовлетворительное владение общей конструкцией книги, стилистическую целостность и интеллектуальное напряжение. Автору совсем неплохо удаются полнокровные, живые образы, иногда – удачные метафоры, иногда – едва ли не поэтические строки. Однако все еще прихрамывают язык и интонация.

Ловкий в большой форме, в пределах абзаца или даже отдельной фразы автор часто спотыкается, теряет интонацию и сам теряется в бессистемной лексике. Это, конечно же, болезнь, но болезнь роста, и «излечиться» от нее помогут хорошие литредакторы и коллеги по перу. В роли «хорошего литредактора», а заодно и «коллегой по перу» в данном издании попробовал побыть и я, хотя мне, будучи приятелем Любко, не гоже ни особо ругать, ни слишком хвалить автора. Так что озвученные тут претензии следует рассматривать не как литературоведческий анализ, а как фрагмент дружеской беседы, каких у нас с Любко когда-то было немало.

В рамках разговора про «Намерение» (если бы такой происходил у нас взаправду) я бы не избежал искушения вспомнить еще один трактат про человека с феноменальной памятью – новеллу Борхеса 1944 года «Фунес, чудо памяти». В этой новелле Борхес старательно избегает какой бы то ни было фантастичности или мистики. Однако про обладателя этого феномена он говорит такое: «…подозреваю, он был не очень способен мыслить. Мыслить – значит забывать о различиях, обобщать, абстрагировать. В загроможденном предметами мире Фунеса были только подробности, к тому же лишь непосредственно данные» [1] .

Чудо памяти Петрика Пяточкина (мультяшного героя, не забудем) заключается как раз в противоположном – через феноменальную память про наимельчайшие детали выйти на обобщения такого уровня, что за ними уже полыхает Сияние Абсолютной Истины. Впрочем, Любко Дереш никогда не написал бы эти слова с большой буквы. Дереш достаточно ироничен (и относительно собственных идей, и относительно способности читателей их понять), порою самоироничен, как и полагается автору, способному слепить сверхчеловека из анимированного воспитанника детсада.

А работа над словом… Может быть, Любко когда-нибудь попробует писать стихи и ощутит, как суггестивная плотность поэтического слова дарит подсказки прозаику. Подсказки в точности обозначений, в звучании, в ритмике. Поэзия начинается со слова, со строки. Проза начинается с абзаца. «…абзац – это обреченность. Ведь в абзаце проступает неотвратимость дискурса. Абзац – это уже контекст», – говорит Тарас Прохасько и, поверьте, знает, что говорит.

Итак, надеюсь, что хорошее «Намерение» Любка Дереша – это еще один камень в мощеной дорожке к аду настоящей литературы. Это единственный ад, попасть в который мечтает каждый, кто мыслит текстами, так что, Любко, – до встречи в аду!

Искренне твой – Издрик.

...

Смерть – это стрела, пущенная в тебя, а жизнь – тот миг, пока она летит к тебе.

Аль-Хусри

...

Я не помню, как мы встали, как мы вышли из комнаты,

Только помню, что идти нам до чистой звезды.

БГ

Глава I Mальчик с феноменальной памятью

1

Я не люблю книжки, где есть ссылки на известные анекдоты. Не люблю потому, что обычно эти анекдоты так и остаются для меня загадкой, а из-за этого теряется весь перченый контекст. Поэтому прежде чем ссылаться на какую-нибудь хохму, я привожу ее полностью. Ну, например:

Цирковое представление. Конферансье объявляет номер:

– Сейчас на ваших глазах мальчик с феноменальной памятью выпьет пять бокалов пива!

Мальчик на арене выпивает пять бокалов пива. Овации.

– А теперь, – продолжает конферансье, – мальчик с феноменальной памятью описает зрителей с первого по третий ряд. Можете не убегать! Я же сказал: мальчик с феноменальной памятью!

Так вот: мальчик с феноменальной памятью – это про меня.

2

Для меня все началось в одиннадцать лет. Я влез на дерево и увидел там что-то такое, что навсегда изменило мою память, превратило ее из мелкой лужи в бурный океан.

Наверное, вам интересно знать, что же такое было на дереве? Гм, не помню. Что-то такое текучее, тугое, ироничное… правда не припоминаю.

Я забрался на запылeнную липу, старое развесистое дерево. Смеркалось, и мне уже вот-вот надо было бы идти домой, a меня потянуло покорить еще одну «высоту». Все детство я был древесным альпинистом. Не знал для себя развлечения лучше, чем вскарабкаться на дерево и посмотреть, что там видно с его верхушки.

Липа, про которую я говорю, была самой высокой в нашем переулке. Дальше, за городом, росли деревья и повыше – буки, к примеру, два высоченных дуба. Про лес и говорить нечего – но там же одни сосны, а от сосен знаете какие потом руки будут?

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.