Колышек у вербы (Рассказы)

Волк Ирина Иосифовна

Жанр: Детская проза  Детские    1963 год   Автор: Волк Ирина Иосифовна   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Колышек у вербы (Рассказы) (Волк Ирина)

Ребята!

Несколько лет назад, когда многие из вас ещё и в школу не ходили, собралось в Москве, в Кремле, много юношей и девушек. Позвала их в Большой Кремлёвский дворец наша Коммунистическая партия.

А через несколько дней по призыву партии из Москвы, из Ленинграда, из Киева и других городов отправилась в казахские и алтайские степи молодежь. Вместе с комсомольцами поехали туда и мы — автор и художник этой книги.

Мы ехали по бескрайней степи, где не было ещё совхозов, где среди ковыля виднелись только пёстрые колышки, обозначавшие места будущих степных городков, совхозов.

Вот почему мы и назвали нашу книжку «Колышек у вербы». Это не выдуманный колышек, а самый настоящий.

Не так-то просто строить города на пустом месте, сеять хлеб, выращивать овощи, разводить свиней, коров, овец, птицу. Мы старались всё заметить, записать, зарисовать, чтобы потом передать и показать вам.

Мы были на целине и в самые первые дни, когда только-только ставили палатки, и люди ещё жили в землянках. И совсем недавно побывали там. Пролетая на самолёте над знакомыми местами, мы не узнавали их. Где раньше прятались в земле сурковые норы, теперь стояли большие дома, протянулись широкие улицы, раскинулись сады. Где рос упрямый ковыль — колосилась пшеница и куталась в зелёные одёжки кукуруза, размахивая на ветру рыжими кудрями.

Может показаться странным, что мы почти во всех рассказах пишем о первых днях освоения целины. Но нам и хотелось рассказать именно об этом, о самом трудном: с чего началось строительство совхозов, как всё это создавалось.

Нам будет приятно, если вы, ребята, прочитав эту книгу, полюбите целину и целинников — людей со смелой душой и добрым сердцем.

В казахских степях

Колышек у вербы

— Мама, смотри, лес! — закричала Зина, и все, кто ехал в кузове машины, посмотрели вперёд, на деревья.

Ели и сосны тянулись к небу. Это было так неожиданно в голой Тургайской степи, поросшей пушистыми султанчиками ковыля.

Но деревья качнулись и пропали — растаяли.

— Мираж, доченька, — обнимая Зину, сказала мама, — степной мираж.

И снова впереди, сзади и по бокам — серая, печальная степь. Зине так жаль деревьев, которые показались на миг, чтобы исчезнуть навсегда. И вдруг опять возникают впереди деревья — опять мираж. Зина уже старается не глядеть на горизонт: смеётся над ней природа, обманывает.

Но эти деревья не тают в солнечных лучах, как те, первые. Всё резче делаются их очертания. И вот они уже совсем близко. Машина останавливается, и Зина бежит к вербам, которые стоят в степи высокие, раскидистые, вцепившиеся своими корнями в мягкую землю возле небольшого озерца.

Зина оглядывается и видит, что рядом стоят люди, которые только что ехали вместе с ней в будущий совхоз. Они молча глядят на деревья. Удивительное зрелище для казахской степи. Откуда они появились здесь — эти горделивые красавцы?

— Откуда? — негромко спрашивают люди.

Зина смотрит на маму. Ведь со всеми вопросами она привыкла обращаться к ней, и мама всегда знает, как ответить. Но сейчас у мамы растерянное и задумчивое лицо. Она так же, как и Зина, делает шаг вперёд и нежно гладит жёсткую кору старой вербы.

К маме быстрыми шагами подходит директор совхоза. Совхоза, которого ещё нет, который только будет, для которого вот сейчас, сию минуту станут искать место. Рядом с директором шагает высокий старик в большой шапке.

— Друзья, — говорит директор, — я вижу, что вы так же потрясены, как и я, когда в первый раз увидел эти деревья среди снегов. Стояли трескучие морозы, мы на тракторе подъехали сюда и решили, что совхоз должен родиться непременно здесь, у этого необыкновенного озера. А вот он, — директор указывает на высокого старика в меховой шапке, — местный житель. Он будет сторожить наш совхоз и, наверное, расскажет, откуда появились здесь эти деревья.

Зина крепко сжимает мамину руку и восхищёнными глазами смотрит на старого казаха. Он знает всё об этом озере и о вербах.

Но старик качает головой, смеётся, меховая шапка дрожит на его голове.

— Я маленький человек, — говорит он, — что я могу знать об этом чуде? Много легенд ходит по степи об удивительных деревьях, а я знаю только одну.

Льётся певучий рассказ, и Зина жадно впитывает каждое слово.

…Жил-был человек хороший. Казахов жалел сильно, за них страдал. Хотел, чтобы у них хлеба было много-много, мяса много-много. Чтобы все жили хорошо. Чтобы весёлые были. Чтобы суп кипел в каждой юрте. Не хотел этого царь. Вот и прогнал хорошего человека в глухую Тургайскую степь. Сказал царь: «Там один будешь». А ведь всем известно: нет ничего страшнее, когда человек остаётся один.

Проводили жандармы человека до самого края степи и уехали докладывать царю: «Одного оставили. Совсем одного, как ты велел».

Шёл, шёл человек по степи, а в руках нёс торбочку. Никто, даже царь не знал, что там, в этой торбочке. Дошёл человек до озера, вынул из торбочки ветки. Посадил в землю. Ветки сразу стали расти, распускаться. И вон какие выросли…

Тихо было у озера. Молча слушали люди рассказ старого казаха. Потом все сразу заговорили.

А директор подошёл к маме и дал ей красную палочку с заострённым концом.

— Как главному агроному совхоза, который рождается сегодня, — торжественно сказал директор, — я поручаю вам вбить колышек у самой большой вербы, навечно определив место центральной усадьбы.

Мама, раскрасневшаяся, наклонилась и стала вбивать колышек в землю. А вокруг все хлопали в ладоши, радовались. Потом все побежали к машинам и начали разгружать их. Надо до вечера поставить палатки на Первой улице и приготовить ужин.

Зина помогла маме вынести из машины чемодан, а потом мама сказала:

— Иди погуляй, не мешай тут.

И Зина, конечно, отправилась к вербам. Она удобно уселась на доски, которые успели сложить здесь трактористы, и стала вспоминать старую легенду, рассказанную казахом.

Хорошая эта легенда, о хорошем человеке. Может, и вправду давным-давно кто-то посадил тут деревья; а может, и сама природа совершила это удивительное чудо. Живут, растут вербы, радуют человеческий глаз.

Вот и она, Зина, будет жить здесь с мамой, а на будущий год пойдёт в школу, которую тоже построят на берегу Вербного озера.

Зина закинула голову, чтобы посмотреть на верхушку самой большой вербы, и вдруг увидела, что там, наверху, уже темно. Вечер наступил сразу, точно взял кто-то и задвинул небо тяжёлой чёрной крышкой с редкими дырочками звёзд.

— Зина! — раздался голос мамы. — Ужинать!

Девочка встала и крикнула на прощание вербам, озерцу и красному весёлому колышку:

— Спокойной ночи! Завтра приду!

Наташа

Лебеди летели над степью. Степь была ещё зимняя, снежная, но уже во всём чувствовалось приближение весны. Апрельские ветры разметали сугробы, проделали в снежных пластах ноздреватые отверстия, а от апрельского солнца эти пласты поголубели, стали прозрачными.

Лебеди летели низко, вытянув длинные шеи, и издали казалось, что в небе обыкновенные журавли. Вдруг вожак лебединой стаи повернул голову и издал тревожный предостерегающий клёкот. Внизу он увидел людей, и старой опытной птице показались подозрительными их движения. Серёжа, который следил за полётом лебедей, тоже увидел, как там, впереди, человек в длинном тулупе сдёрнул с плеча ружьё и выстрелил.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.