Первые уроки

Гончарова Галина Дмитриевна

Серия: Средневековая история [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Первые уроки (Гончарова Галина)

Средневековая история – 1

Гончарова Г. «Средневековая история. Первые уроки»: М.:«АЛЬФА-КНИГА», 2014.

ISBN 978-5-9922-1764-3

Аннотация

Попасть в другой мир? Очень даже просто. Если ты правильный попаданец — тебе будет счастье с первого момента. Магические способности, верные друзья, принц с претензией на ЗАГС и даже — если автор расщедрился — новое шикарное тело. Это правильно. А вот если тебе всего двадцать лет? Ты медик. И знаешь только медицину. Ну и так, всякие женские мелочи… Ни энциклопедических знаний, ни всяких бонусов — тело и то не свое. А жить-то надо! Жить-то хочется… А вокруг — Средние века, и место женщины в них за плинтусом. Или смотря какая женщина?

Галина Дмитриевна Гончарова

Средневековая история. Первые уроки

Интерлюдия 1

В один ненастный день, в тоске нечеловечьей,

Не вынося тягот, под скрежет якорей,

Мы всходим на корабль, и происходит встреча

Безмерности мечты с предельностью морей.

О, странная игра с подвижною мишенью!

Не будучи нигде, цель может быть — везде.

Игра, где человек охотится за тенью,

За призраком ладьи на призрачной воде…

Ш. Бодлер. «Плавание»

Что такое счастье?

Вот Аля знала точно — что это такое. Это когда ты — едешь домой. В любимый военный городок.

Кому-то этого было мало. Ей — нет. Аля, а точнее Алевтина, была девушкой из самой обыкновенной семьи. Отец — военный. Мать — фельдшер. Познакомились они двадцать пять лет назад на студенческой вечеринке — и с тех пор не расставались. Помотались по гарнизонам. Родили Алю. И, в конце концов, осели в городке Н-ске, куда Алиного отца направили на службу. Родина сказала — служить — и он стал служить. В чине полковника. И начальника гарнизона. Выслужил. Академия генштаба ему, наверное, уже не светила, но Владимир Васильевич туда и не рвался. С его точки зрения — счастье — это когда рядом любимая жена и дочь. И служба. А что еще надо? Есть такое призвание — родину защищать.

С точки зрения Алиной мамы, Татьяны Викторовны, она тоже была счастлива. Любимый и любящий муж, замечательная дочь. Да и профессия медика за столько лет ей не надоела. Любила она свою работу. И дочке привила к ней любовь. Вот Алечка и поехала получать образование в мединститут. Уже пятый год пошел. Девочка хочет стать хирургом. И специализироваться на полостных операциях. Чтобы жить и работать в военном городке. Конечно, впереди у нее еще год учебы, потом еще практика, потом…. Но целое лето девочка будет дома.

Что еще надо для счастья?

Ей — ничего. Ее мужу — тоже.

Самой Але — для полного счастья надо было закончить институт, получить достаточный опыт — и уехать работать в родной город. Ей там нравилось. И мало того — там был симпатичный офицер Леша. С которым она хотела бы прожить всю оставшуюся жизнь.

А сейчас она просто стояла на перроне и ждала родителей. Приятно оттягивал руку чемодан с подарками. И неважно, что ради их покупки пришлось подрабатывать уборщицей в магазине. Не бывает недостойной работы. Бывает маленькая зарплата.

В сумке лежала зачетка со сплошными пятерками. А еще Алю недавно допустили до первой в ее жизни операции. Вообще-то не должны были, но пустили — под строгим присмотром хирурга. И операция прошла безупречно. Чем не повод для гордости? Пусть и аппендицит! Но все-таки!

Потом подъехал старый жигуленок, из него выскочили родители — и Аля опять почувствовала то самое ощущение безграничного счастья.

Она — жива и здорова. Рядом с ней ее самые родные и близкие люди. И они тоже живы и здоровы.

Что еще надо для счастья!?

Только через пятнадцать минут Владимир Васильевич смог загрузить своих женщин в машину и развернуться по направлению к дому.

Они были искренне счастливы.

Настолько, что боги позавидовали их счастью. И из-за поворота неожиданно вывернулся тяжелый грузовик.

Владимир Васильевич отчаянно вывернул руль, уходя от столкновения.

Все было бы прекрасно, если бы на этом мечте двумя часами раньше не чинился жигуленок-шестерка, оставивший на асфальте здоровенную масляную лужу.

Машину занесло.

Завертело.

Перевернуло несколько раз — и впечатало в стоящее рядом дерево.

Последней вспышкой яростного отчаяния пронеслось в разуме Али: «Я умираю!? НЕ ХОЧУ!!!»

Я БУДУ ЖИТЬ!!!

Темнота.

Интерлюдия 2

Ночь. Полнолуние. И неожиданно тихий лес, через который пробирается пожилая женщина в грубых деревянных башмаках.

В руке она несет большую корзину. Свет луны пугает ее. Ветви деревьев кажутся лапами чудовищ, а уханье совы наполняет душу почти животным страхом.

Но она знает, куда идет.

И наконец выходит на полянку, в центре которой стоит небольшая хижина. Днем тут, наверное, красиво. Но сейчас луна обливает все мертвенно-бледным светом и превращает ручей — в реку мертвых, огородик — в пустынную и почти голую землю, а сама хижина внезапно кажется женщине пастью какого-то хищного зверя.

Но она все равно пойдет туда!

Иначе нельзя.

И она скребется в дверь хижины.

Проходит несколько мнут, прежде чем та отворяется.

Стоящая на пороге старуха выглядит как страшная ведьма из деревенских сказок. Седые волосы растрепанны и распущены по плечам. На подбородке — бородавка. Ночная рубашка была когда-то белой, но теперь она вся в пятнах и заплатах. Но кто смотрит на рубашку, если прямо в лицо тебе впиваются черные глаза. Яркие внимательные и удивительно молодые. Такие могли бы принадлежать и восемнадцатилетней девушке.

— Что тебе надо?

— Это тебе, — протягивает корзину женщина.

— Я спросила, что тебе надо.

Старуха по-прежнему не прикасается к корзине, не двигается с места, только у ее ног невесть откуда появляется здоровущий белый кот. Трется, вьется, глядит красными глазами. И в зыбком неровном свете кажется женщине призраком, пришедшим из ада за ее душой.

Но она не собирается отступать.

— я хочу, чтобы ты помогла моей госпоже.

— В чем помогла?

— Ты же знаешь, Морага! Госпожа Лилиан уже третий день очень плоха. Родильная горячка сведет ее в могилу! Приходил лекарь, очистил ей кишечник и пустил кровь, но она так и продолжает метаться в лихорадке! Я не хочу, чтобы она умерла!

Старая ведьма пожимает плечами.

— А она? Чего хочет твоя хозяйка?

— Умереть, — опускает глаза женщина. — Я знаю. Но…

Взгляд ведьмы неожиданно смягчается.

— Я все понимаю. Она тебе, как родная дочь. Со всеми ее недостатками — ты ее любишь. Давай сюда корзину. Это мне?

— Да. И еще, — женщина снимает с пояса кошелек. Там что-то позванивает. — Это тоже…

— Хорошо.

Ведьма даже не думает открывать свой гонорар. Вместо этого она приподнимает лицо женщины за подбородок и внимательно смотрит ей в глаза.

— Я дам тебе средство. Сильное. Ты разведешь его в молоке и дашь ей выпить. А потом сядешь у ее кровати и будешь звать. По имени. Или как звала ее в детстве. Говори с ней. Хоть о чем, но говори. Если она захочет — она вернется.

— А если нет?

Ведьма чуть улыбается краешком губ.

— Мое средство способно вернуть в тело душу. Только если душа сама не пожелает остаться — тут уж все бесполезно. Понимаешь?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.