Семь смертных грехов и семь добродетелей

Линдберг Татьяна Борисовна

Серия: Мудрость тысячелетий [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Семь смертных грехов и семь добродетелей (Линдберг Татьяна)

Лейтон Ф. Павония

Брейгель П. Страшный суд (фрагмент)

От составителя

Принято считать, что словосочетание «смертный грех» восходит к одной из книг Нового Завета — Первому посланию Иоанна, в котором находим:

«Если кто видит брата своего согрешающего грехом не к смерти, то пусть молится, и Бог даст ему жизнь, то есть согрешающему грехом не к смерти. Есть грех к смерти: не о том говорю, чтобы он молился» (5, 16–17). Иными словами, для автора деление грехов на «смертные» и «несмертные» является настолько очевидным, что он даже их не называет.

В Библии можно найти упоминание только об одном «непрощаемом» грехе: «…всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа не простится человекам; если кто скажет слово на Сына Человеческого, простится ему; если же кто скажет на Духа Святаго, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем» (Евангелие от Матфея, 12, 31–32). Однако в этом же тексте встречается и следующее предостережение: «Если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (6, 14–15). То есть любой грех может стать смертным, если человек, его совершающий, сам не прощает людям их согрешений.

С другой стороны, в книге Притч (Ветхий Завет) Соломон перечисляет семь «мерзостей», которые ненавидит Господь: «Вот шесть, что ненавидит Господь, даже семь, что мерзость душе Его: глаза гордые, язык лживый и руки, проливающие кровь невинную, сердце, кующее злые замыслы, ноги, быстро бегущие к злодейству, лжесвидетель, наговаривающий ложь и сеющий раздор между братьями» (6, 16–19). Каких-либо других указаний на смертные грехи и их количество в Библии не встречается.

Сама концепция «Семи смертных грехов» не является частью христианского вероучения, а лишь представляет собой попытку выстроить иерархию человеческих прегрешений. Выделить из них самые страшные, то есть такие, которые приводят к нарушению какой-либо из Десяти Заповедей или обусловливают другие грешные деяния, в конечном же счете — приводя к тому, что душа человека, их совершающего, после Страшного Суда попадает в ад.

Концепция эта формировалась на протяжении столетий и отчасти продолжает развиваться и сейчас. Первые попытки выделить самые страшные грехи обнаруживаются в трудах католических священников начиная с IV в. К таким грехам относили следующие: гнев, гордыня, зависть, лень, скупость, сладострастие, чревоугодие, — а иногда также и: воровство, кощунство, неверие, оговор, притеснение убогого и беззащитного, расточительность, ревность, умышленное убийство, а также чрезмерное упование на Божие милосердие и некоторые другие. В это же время греческий богослов-мистик Евгарий Понтийский (345–399) создает учение, согласно которому, для достижения перехода к озарению ума (жизни гностической) другая сторона жизни, практическая, должна включать очищение души от 8-ми таких страстей и помыслов, как: блуд, гнев, гордость, печаль, сребролюбие, тщеславие, уныние, чревоугодие. В 553 г. на 5-м Вселенском соборе учение Евгария было осуждено и признано еретическим. Однако сами названия страстей и помыслов были переведены с греческого на латынь и использовались в католических молитвах для обозначения 7-ми самых страшных грехов: Алчность (сребролюбие), блуд, гнев, гордыня (гордость), обжорство (чревоугодие), отчаяние (печаль и уныние), тщеславие. В 590 г. Римский папа Григорий Великий «исправил» данный список, заменив отчаяние на уныние, блуд — на похоть, а также объединил тщеславие с гордыней и добавил зависть.

Именно в таком виде этот перечень попал в труды Фомы Аквинского (ок. 1225–1274), после появления которых концепция семи смертных грехов получила широкое распространение не только в теологии, но и в философии, литературе и искусстве. А в XIV в. было создано так называемое мнемоническое правило SALIGIA — аббревиатура, составленная из первых букв латинских названий грехов: Superbia (гордыня); Avaritia (алчность); Luxuria (похоть); Invidia (зависть); Gula (обжорство); Ira (гнев); Acedia (уныние).

В православной традиции под смертным грехом понимается любой грех, в котором человек сознательно не раскаивается. Тем не менее существует концепция 8-ми греховных страстей, последовательно представленная в труде епископа Игнатия Брянчанинова (1807–1867) «Восемь главных страстей с их подразделениями и отраслями». К таким страстям относятся: гнев, гордыня, печаль, прелюбодеяние, сребролюбие, тщеславие, уныние, чревоугодие.

Наряду с концепцией семи смертных грехов в христианстве сложилась и традиция противопоставлять этим грехам основные добродетели, позволяющие людям использовать свои возможности и способности только во благо. Так, упоминавшийся выше Фома Аквинский в работе «Сумма теологии» выделял три теологических добродетели — вера, надежда, любовь, и четыре кардинальных или основополагающих — благоразумие, справедливость, мужество, умеренность. Впоследствии католическая церковь пересмотрела этот ряд и остановилась на следующем: кротость, любовь, смирение, терпение, умеренность, усердие, целомудрие, — а православная предлагает свой, немного отличающийся список: воздержание, кротость, любовь, нестяжание, смирение, трезвение, целомудрие.

Но так, видимо, устроен человек, что, даже желая достичь совершенства, искоренить зло и сохранить свою бессмертную душу, все свое внимание он сосредотачивает не на добродетелях, а на грехах, вероятно, считая, что бороться с грехами — дело более важное, чем следовать добродетелям.

Тема смертных грехов вдохновляла многих. К ней обращались всемирно известные художники (Джотто, Босх, Брейгель, Калло, Тициан), писатели (Данте Алигьери, Ш. де Костер, Э. Ионеско, М. Павич), театральные и кинорежиссеры (Б. Брехт, Э. Де Филиппо, Р. Росселлини К. Шаброль, Ж.-Л. Годар, Р. Вадим, Д. Финчер), скульпторы, фотографы, философы и многие, многие другие.

Не так давно один из католических епископов, глава Апостольской Пенитенциарии монсеньер Дж. Джиротти в интервью ватиканской газете «L’Osservatore Romano» (9.03.2008), говоря об изменении в современном мире внешнего проявления «смертных грехов», официально заявил: «Генетические манипуляции, загрязнение окружающей среды, неравное распределение общественных благ, социальное неравенство — вот новые формы греха, появившиеся на горизонте человечества, как неизбежное следствие процесса глобализации».

И действительно, с горечью приходится констатировать, что для нашего современника «семь смертных грехов» давно уже перестали быть просто христианской концепцией и превратились в атрибуты мира, в котором мы живем и который словно бы забыл о существовании добродетели. Чтобы убедиться в этом, достаточно просто включить телевизор…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.