Обнаженный медведь

Симс Джессика

Серия: Полуночные связи [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Обнаженный медведь (Симс Джессика)

Глава 1

Когда тебе двадцать шесть, ты уже достаточно взрослый чтобы знать, что подслушивание под дверью – плохая идея. Но что если ты вер-медведь с суперострым слухом, и твое имя произносится на встрече семей клана? Тебе вроде как надо остановиться и послушать.

Я знала о встрече старейшин медвежьего клана в офисе моего отца в подвале, но я не осознавала, что встреча будет из-за меня. Нахмурившись, я притормозила у вершины лестницы, ведущей в подвал. Может мне показалось. Возможно они говорили совсем не обо мне.

– Это ясно, что у Николины в ближайшие месяц или два наступит течка. – Услышала я слова Жанны Бьорн. – Мужчины начинают больше обращать внимание на ее запах. Нам надо решить эту проблему.

Румянец залил мое лицо. Ладно, значит они действительно говорили обо мне. Я остановилась на верхних ступенях, со стаканом воды в руке и полностью замерла, прислушиваясь.

– А она сама понимает, что приближается? – спросила Минда Толфсон. – Насколько она в курсе?

Я поняла, что вопрос был адресован моему отцу, когда спустя мгновение он начал реветь и бурчать в ответ. Боже, как стыдно.

Я понимала, что вступаю в течку. Я не была тупой. У меня были оборотни-кузины, и я выросла в вер-медвежьем сообществе. Я понимала почему каждую ночь мне стали сниться сексуальные влажные сны, почему я полностью возбуждалась по любому поводу и мои гормоны вышли из-под контроля. Я осознала это, когда добралась до продуктового магазина и полностью обчистила полку с шоколадными батончиками.

Я просто пока не донесла это до остальных, потому что не знала, что собираюсь делать.

Вхождение в течку значило, что у меня овуляция. Как у наших диких собратьев, вхождение в течку означало детей. Репродуктивная система женщин-перевертышей была очень слабой; течка у нас наступала всего несколько раз за всю жизнь. Каждый раз женщина-перевертыш должна была учитывать не только свои желания и потребности. Если она выбирала контроль рождаемости и решала не иметь ребенка, был шанс, что она лишала, свой и без того малый, клан еще одного члена.

Я могла бы отказаться от рождения ребенка, полагаю, но… на самом деле я была в подвешенном состоянии.

– А что на счет Рэмси? Может кто-нибудь вернет его, когда он нам нужен?

Я слышала, как Жанна Бьорн фыркнула:

– Этот заблудший парень взял себе супругу. Вер-волка, – произнесла она с презрительной усмешкой. – Он не просился вернуться в клан, и я не вижу шансов для воссоединения с таким-то супругом.

Я постаралась не вздрогнуть, услышав имя Рэмси Бьорна. Постаралась, но провалилась. Отвратительный Рэмси Бьорн. Я ненавидела этого мужчину. Он был причиной моего затруднительного положения. Медвежий клан состоял из пяти семей из Норвегии, на рубеже веков, иммигрировавших в Озаркс хиллс в Арканзасе. А так как медвежьи перевертыши были редкими, мы держались вместе. Делали все по старинке. Старые имена, старые привычки, старое все. Наши семьи тесно сплелись и медведи-перевертыши с самого рождения знали на ком он или она должны были пожениться. Это гарантировало, что кровная линия оставалась сильной и члены фамилии не становились слишком тесными кровными родственниками.

Рэмси Бьорн – мой нареченный с момента рождения. Он был единственным возможным супругом для меня в рамках нашего маленького клана. Он был светловолосый, высокий, угрюмый и мы никогда не были особо дружны. Да никогда и не надо было. Просто предполагалось, что бы мы были сами по себе до того, как поженимся.

Рэмси также был изгнан в пятнадцатилетнем возрасте, когда он предпочел посла вер-пум своей собственной семьи. Клан медведей не простил такого. Если и есть одна вещь которая вбита в голову каждого вер-медведя – так это верность семье, семья – является всем. Рэмси предал семью и был изгнан. И теперь, годы спустя, похоже он совсем не собирался возвращаться.

Меня поимели. Нет супруга? Нет семьи. Я была обречена оставаться старой девой до конца моей жизни, просто потому, что ни один не мог на мне жениться. Все остальные уже имели отношения или… были людьми. А вер-медведь просто не может вступить в брак с человеком. Они не могли знать о нашей звериной стороне, и они никогда-никогда не поняли бы этого.

А я хотела семью, отчаянно хотела. Я была всего лишь сторонним наблюдателем и похоже навсегда. Я принимала участие в семейных мероприятиях, но ко мне относились как к двенадцатилетней дочери, а не к взрослой женщине. Почему? Потому что я не была замужем. Порой, медвежий клан немного отсталый.

Ну ладно, сильно отсталый. Но если бы я взбунтовалась, меня бы изгнали, а медвежий клан – всё что у меня было.

Кто-то внизу опять заговорил.

– Если у Рэмси есть супруга, как думаете, может она не будет возражать против…, – говорящий прокашлялся.
-…донорства?

– А ты бы не возражала, если бы это был твой супруг?

Я опять вздрогнула. Боже!

– Точно подмечено.

– Ну и есть у нас кто-нибудь не в браке и не состоящий в отношениях? Как на счет Кристофа?

– Двоюродный брат, – ответил мой отец. – Слишком близкое родство.

– А Даг?

– Троюродный брат.

– Маттиас?

У меня отвисла челюсть. Маттиасу было по крайней мере шестьдесят.

– Он вдовец, – произнёс мой отец задумчиво. – Но Николина молода. Слишком молода для такого как Маттиас.

– Сигурд Аасен, – начала Жанна сурово. – Вариантов мало. Твоей дочери двадцать шесть, и она не замужем. У нее почти началась течка и у нас нет супруга для нее. Это критично. Мы не можем допустить, чтобы у неё не было ребёнка. Наш клан сейчас слишком малочисленный.

– Как уже доказано и это факт – у нас нет никого для нее, – заметила Минда. – И что нам делать?

– А как насчет женатых мужчин? – наконец произнес Йокким Ханссен.

– А что на счет них? – голос Жанны был суровым.

Я сильнее прижалась к двери. Да, что на счет женатых мужчин? Я тоже хотела об этом послушать. Не то чтобы был какой-то женатый мужчина, с которым я хотела переспать, но мне было любопытно к чему он вел.

– Почему бы одному из них… ну, вы знаете. Не принять ее в свою команду.

Принять в свою команду?

У меня отвалилась челюсть. Они говорят о моём оплодотворении словно о мытье пола или выбрасывании мусора. Это не был вопрос поиска добровольца. Речь шла о моём теле.

– Николина не непривлекательна. Я раньше видел, как некоторые мужчины смотрят на нее. Я знаю, что кое-кто из них не будет против спариться с ней для того чтобы завести ребенка.

Жанна фыркнула:

– Кое-кто как ты, Йокким?

– Если я должен.

Я поморщилась с отвращением. Йокким был старше меня, да ещё с отвратительным пивным животом, и слишком много пил.

– Это по-прежнему не решает проблемы с тем, что она не замужем, – заметила Минда

– Сейчас двадцать первый век, – сказал мой отец. – Она может быть незамужней матерью. Многие люди так поступают.

– Или мы можем отдать ребенка в семью отца, – сказал Йокким. – Или кто-нибудь может взять ее второй женой, как у Мормонов.

Я хотела заметить, что Мормоны на самом деле больше так не делают, да и вообще.

– А как на счет выбора самой Николины в таком деле? Она моя дочь и я несу ответственность за нее. Ни один из выборов, которые вы представили не приносит блага нашей семье.

"Давай, папочка– подумала я про себя. – Скажи им". Было бы мило, если бы вместо семьи он бы защищал немного больше меня, но приходилось принимать то, что давали.

– Гуннар Людвик, ты молчишь, – сказала Жанна. – Какие у тебя мысли?

Я слышала, как Гуннар прочистил горло. Самый тихий лидер клана был того же возраста, что и мой отец, мужчина с доброй улыбкой и печальными карими глазами. Из всех старейшин, мне больше всего нравился Гуннар, за исключением моего отца, конечно.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.