i 34c69a6b417e3939

Admin

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Кузьменко Екатерина Сергеевна

Ржавчина

Чужак. Пролог.

- Эй, парень, ты уверен, что тебе сюда?
- окликнул меня водитель автобуса. Что ж, я его понимаю. Затерянный в глуши городок, вечер, единственный пассажир, к тому же - подросток.

Подхватываю рюкзак, спрыгиваю на асфальт.

- Уверен.

- У тебя здесь родственники?
- взрослые всегда ищут простые объяснения.

- Родственники, - успокаиваю я водилу. Тот прищуривается.

- Что-то не похож ты на местных.

- Дальние родственники, - или он сейчас прекратит расспросы, или мне придётся хамить. Однако водитель отвалил.

А я двинул через пустырь к виднеющимся впереди панельным домам. Мотор за спиной коротко взрыкнул, показывая, что связь с внешним миром на сегодня прервалась.

Повезло ещё, что водитель не из местных - в таких городках, как правило, жители знают не только друг друга, но и всю родню до седьмого колена. Если жить тут постоянно, впору свихнуться или запить. Но постоянно мне и не надо. Всего-то немного подзаработать, отдохнуть и отправиться дальше. Да, я знаю, что в крупных городах легче найти работу или затеряться. Возможно, однажды я так и сделаю. Но если тебя всё-таки выцепит миграционная служба, то остаётся только паковать вещички и ждать, когда отправят по месту жительства. Но мне туда уже три года как не надо. А вообще принцип "самое тёмное место - под фонарём" я люблю.

Маршрут я выбирал просто - нашёл на карте ближайший к основной трассе населённый пункт. Хотелось бы, конечно, устроиться на работу поближе, но ни на заправках, ни в мотелях рабочих мест не было. А деньги кончались. Ну и вот. Здравствуй, славный город Эйслет. Уж какой по счёту в моей шестнадцатилетней жизни.

Бар был оборудован в полуподвале. Или не бар... В общем, забегаловка. Она же, как показывает опыт, клуб для обсуждения местных новостей.

Тесное помещение за годы его существования прокурили насквозь - не только топор, весь набор инструментов можно развесить. В углу бормотал телевизор. Публика - в основном мужчины в возрасте от тридцати пяти до пятидесяти. Молодёжь, похоже, стремится отсюда уехать. Да и война когда-то изрядно проредила мужскую часть населения.

Я прошёл сквозь клубы табачного дыма к стойке. Немолодой крепкий мужик протирал стаканы.

- Здравствуйте. Вы хозяин?
- Чужаков обычно не любят, но если ты чужак, лучше не пытайся сойти за своего.

- Ну я.

- Вам нужен официант? Или уборщик?

- Подсобный рабочий нужен. Помочь, подать, принести, починить. Вот только потянешь?
- засомневался мужчина.

Они все так смотрели - оценивающе, с прищуром: потянет ли этот тощий парень? Сможет таскать мешки, грузить коробки, разгребать мусор? Не сопрёт ли чего, если выпадет шальной шанс? Может, ему сразу - по шее и за порог?

- Потяну, - пахать придётся много, но это ничего, - А деньги?

- Я через час заведение закрываю, вот тогда и поговорим. Посиди пока.

... Хозяина звали Лори. После закрытия бара мы с ним договорились об оплате. Если коротко - я ношусь у него на подхвате, по истечении трёх месяцев мне платят. При этом кормят и позволяют жить в подсобном помещении. Обе стороны закрывают глаза на возраст работника. Всё. Конечно, любой юрист при виде такого заключения договора удавился бы на собственном галстуке: никаких бумаг, просто потрепались с часик, и всё, приступай к работе. Когда-то я решил поинтересоваться, как устраиваются подработать нормальные люди. Что называется, на поржать. Согласиться на работу подросток может только в присутствии родителей, а владелец заведения, где кормят или наливают, должен у работника ещё и справку о здоровье спросить. В общем, юридический роман с прологом и эпилогом. Гарантий, что мне действительно заплатят, а не вышибут по истечении срока, правда, нет. Но я тоже не первый год на улице, чую, когда у человека никаких задних мыслей нет, а когда лучше сразу ноги делать.

- Пошли, покажу, где жить будешь.

Обещанная жилплощадь оказалась пустующей кладовкой, правда, довольно просторной. Ладно. На мешках с барахлом на складе мне спать тоже доводилось. И на заднем сиденье остова легковушки, брошенного у дороги.

- Квартира моя выше. Перетащишь раскладушку - и живи. Домой не пущу, уж извиняй - дочери подрастают. Следующая дверь - душевая для персонала. Завтра за час до открытия чтоб был на рабочем месте. Называть тебя как, если окликать придётся?

- Дэй.

- Разве такое имя есть?

Боги, папаша, а вам-то не наплевать? Запоминается хорошо, никаких дурацких сокращений к нему не выдумаешь.

- Раз меня так зовут, значит, есть.

- Ну, дело твоё. Дверь я закрываю.

Первым делом я не с раскладушкой начал возиться, а полез под душ. Тот, кому приходилось по несколько дней находиться в дороге, меня поймёт.

В треснутом зеркале на стене мелькнуло моё отражение. У меня лицо чужака, я говорил? У большей части населения центральных регионов глаза серые или голубые, а волосы тёмно-русые. Поэтому мою смуглую физиономию в обрамлении длинных чёрных хайров видно за километр. Ах да, светло-карие глаза по контрасту со всем этим богатством кажутся почти жёлтыми, что превращает меня в воплощённую мечту любого патруля.

Отрубился я в ту ночь почти сразу же - сказалась усталость. А утро началось со звона посуды. Встал я, как мы и договаривались с хозяином, за час до открытия. За это время я должен был успеть расставить поднятые вечером стулья, принять кое-что из продуктов у владельца местного магазинчика и починить дверцу кухонного шкафа. Успел.

Ничего, видали мы работу и похуже. Машины, например, мыть. В данном случае ударный труд с утра пораньше компенсировался тем, что в будние дни посетители подтягивались ближе к полудню. С самого утра могли забрести только неработающие старики.

Скучно? Нет, скучно мне никогда не бывает. Я видел, наверное, больше городов, чем любой другой парень моих лет. Ради этого можно и потерпеть временные неудобства...

Никто не знал, откуда этого парня принесло в город. Нелюдимый и молчаливый, он не сошёлся близко ни с кем из здешних жителей. Впрочем, с ним тоже не стремились заводить знакомство. И что за нелёгкая потащила его в дорогу? Хотя тяжело, наверное, усидеть на месте, когда у тебя такие глаза...

За дочерей Лори опасался не напрасно. Старшая, Милли, была моей ровесницей и из кожи вон лезла, лишь бы доказать, что она уже взрослая. Всеми доступными способами.

Я ей казался диковинкой вроде экзотической зверюшки. Интересное, надо сказать, ощущение, но я ещё не настолько выжил из ума, чтобы крутить роман на таких условиях. К тому же она мне совсем не нравилась. Пухленькая, светленькая, с ямочками на щеках, по-своему, конечно, очень симпатичная. Я же предпочитал рыжих или темноволосых, с хрупкими фигурами и большими глазами.

Нет, в какой-то мере я её понимал. Сложно получить первый опыт, когда всё и все на виду. А я через несколько месяцев уеду и увезу маленький грех её юности с собой. Так ей не придётся всю жизнь встречаться со мной взглядами.

Но неплохо было бы и поинтересоваться моим мнением, разве нет?

- Дэй, помоги!
- донеслось из подсобки. Я отложил топор, которым пытался поддеть крышку ящика с консервами. Подхватил у Милли корзинку овощей и отнёс на кухню. После чего продолжил мучить злосчастный ящик.

- Дэй.

- А?

- Что у тебя с глазами? Это линзы?

- Я похож на человека, у которого есть деньги на контактные линзы?

- Ну... Не знаю, - Милли сидела на высоком барном стуле, забросив ногу на ногу и старательно демонстрируя коленки.

То ли ржать, то ли плакать.

Так всё и катилось потихоньку. До одного памятного вечера в баре у Лори. Зашёл как-то мужчина лет пятидесяти-пятидесяти пяти. Обширные залысины, обычная для этих мест одежда - потёртые джинсы и клетчатая рубашка.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.