Обмен услугами

Ритчи Джек

Жанр: Триллеры  Детективы    1991 год   Автор: Ритчи Джек   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Обмен услугами ( Ритчи Джек)

— Я законопослушный гражданин и исправно плачу налоги, — заявил я высокомерно. — И когда наконец завершится ваше разрушительное вторжение в мое владение, я требую, чтобы все было приведено в прежний вид.

— Полноте, не стоит беспокоиться об этом, мистер Уоррен, — ответил сержант уголовной полиции Литтлер. — Муниципальные службы наведут здесь идеальный порядок.

Он улыбнулся.

— В любом случае, найдем мы что-нибудь или нет.

Он намекал, естественно, на тело моей жены.

До сего времени они его не нашли.

— Вам предстоит немало работы, сержант. Ваши люди практически перелопатили мой сад. Лужайка походит на вспаханное поле. Вы, очевидно, намереваетесь разобрать дом по кирпичику: в данный момент я вижу, как полицейские спускаются в подвал с отбойным молотком.

Мы сидели на кухне, и Литтлер пил свой кофе маленькими глоточками. Он все еще лучился уверенностью.

— Полная площадь Соединенных Штатов равна 9 518 376 квадратным километрам, включая водную поверхность.

Литтлер, несомненно, выучил эту цифру наизусть именно для таких ситуаций.

— А Гавайи и Аляска тоже включены? — спросил я леденцовым голосом.

Он не позволил выбить себя из седла.

— Думаю, мы можем их опустить. Итак, я повторяю, полная площадь поверхности Соединенных Штатов равняется 9 518 376 квадратным километрам. Сюда входят горы и равнины, города и сельские местности, пустыни и озера. И тем не менее, когда кто-нибудь убивает жену, то непременно закапывает ее в собственном саду.

Конечно, это самое надежное место, подумал я. Если закопать жену в лесу, то наверняка, на нее наткнется какой-нибудь бездельник скаут, разыскивающий по кустам свои стрелы.

Литтлер снова улыбнулся.

— Каковы размеры вашего участка?

— Двадцать на пятьдесят метров. Вы отдаете себе отчет, что я потратил годы работы, прежде чем земля в моем саду стала плодородной? Ваши люди перерыли всю почву, и повсюду теперь выпирают пятна глины.

Прошло уже два часа, а Литтлер продолжал выглядеть таким же уверенным в своей победе, как и вначале.

— Я сильно боюсь, мистер Уоррен, что вскоре у вас появятся другие неотложные заботы, помимо возделывания вашего сада.

Через окно кухни я видел оборотную сторону участка. Под наблюдением полиции восемь или десять муниципальных служащих тщательно перекапывали землю параллельными траншеями.

Литтлер наблюдал за ними.

— Мы очень педантичны. Мы проведем анализ сажи в каминной трубе, мы просеем золу в вашей печи.

— Моя печь работает на солярке.

Я снова налил кофе.

— Я не убивал жену. Я действительно не знаю, где она находится.

Литтлер взял сахар.

— Как вы объясняете ее отсутствие?

— Я ничего не объясняю. Эмилия собрала ночью свой чемодан и покинула меня. Вы, наверное, заметили, что некоторые ее вещи отсутствуют.

— Откуда мне знать, что именно принадлежало ей?

Литтлер бросил взгляд на фотографию моей жены, которую я ему дал.

— Не хочу вас обидеть, но почему вы на ней женились?

— По любви, разумеется.

Нелепость подобного утверждения была столь очевидна, что даже сержант не смог этому поверить.

— Ваша жена была застрахована на десять тысяч долларов, не так ли? И наследуете ей вы?

— Да.

Страховка, конечно же, сыграла не последнюю роль в ее ликвидации, но это не было главным мотивом. Я избавился от Эмилии по той простой причине, что больше уже не мог ее выносить.

Я не хочу сказать, что женясь на ней, находился под воздействием неистовой страсти. Это не в моей натуре. Думаю, если я решился испить радостей супружеской жизни, то скорее из-за того, что не смог устоять перед чувством панургической вины, рано или поздно порождаемой затянувшимся холостячеством.

Эмилия и я были служащими Маршалл Пэйпер Продактс Компани, я главным бухгалтером, она прилежной машинисткой, бедной и без особых перспектив на замужество.

Она была незаметной, молчаливой и замкнутой. Желанием принарядиться не отличалась, ее разговоры никогда не поднимались выше замечаний о погоде, а умственная гимнастика ограничивалась неежедневным разгадыванием кроссвордов.

Короче, она была идеальной супругой для человека, считающего брак скорее полюбовной сделкой, чем романтическим приключением.

Но удивительно как, утвердившись в браке, незаметная, молчаливая и замкнутая женщина может превратиться в решительную мегеру.

Она могла бы, по крайней мере, испытывать ко мне чувство определенной признательности.

— Как вы ладили друг с другом?

Как комоды. Но я сказал:

— У нас были свои маленькие разногласия, но разве это не общий удел?

Однако сержант, похоже, располагал более подробной информацией.

— По словам ваших соседей, вы ссорились не переставая.

Под соседями он, надо полагать, разумел Фреда и Вильму Триберов. Поскольку мой участок угловой, их дом единственный был мне соседним.

Сомнительно, чтобы Эмилию можно было услышать в следующем владении, у Моррисонов. Хотя исключить нельзя. Набирая вес, она набирала и голос.

— Триберы слышали, как вы бранились с женой каждый вечер.

— Только когда сами переставали скандалить. И неправда, что они слышали нас обоих. Я никогда не повышаю голос.

— Последний раз вашу жену видели живой в пятницу вечером, когда она возвращалась домой.

Да, она вернулась из магазина самообслуживания с замороженными блюдами и мороженым. Это почти единственная ее уступка кулинарному искусству. Завтрак я готовил себе сам, ланч устраивал в кафетерии Клуба, а вечером был выбор — приготовить обед самостоятельно или провести сорок минут в переполненном ресторане.

— Это последний раз, когда ее видели другие, — сказал я. — Я же видел ее в последний раз, когда мы легли спать. Проснувшись утром, я обнаружил, что она собрала свой чемодан и ушла.

В подвале отбойный молоток принялся взламывать бетонный пол. Происходило это с таким грохотом, что я был вынужден закрыть заднюю дверь.

— И кто же видел Эмилию в последний раз, я имею в виду, помимо меня?

— Мистер и миссис Триберы.

Существовало определенное сходство между Вильмой Трибер и Эмилией. Обе стали сильными женщинами, амазонками по духу и карлицами по уму. Фред Трибер был маленького роста, с вечно слезящимися глазами, то ли от рождения, то ли от своего брака. Но он прилично играл в шахматы и выказывал восхищение той твердостью характера, которой обладал я и которая у него отсутствовала.

— В полночь пятницы Фред слышал нечеловеческий крик из вашего дома.

— Нечеловеческий?

— Это его собственное определение.

— Фред Трибер лгун, — заявил я категорически. — А его жена, надо полагать, тоже слышала?

— Нет, у нее очень крепкий сон.

— А этот, так называемый, нечеловеческий крик разбудил Моррисонов?

— Нет, они так и спали. К тому же, их дом далеко от вашего. Дом Триберов всего лишь в пяти метрах.

Литтлер набил трубку табаком.

— Фред Трибер хотел было разбудить жену, но потом передумал. У нее, похоже, плохой характер. Однако заснуть уже не смог. И около двух ночи услышал шум в вашем саду. Он подошел к окну и увидел, как вы в лунном свете копаете яму. На этот раз он решился разбудить жену. И они наблюдали за вами уже вдвоем.

— Грязные шпионы. Значит, вам это известно с их точки зрения?

— Да. Зачем вы взяли такой большой ящик?

— Какой сумел найти. Но по размерам ему все же далеко до гроба.

— Миссис Трибер размышляла об этом весь субботний день, и когда вы сказали ей, что ваша жена в отъезде и будет отсутствовать довольно долго, она в конце концов решила, что вы… мм… придали телу жены более компактную форму и зарыли в саду.

Я налил себе еще чашечку кофе.

— Прекрасно, и что же вы раскопали?

Литтлер не сразу преодолел смущение.

— Дохлую кошку.

Я кивнул головой.

— Таким образом, я обвиняюсь в погребении кошки?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.