Парижский поцелуй

Картленд Барбара

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Парижский поцелуй (Картленд Барбара)

Глава 1

Поезд медленно подходил к Северному вокзалу. Из окна вагона Шина смотрела на носильщиков в синих комбинезонах, которые бежали по платформе, крича и подавая знаки пассажирам.

Она была в Париже! Сердце Шины забилось от радости. Но на смену радости пришло состояние ошеломленности. Вокруг было так шумно и необычно, что даже жажда приключений, не угасавшая в ней во время всего путешествия, померкла теперь от той растерянности, которую она ощутила. Шина поднялась и потянулась к багажной сетке над головой, куда носильщик в Кале положил часть ее багажа. И тут взгляд девушки упал на золотое кольцо на безымянном пальце левой руки, и она вздрогнула. Увидев его, она вспомнила, что не имеет права забывать о нем ни на секунду.

— Ты не забыла, что должна надеть кольцо? — спросил ее дядя Патрик О’Донован за два дня до отъезда.

— Кольцо, дядя Патрик? — удивилась Шина.

— Конечно, моя дорогая девочка, замужней женщине полагается носить обручальное кольцо, — улыбнулся он.

— Да, я забыла.

— Я куплю его тебе в ювелирном магазине. Раньше мне никогда не приходилось этого делать, несмотря на весь мой многолетний опыт общения с женщинами. Черт возьми, вот уж не думал, что когда-нибудь придется это делать! — Он засмеялся своей собственной шутке.

Но лицо Шины оставалось серьезным, и она тихо сказала:

— Я не подумала о кольце.

— Согласись, могло бы показаться странным, если бы ты явилась без него, — благодушно заметил Патрик О’Донован. Но затем ее внутренняя напряженность передалась ему, и он спросил тихим и ласковым голосом, так хорошо ей знакомым: — Ведь это не смущает тебя, Меворнин?

— Нет, нет… правда нет, — солгала Шина, не желая показаться глупой из-за того, что ее волнуют такие пустяки.

— Ну вот и хорошо, — с облегчением ответил дядя. — Я отлучусь, чтобы выбрать тебе символ счастливого брака. Ты бы лучше дала мне что-нибудь, чтобы можно было показать размер твоего пальца.

Шина достала из шкатулки клубок шелковых ниток и, обернув нитку вокруг пальца, отмерила кусочек, который соответствовал его размеру, Патрик О’Донован сунул нитку в карман жилетки и ушел насвистывая.

Оставшись одна в сыром полуподвале кухни, Шина посмотрела на свой палец и, вздохнув, с явной неохотой вернулась к раковине, где ее, как всегда, ждала гора немытой посуды…

— Носильщик! Носильщик!

Шина подозвала невысокого мужчину средних лет с обвисшими усами в небрежно сдвинутом набок берете. Передав ему несколько пакетов через окно, она прошла по коридору к проводнику, который выдавал багаж пассажирам.

Женщина, стоящая перед Шиной, дала проводнику на чай, и девушка поняла, что от нее ждут того же. Она порылась в сумке. У нее почти не осталось франков. Перед отъездом, когда она сказала, что у нее слишком мало денег на дорогу, дядя Патрик успокоил ее.

— Они встретят тебя в Париже, — сказал он уверенно.

И теперь Шина надеялась, что его слова не останутся пустым звуком, в противном случае она не знала даже, как оплатить такси. С несвойственной ей откровенностью она призналась носильщику, что будет ждать частную машину, которая должна прийти за ней.

— Пойдемте со мной, мадемуазель, — пригласил тот и начал быстро спускаться по платформе.

Внезапно до сознания Шины дошло, что он назвал ее мадемуазель.

Неужели она так не похожа на замужнюю даму, что даже носильщик не смог поверить в вероятность существования мужа? Она бросила взгляд на свой багаж. На ярлыках было старательно выведено ее рукой печатными буквами подтверждение легенды: «Миссис Лоусон».

— Почему Лоусон? — спросила она дядю, когда он назвал ее будущую фамилию.

— А почему бы и нет?

— Это слишком просто. Ты мог бы выбрать что-нибудь поинтересней.

— Но, Меворнин, именно этого нам и не надо — ничего, что будет привлекать внимание и отложится в памяти. Лоусон — простая фамилия. Ее носят сотни тысяч англичан; о такой никогда и не вспомнишь, понимаешь?

— Да, возможно, ты и прав, — согласилась Шина. — Но если у меня есть возможность выбора…

— Придет день, моя дорогая, и ты выберешь себе фамилию по вкусу, — улыбнулся Патрик О’Донован. — У тебя будет новая фамилия и мужчина в придачу, и слава богу. Разве Париж не самое подходящее место для романтических встреч?

— Ты и правда думаешь, что я выйду замуж за француза? — спросила Шина.

— Надеюсь, нет, во всяком случае, до тех пор, пока ты заботишься обо мне. А я так в этом нуждаюсь, моя милая девочка.

— Однако ты отсылаешь меня от себя, — заметила она с укором.

Патрик О’Донован отвернулся. Шина давно заметила, что иногда ему трудно было смотреть ей в глаза.

— Что поделаешь, — медленно произнес он. — Да, что поделаешь.

Он вздохнул и поднялся с намерением выйти из комнаты, но Шина остановила его:

— Послушай, дядя Патрик, ты знаешь, что я не хочу ехать в Париж. Знаешь, что мне не нужна эта работа. Вдруг твое сердце не выдержит. И если мы оба хотим, чтобы я осталась, тогда давай откажемся от этого предприятия.

— Есть основания, не позволяющие мне так поступить, дорогая.

— Что за основания? Что это за друзья, требующие от тебя таких жертв. И друзья ли они?

Патрик О’Донован прошелся по кухне и встал спиной к огню. Всегда, когда он останавливался там, Шина знала по выражению его лица, что сейчас он входит в роль и начнет произносить слова, навязшие на зубах, слова, которые уже автоматически слетали с его губ.

— Ты должна довериться своему бедному старому дяде, — начал он. — Ведь я всегда делаю то, что лучше для тебя. С тех пор как у тебя никого не осталось, кроме меня, и твои бедные отец и мать — пусть земля им будет пухом — утонули, я заботился о тебе как о собственном ребенке. Малышка Шина — бедная сиротка, у которой никого не осталось, кроме дяди. Я делал все, что было нужно тогда, моя дорогая, и я отстаиваю твои интересы сейчас. И поверь мне, Бог — свидетель, я думаю о тебе и теперь.

Шина вздохнула. Знакомые слова. Дядя всегда так говорил, когда хотел настоять на своем и поступить так, как считал нужным.

— Очень хорошо, — коротко сказала она. — Пусть будет Лоусон. И когда я еду?

— Через две недели, — ответил он.

Никогда две недели не пролетали для Шины так быстро. И вот она здесь, в Париже. Приключения начинаются. Это наполнило ее тревогой, перерастающей в страх.

Все было так неожиданно, так не похоже на то, что она когда-либо себе представляла.

«Я пропаду», — не однажды это приходило ей в голову за две прошедшие недели. Но теперь, шагая за носильщиками, она неожиданно воспряла духом. В кои-то веки еще доведется увидеть Париж.

Даже запахи станции были для нее непривычны. Было что-то волнующее в том, насколько отличались попадающиеся ей по пути люди, в их голосах, взлетающих до раздражающе высоких нот, и даже в том, как внезапно выглядывало солнце, освещая улицу.

Шину снова начало тревожить то обстоятельство, что у нее осталось так мало денег. Приедет ли машина? Носильщик остановил свою тележку. Теперь они оба стояли, и девушка не представляла, что ей делать дальше. Она бросала тревожные взгляды на вереницу подъезжающих машин. Внезапно она обратила внимание на высокого мужчину, который направлялся к ней. И когда он, подойдя, снял шляпу, ее поразила выразительность его серых глаз, которые выделялись на фоне смуглой кожи.

— Миссис Лоусон?

Этот вопрос был обращен к ней.

— Нет… то есть да, я миссис Лоусон. — ответила она поспешно.

— Здравствуйте. Я Люсьен Мансфильд. Мадам Пелейо попросила меня встретить вас.

— Как мило… Я надеялась, что кто-нибудь встретит меня.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.