Хуарес

Лаврецкий Иосиф Ромуальдович

Серия: Жизнь замечательных людей [470]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Хуарес (Лаврецкий Иосиф)

КЛИЧ В ДОЛОРЕС

15 сентября 1810 года по запыленной дороге, ведущей из города Керетаро в селение Долорес, мчался всадник. Это был капитан королевских войск Игнасио Альенде. Час тому назад он узнал, что испанские власти напали на след заговорщиков, готовившихся провозгласить независимость Мексики, и отдали приказ об их аресте. Теперь Альенде, активный участник тайной патриотической организации, спешил с этой тревожной вестью к своему другу и единомышленнику Мигелю Идальго-и-Костилья, приходскому священнику в Долорес.

Альенде прибыл в Долорес поздно ночью. Почти одновременно с ним прискакал туда и другой участник заговора, капитан Альдама. В доме у Идальго патриоты — их собралось одиннадцать человек — держали совет.

— Хотя наше выступление было намечено на декабрь, — сказал Идальго, — раскрытие испанцами наших планов заставляет нас взяться за оружие немедленно. В противном случае нас всех переловят, и мы погибнем в застенках инквизиции, а с нами погибнет и святое дело независимости. Призовем же народ к восстанию против испанских угнетателей, он нас поддержит…

Под утро 16 сентября тревожно загудел церковный колокол в Долорес. Оповещенные патриотами жители селения и индейцы-пеоны окрестных асьенд быстро заполнили площадь перед церквушкой.

— Друзья мои и соотечественники! — сказал им Идальго. — Для нас нет больше ни короля, ни податей. Эта позорная дань, которая подобает лишь рабам, выплачивалась нами в течение трех веков и была символом тирании и порабощения. Настало время освобождения, пробил час нашей свободы. Согласны ли вы попытаться вернуть себе земли, украденные триста лет назад у наших предков ненавистными испанцами?

Толпа зашумела, закричала:

— Согласны! Долой дурное правительство! Смерть гачупинам! [1]

— Да здравствует Мексика! Независимость или смерть! К оружию! — закончил свою краткую речь Идальго.

В тот же день 600 повстанцев, вооруженных большими ножами — мачете, пиками и дубинами, двинулись на юг и заняли городок Сан-Мигель-Эль-Гранде. Оттуда они направились к крупному провинциальному центру Селае, из которого в панике бежали местный испанский гарнизон и власти.

Клич, раздавшийся в Долорес, мощным эхом отозвался по всей стране. К повстанцам стали стекаться крестьяне — индейцы, горняки и ремесленники. Силы патриотов росли не по дням, а по часам. В конце сентября войско Идальго насчитывало уже 20 тысяч человек. Вскоре оно освободило города Гуанахуато и Вальядолид, где к повстанцам присоединился местный гарнизон. Месяц спустя Идальго уже во главе 80-тысячной армии подошел к столице вице-королевства Новой Испании — Мехико. К тому времени Идальго был провозглашен генералиссимусом повстанческой армии, а Альенде был назначен генерал-капитаном — командующим.

На подступах к столице колониальные власти сосредоточили крупные военные силы. Идальго не смог преодолеть их сопротивления и вынужден был повернуть обратно на северо-запад.

В течение последующих месяцев патриоты продолжали с переменным успехом сражаться с испанскими властями. Им удалось освободить несколько крупных провинциальных центров, поднять на борьбу широкие крестьянские массы. Идальго отменил рабство, распорядился возвратить индейским общинам захваченные у них помещиками земли. И все же Идальго потерпел поражение. Против него объединились испанские власти, церковники, богатые негоцианты, креолы — обладатели огромных асьенд. Все они боялись потерять с победой патриотов свою власть, земли и привилегии.

Католическая церковь, верный пособник колонизаторов, владела в Мексике почти третью всех обрабатываемых земель. Большинство церковников составляли испанцы, меньшинство — креолы, уроженцы колоний испанского происхождения. Среди последних были широко распространены патриотические настроения. Многие из священников-креолов находились под влиянием освободительных идей французской революции 1789 года, с увлечением читали энциклопедистов, с надеждой взирали на молодую, соседствующую с Мексикой республику — Соединенные Штаты, победа которых в войне за независимость служила им вдохновляющим примером. Именно из этой среды вышел священник Мигель Идальго, за действиями которого давно уже следила колониальная инквизиция. Инквизиторы обвиняли Идальго в том, что он превратил свой приход в Долорес в «маленькую Францию» — рассадник «подрывных» идей французской революции. Этот скромный и мужественный человек был отлучен от церкви. Священники — сторонники испанцев ежедневно предавали его с амвонов анафеме, угрожая верующим за поддержку патриотов всеми муками ада.

Но не угрозы церковников и даже не мощь испанцев, располагавших в Мексике крупными военными силами и поддержкой богатых креолов, были причиной поражения патриотов, а их неорганизованность, недостаток военного опыта, отсутствие четкой политической программы. Первые же поражения породили уныние и растерянность в рядах повстанцев, началось дезертирство, появились предатели. Один из них, полковник Элисондо, переметнулся на сторону врага и 21 марта 1811 года захватил в плен Идальго и его ближайших сподвижников. Испанцы расстреляли руководителей восстания — Идальго, Альенде, Альдаму и Хименеса, а затем отрубили им головы и выставили их в железных клетках для устрашения народа в городе Гуанахуато.

После гибели вождей повстанческая армия распалась на небольшие партизанские отряды, продолжавшие сражаться с испанцами.

Приблизительно такая же картина наблюдалась и в других испанских колониях Америки, где в 1810 году местное население, воспользовавшись оккупацией Испании французами и пленением испанской королевской семьи Наполеоном, поднялось на борьбу с колонизаторами. Так же как и в Мексике, после начального успеха патриоты, за исключением Буэнос-Айреса, повсеместно терпели поражения. Они переходили к партизанской войне, в горниле которой рождались новые вожди, накапливался военный и политический опыт…

Было, однако, существенное отличие между движением за независимость в Мексике и в остальных испанских колониях Америки. Оно заключалось в том, что в Мексике это движение, опиравшееся на широкие крестьянские массы, носило ярко выраженный социальный характер. Особенно рельефно это проявилось в действиях Хосе-Марии Морелоса, возглавившего борьбу за независимость после гибели Идальго. Морелос тоже был приходским священником, на которого освободительные идеи французской революции оказали свое животворное влияние. Сын бедного плотника, в жилах которого текла кровь испанцев, индейцев и негров, Морелос закончил духовную семинарию, где преподавал Идальго. Убежденный республиканец, Морелос считал народ носителем суверенных прав нации. Он призывал патриотов к борьбе со знатью, с крупными чиновниками, будь то испанцы или креолы. Их имущество, по распоряжению Морелоса, подлежало немедленной конфискации. Одна его половина шла на военные нужды патриотов, а другая — распределялась среди неимущего населения. Морелос высказывался за конфискацию церковной собственности и за ликвидацию латифундий. Деятельность Морелоса обеспечила ему поддержку широких масс населения, в первую очередь крестьянства, что позволило патриотам на протяжении четырех лет успешно сражаться с испанцами.

24 ноября 1812 года войска Морелоса с боем вошли в Оахаку, столицу одноименной провинции. В Оахаке, как и повсюду в Мексике, жители разделились на два враждебных лагеря. Высшие церковные иерархи, испанские чиновники, помещики-креолы поддерживали колониальный порядок, а священники местного происхождения, ремесленники, трудовой люд мечтали о свержении испанского ига и провозглашении независимости.

Когда раздался клич в Долорес, епископ Оахаки объявил Идальго «слугой Сатаны». Вскоре в городе были схвачены посланцы патриотов Армента и Лопес, явившиеся с поручением генералиссимуса Америки поднять население на борьбу с испанцами. По распоряжению испанского командующего местным гарнизоном генерала Регулеса их казнили в центре города, на улице, которая была впоследствии названа их именами. С освобождением Оахаки войсками Морелоса на том же месте патриоты казнили схваченного ими генерала Регулеса.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.