Константин Васильев

Доронин Анатолий Иванович

Серия: Жизнь замечательных людей [769]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Константин Васильев (Доронин Анатолий)

ПРЕДИСЛОВИЕ

Константин Васильев стремительно ворвался в художественный мир современников и занял в нем свое особое место, как показало время, навсегда. Нередко люди, прежде не интересовавшиеся живописью, увидев его картины, испытывают состояние катарсиса — высочайшего духовного потрясения, — не могут сдержать восторга, а порой и слез.

Нечасто в истории России духовными лидерами становились не философы и писатели, а живописцы. Нечасто кисть художника так волновала русского человека. Магнетизм его творчества не отпускает подолгу, пробуждая в зрителях генетическую память, перенося воображение современников в легендарную эпоху величия и духовной мощи нашего народа.

Интуиция художника переносит его за тысячи лет до Рождества Христова, в те достопамятные времена, когда предки наши, почитавшие себя внуками Даждьбога, совершали богатырские подвиги и свято чтили традиции Рода. И если в этом направлении художник двигался, полагаясь в основном на собственные прозрения и интуицию (информация о мифологии славян в конце 60-х годов была весьма фрагментарна), то в изучении прошлого родственных народов ему помогали литературные источники и прежде всего скандинавские, представлявшие собой целостный мифологический материал.

Творчески перерабатывая мифы и фольклор разных стран, Васильев пришел к убеждению, что каждому народу присуща особая духовность, сохраняющаяся в его генофонде; то есть в генетическом материале любой нации запечатлен ее «духовный путь», а древние боги и богини — это небесные покровители, формирующие археобраз (архетип) данного народа.

Константин Васильев верил в это, он искал непроторенные пути в открытии истоков славянского мировоззрения. В своих картинах-символах художник отражал духовный потенциал русского народа с тысячелетними корнями, как в свое время А.С.Пушкин раскрыл в могучем русском языке глубины исконной мудрости предков.

Пушкин провидчески угадал, нащупал какой-то нерв, способный пробудить к жизни, казалось бы, атрофированный организм — Древнюю Русь… Об этом его гениальные строки:

Два чувства дивно близки нам, В них обретает сердце пищу: Любовь к родному пепелищу, Любовь к отеческим гробам…

Его гений, словно луч света, выхватил из тьмы единственный путь, на котором русский человек может вновь обрести свое достоинство и величие!

И если А.С. Пушкин постигал историю Отечества с помощью языка русской словесности, то живописец Константин Васильев обратился к языку символов.

Долгое время друзья художника не понимали, почему, блестяще ориентируясь в истории многих народов, он упорно игнорировал исторические сюжеты в своем творчестве. И, пожалуй, только теперь, по прошествии двух с лишним десятилетий после гибели Константина Васильева, стало очевидным, что масштаб личности художника не позволял ему просто отображать факты истории Отечества. Его влекла мифология, тайна, которую он должен был непременно разгадать. А магическое для многих понятие «фактологический материал» К. Васильев воспринимал как некую преграду на пути к правде, дозированную информацию, которая в угоду правителям всех веков перекрывает пути к подлинному знанию, препятствует полноценной духовной жизни людей, обрекая их на жалкое существование манкуртов. Прошлое, в понимании художника, находится за непреодолимыми искусственными барьерами, и, что самое страшное, из-за этого обрываются важнейшие звенья в цепи духовной преемственности народа.

Васильев решил разрушить ложные построения и нагромождения «фактов», чтобы взору человека предстала в сияющей гармонии красота Божественного мира!

С этой задачей ему помог справиться язык символов, работающий на генетическом уровне, проникающий непосредственно в человеческую душу, вызывая в ней резонанс ответного чувства. Созданные полотна мифологического жанра — это законченные образы-символы, то сокровенное, что каждый из нас носит в себе всю жизнь, но не в состоянии четко представить, а тем более выразить. И вдруг — это потаенное, драгоценное, упрятанное в недрах подсознания, является в красках на полотнах мастера! Возможно, именно такое точное попадание в образ потрясает зрителя, снова и снова влечет людей к полюбившимся картинам.

Лишь живописец, опаленный божественным огнем, способен пробудить чувства, прежде томившиеся в глубинах поколений, как нечто самое важное, жизнеопределяющее. Таким и был Константин Васильев. Огонь его творческого напряжения проник сквозь завалы и искусственные нагромождения, устроенные архитекторами лютого времени, к святому роднику русской духовности.

Интересно, что в короткий период своей жизни, когда Васильев работал лаборантом в Казанской астрономической обсерватории, он писал картины звездного неба и пытался осмыслить влияние различных планет на людей. В его бумагах сохранились такие строчки:

Познайте образ Водолея: В нем русский дух и русская идея!

Что это — шутка, случайные мысли? Вряд ли. Сегодня, на пороге нового тысячелетия, мы подходим к пониманию удивительной точности этих слов.

Существует универсальный жизненный цикл — двенадцатичастный. Согласно ему на Земле 12 коренных народов, каждому из которых соответствует свой знак зодиака. Русичам сопутствует Водолей. Ведущая планета этого созвездия Уран некогда сформировала архетипы наших пращуров, обобщенные в сознании народном в божественные образы. В 2003 году Уран вступает в свои права. Это так же неизбежно, как наступление дня после ночи. Влияние энергии эпохи Водолея уже началось, и, может быть, поэтому пробуждается в нашем народе активное желание обрести русскую идею.

Творческой интуицией, каким-то невероятным прозрением Константину Васильеву удалось воссоздать в красках и линиях идеальный образ русской души, запечатлеть в ярких «портретах» идеальное представление о национальном мужском и женском начале.

Так, в картине «Ожидание» зрителей сначала привлекает магически мерцающий пламень горящей свечи, затем, сильнее огня, обжигают глаза девушки, излучающие небесную чистоту и непостижимую глубину чувств. В сознании каждого русского человека при общении с картиной возникает образ самой Руси, ее пробуждающейся духовности. В этом признаются сотни зрителей, оставившие свои записи в книгах отзывов.

Не менее острые чувства испытывают зрители и от общения с полотном «Северный орел», где сконцентрировано мужское светлое начало. Необоримая грозная сила, жизнеутверждающая энергия вселяют уверенность в непобедимости русского духа!

Но, пожалуй, самая значимая, самая таинственная и притягательная работа — «Человек с филином», которую правильнее называть «Мудрость Великоросса». В ней Васильев, изъясняясь языком символов, открывает простор своему богатому воображению. Здесь дышит тайна, которая не исчерпывается, как бы глубоко и долго мы ни погружались в состояние символа-образа, созданного кистью мастера. Не умаляя многообразия всего творчества Константина Васильева, смею утверждать, что три названные картины — его главное и важнейшее достижение. Художником воссозданы зримые и точные археобразы древних русичей с их духовным опытом и переживаниями…

Так уж сложилось на Руси, что ее творцы — писатели, поэты, композиторы, художники, — невзирая на всяческие гонения, испытания, нападки, непонимание, становились духовными поводырями своего народа. В любую, самую хмурую годину они не ждали светлого часа в бездействии и унынии. Отчаянные таланты поднимались на передний рубеж духовного противостояния и ярко сгорали, согревая огнем прозрения свой народ. Одним из таких светочей, провидцев был и остается для нас Константин Васильев.

КОНСТАНТИН ВЕЛИКОРОСС

Алфавит

Похожие книги

Жизнь замечательных людей

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.