Рассказы о Москве и москвичах во все времена

Репин Леонид

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Рассказы о Москве и москвичах во все времена (Репин Леонид)

По ней прошли полки Дмитрия Донского

Где же еще искать самую старую улицу Москвы, как не в Кремле? Потому что Кремль и есть прародина Москвы, с него — с высокого холма над рекой и начинался когда-то наш древний град. Однако вовсе не просто отыскать в Кремле первую улицу: столько раз горел он за свои века, разрушался, строился и перестраивался… Улиц как таковых здесь уже не осталось — одни названия во времени выжили, но места, где они пролегали, сохранились и узнаются.

Вот — Боровицкая улица: вполне может считаться одной из самых древних в Москве. В XIV веке там, где сейчас возвышается Боровицкая башня, стояла рубленая церковь Иоанна Предтечи, что на бору — древние сосны гудели тогда на московском ветру. Потом на ее месте поставили каменный храм, он сгорел — и новая церковь выросла здесь. Только в 1847 году ее разобрали, Боровицкая улица и шла от той церкви вверх по холму, спускалась к реке мимо нынешней Оружейной палаты и Большого Кремлевского дворца, появившегося в 1849 году, — поднималась на самую вершину холма, к Ивановской площади. Поначалу Боровицкий холм был очень крут, а потом, когда дворец начали строить, земли сюда натаскали и склон пологим сделали.

Кто здесь живал, на этой крутой, словно бы вздыбившейся московской улице? А сам Иван Данилович Калита. Весь его двор размещался здесь — рубленые хоромы со множеством всяких строений хозяйственных. На месте Оружейной палаты стояли дома московских мастеров и до середины XIX века размещался царский Конюшенный двор. Сама Ивановская площадь осталась и по сию пору площадью. Назвали-то ее по колокольне Ивана Великого, хотя она и лежит чуть в стороне от колокольни.

Достоверно известно: появилась Ивановская площадь в первой половине XIV века. Иван Калита в этом месте, неподалеку от самых первых кремлевских церквей Михаила Архангела и Ивана Лествичника, повелел поставить ханский и боярские дворы, а с другой стороны — над обрывом к Москве-реке приказал поставить двор Андрея Ивановича, сына своего. Позже ханский двор разобрали, решив, видимо, что не место ему в Кремле, и вырос здесь Чудов монастырь, а двор Андрея унаследовал сын его Владимир. Тот самый Владимир, внук Калиты, который прославился в Куликовской битве, его стали почитать как великого ратоборца и называли Владимиром Храбрым.

Именно с Ивановской площади выходили в поход на Куликово поле полки Дмитрия Донского.

Колокольня «Иван Великий». Литография из собрания И. Х. Дациаро

Несметные толпы прошли в веках по мощенной деревянным брусом Ивановской площади — как листья опавшие, пронесенные ничего и никого не щадящими ветрами времени. Строились здесь площади, дворцы, терема, хоромы, а потом сносились либо сгорали в нещадных пожарах или в войну разрушались. Одно время обросла площадь приказами и стала средоточием главных государственных дел во всей России. Тут стоял Посольский приказ — Рейтарский, а когда Украина с Россией воссоединились, появился Малороссийский приказ, тут же — Стрелецкий, да и другие всякие. Самым оживленным местом в Москве стала Ивановская площадь, всегда здесь толковище толпилось, всегда здесь под открытым небом дела вершились. Нет-нет да и выходили на крыльцо какого-либо приказа подьячие, распускали длинные свитки и оповещали народ о всяких решениях. Отсюда и повелась наша знаменитая поговорка: «Орать на всю Ивановскую».

Тут же и назидательные действа творились: били кнутами, лупили батогами виновных по приказным делам на «козле» или у столба. Так что культурная жизнь здесь в свое время вовсю бурлила. И чего только на Ивановской не случалось… Вот история, совсем забытая. В конце апреля 1695 года испросил один мужик, чье имя не сохранилось, у главы Стрелецкого приказа боярина Троекурова разрешения на глазах у всех полететь с Ивановской площади. Боярин вышел и стоит на крыльце со товарищи. А мужик приладил слюдяные крылья и, перекрестившись, стал меха надувать. Да только напрасно: не удалось ему полететь, за что содрали с него рубаху, отделали батогами и вдобавок велели продать все имущество. А нечего безответственные заявления делать: сначала надо было провести полетные испытания.

Кстати сказать, именно на Ивановской площади в совершеннейшей тайне показывали Сталину новый танк Т-34. От площади вниз, по склону холма пролегла Спасская улица, возникшая предположительно в 1638 году, когда поставили вокруг Кремля белокаменные стены с Фроловскими воротами, которые потом назвали Спасскими и от которых и начиналась Спасская улица. Сначала-то простая дорога, конечно. Стены воздвигались по приказу Дмитрия Донского, и одновременно прокладывали Спасскую улицу. В 1380 году прошли по ней под развевающимися хоругвями, гремя оружием, дружины на Куликово поле. И со славой вернулись сюда же.

Вскоре после победы улица уже величавой выглядела. В самом низу ее, подле Фроловских ворот, княгиня Евдокия, супруга князя Дмитрия, основала Вознесенский девичий монастырь. Продержался монастырь вплоть до 1928 года, когда по приказу вождя всех времен и народов, натуры, как известно, широкой, монастырь снесли без жалости. А ведь 550 лет простоял… И вот еще от чего до боли обидно: в центре монастыря возвышался великолепный собор из белого камня, ставший усыпальницей великих княгинь, среди которых сама Евдокия. И мать Петра Алексеевича тут же покоилась. Однако снесли, рука не дрогнула.

Вид Спасской башни с территории Кремля. Слева — Вознесенский собор. ‘ Литография Ж. Арну

А по другую сторону улицы в 1471 году знаменитый купец Тараканов поставил свои палаты — один из самых первых жилых каменных московских домов. Нет, не всегда столица была белокаменной, Москва не сразу строилась. Самую знаменитую кремлевскую башню — Спасскую построили 507 лет назад. Наверное, очень старался итальянский зодчий Пьетро Антонио Соляри — словно бы чувствовал, что станет его башня символом русской столицы, Кремля. Поначалу, правда, башня была ниже и венчалась площадкой, на ней теперь возвышается крытый зеленой черепицей шатер с часами, которые начали отсчет нового московского времени.

А Спасская улица уже жила своей, собственной жизнью, делаясь все веселей, оживленнее. Да уж и тесна для движения стала, потому-то Иван III в 1500 году и велел спрямить и расширить ее до четырех саженей — до 8,5 метра. Тогда же ее и вымостили деревянным накатом — бревнами небольшого диаметра, которые легко заменялись по мере надобности, — вполне городская, московская улица!

Похорошела она, гордо выпрямилась, обстроившись великолепными зданиями. По правой руке, если подниматься от Спасской башни, стоял величественный Вознесенский монастырь и Новодевичье подворье, а напротив — подворья Кирилло-Белозерского монастыря и Крутицких митрополитов, где останавливались погостить восточные святые отцы, если в Москву дела их забрасывали. И уже в XVII веке Спасская улица как-то постепенно, незаметно превратилась в главную московскую улицу, а башня Спасская особого почитания удостоилась — всяк под ней проезжающий крестился и шапку снимал. Так что отсюда и только отсюда в июне 1945 года должен был выехать на Красную площадь маршал Георгий Константинович Жуков на белом коне: в этой башне ворота открывались к победе!

Громовые удары салюта сотрясали тогда древний Кремлевский холм и самые первые московские улицы. И гнев бессильного возмущения заставил его содрогнуться в 1931 году, когда в двух шагах от них ровняли с землей храм Христа Спасителя… Тогда здесь, в месте слияния двух древнейших московских улиц, стояли фигуры в длиннополых шинелях и в бинокли наблюдали за тем, как по их приказу злодейство вершилось…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.