Агент его Величества

Волобуев Вадим

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Агент его Величества (Волобуев Вадим)

Глава первая

На двух берегах

Контр-адмирал Степан Степанович Лесовский обвёл всех тяжёлым взглядом, пошевелил густыми белесыми усами и промолвил:

– Господа! Как вам известно, Североамериканские Соединённые Штаты в настоящий момент ведут борьбу с мятежниками. Нам, представителям императорского флота, предписано оказывать всяческую моральную поддержку местному правительству, избегая при этом вовлечения в открытый конфликт с силами бунтовщиков и европейскими державами. Поскольку город Нью-Йорк наводнён моряками иностранных флотилий, в том числе тех, которые в скором времени могут оказаться врагами Его императорского величества, я приказываю всем соблюдать величайшую осторожность в словах и поступках, и следить, дабы суда не посещались разного рода случайными личностями. – Контр-адмирал выдержал многозначительную паузу. – Местный градоначальник изъявил желание навестить нас с дружеским визитом. Его посещение будет сопровождаться наплывом многочисленных официальных лиц и журналистов, и мы должны, что называется, показать товар лицом. Посему приказываю: палубы надраить, суда, поелику возможно, привести в порядок, командам почиститься, господам офицерам быть в парадной форме. Образцового содержания от вас не требую, понимаю, что только что из похода, но и позориться перед иностранцами нам ни к чему. Российский императорский флот должен внушать чувство уважения к стране, его пославшей, и глубочайшее почтение к августейшему имени. – Лесовский опять помедлил. – Пока все свободны. Кроме вас, Семён Родионович. Хочу поговорить касательно вашей миссии.

Офицеры потянулись к выходу из кают-компании. Никто не проронил ни слова, все переваривали короткую речь командующего. Сидевший в заднем ряду штатский – подтянутый короткостриженый человек средних лет, в чиновничьих рейтузах и облегающей бежевой рубашке, подвязанной у воротника синим платком, проводил глазами выходящих и положил ногу на ногу, скрестив на колене костистые пальцы.

– Как я понимаю, – обратился к нему Лесовский, – перед отъездом в Сан-Франциско вы намерены встретиться с нашим посланником.

– Совершенно верно, Степан Степанович, – ответил тот.

– И речь, я полагаю, будет вестись о планах совместных действий против англичан и французов…

– В случае объявления ими войны России.

– Да. Разумеется. Так вот я бы хотел попросить вас одним из пунктов беседы поставить вопрос о польских каперах. Пускай барон Стекль поднимет эту проблему перед американской стороной и заодно выяснит, известно ли что-либо их морскому ведомству об этом. Взаимодействие с местными властям весьма облегчило бы нашу задачу по поиску и обезвреживанию разбойников.

– Я переговорю с бароном, ваше превосходительство, хотя великий князь и не передавал мне никаких инструкций на этот счёт. Однако думаю, что борьба с польским каперством входит в рамки понятия о военном сотрудничестве, которое мы предполагаем наладить с американцами.

Лесовский кивнул. Он был напряжён и неотступно о чём-то размышлял.

– Не мне давать вам советы, Семён Родионович, но не взять ли вам с собой охрану? Я могу выделить пару-тройку крепких парней. Театр боевых действий совсем недалеко, а вы русский…

– Что ж с того? Я могу постоять за себя.

Не сомневаюсь. Но отдаёте ли вы себе отчёт, что край наводнён шпионами? Мятежники, конечно, уже пронюхали о нашем прибытии, а наши европейские «друзья», несомненно, только и ждут случая, чтобы сцапать кого-нибудь из команды. Чиновник иностранного ведомства России, да ещё без сопровождения, лакомая добыча…

– Напротив, Степан Степанович, – воскликнул штатский. – Один я не привлекаю к себе внимания, а с парочкой ваших орлов наверняка окажусь в средоточии любопытных глаз.

– Как знаете, – развёл руками Лесовский. – Воля ваша. Хотя я не стал бы пренебрегать охраной.

– Уверяю вас, я в полной безопасности, – беззаботно откликнулся штатский. – В той мере, разумеется, в какой вообще можно чувствовать себя в безопасности, находясь под боком у враждующих армий. – Он вскочил. – Позвольте откланяться?

– Да, – кивнул контр-адмирал.

Они пожали друг другу руки, и чиновник выскользнул из кают-компании.

В это же самое время на противоположном конце материка, в Сан-Франциско, аналогичную речь держал перед своими офицерами командующий Тихоокеанской эскадрой контр-адмирал Андрей Александрович Попов. Перед ним стояла более сложная задача. Дело в том, что контр-адмирал увёл свою эскадру из Николаевска-на-Амуре без позволения морского министерства, а стало быть, не имея никаких чётких инструкций от высшего командования. Поступок его был вызван острым предчувствием надвигающегося конфликта с европейскими державами и осознанием того факта, что запертая в порту, эскадра окажется бесполезной для России. Рассуждение это, вполне справедливое и основанное на опыте недавней войны, оказалось, однако, совершенно непостижимым для многих офицеров, не говоря уже о министре Краббе, возмущённом самоуправством и вопиющим нарушением субординации со стороны контр-адмирала. Посему Попову предстояла нелёгкая миссия обуздания глухого недовольства экипажа и налаживания взаимоотношений с властями Калифорнии, немало удивлёнными приходом русских кораблей.

– Как вы понимаете, господа, – говорил он, – в свете тех позиций, что заняли европейские страны в отношении польского мятежа, возможность войны представляется в высшей степени вероятной. А поскольку флот, без дела простаивающий на базе, никаких профитов России не приносит, и соотносясь с текущей обстановкой, я скомандовал кораблям эскадры собраться здесь, у калифорнийского берега, с тем, чтобы иметь свободу действий на случай объявления войны. Полагаю, вы поддержите меня в этом решении, а даже если и нет, изменять я его не собираюсь. Все мы помним, что случилось с нашими эскадрами во время Крымской войны, и я вовсе не хочу, чтобы это повторилось…

Контр-адмирал поговорил немного о взаимоотношениях с жителями Калифорнии, об угрозе со стороны южных мятежников и возможных провокациях англичан и французов, после чего закрыл собрание.

– Все свободны, кроме лейтенанта Штейна и гардемарина Чихрадзе, – объявил он.

Офицеры, за исключением указанных двух, молча покинули помещение кают-компании. Лейтенант Штейн – маленький щуплый паренёк двадцати пяти лет с застенчивым взглядом серых германских глаз – непроизвольно поправил на себе мундир и, забывшись на мгновение, куснул ноготь на большом пальце правой руки. Он не знал, зачем его оставил командующий, и по старой, вынесенной из училища, привычке предполагал худшее.

Гардемарин Чихрадзе – рослый, хотя и слегка неказистый, грузин с могучей мускулатурой и копной курчавых волос над красным, некрасивым лицом – воспринял приказ контр-адмирала с полной невозмутимостью. Он недвижимо сидел, пока остальные выходили из кают-компании, и смотрел перед собой. По лицу его вообще невозможно было сказать, озадачен он неожиданным повелением Попова или наоборот обрадован.

– Для вас, господа, у меня поручение особого характера, – промолвил командующий. – Вам предстоит доставить его превосходительству контр-адмиралу Лесовскому карту размещения английских и французских судов в китайских водах, а также предварительный план наших действий на случай войны. Надеюсь, вы понимаете: бумаги эти сугубо секретные, вручить их следует лично в руки его превосходительства либо нашего посла в Вашингтоне барона Стекля. По вашим лицам вижу вопрос: отчего именно мы, а никто другой? Причина проста – вы, господин лейтенант, свободно говорите по-английски, стало быть, не затеряетесь в стране, а вы, господин гардемарин, великолепно владеете пистолетами и наделены недюжинной физической силой. Будете охранять господина Штейна. Одного я вас, Виктор Генрихович, уж простите, отпустить не могу, опасно, а дать вам в сопровождающие кого-либо из матросов тоже не решаюсь – не ровён час, сбегут. Американцы, я слышал, по триста долларов дают тем, кто запишется в армию, а нашим только того и надо. В общем, таков расклад.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.