Вилли – маленькая ведьма

Калашников Сергей Александрович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Глава 1

Наш отец, Джерард Маккена — мастер-зельевар и учитель младших классов в небольшой магической деревушке, местонахождение которой неизвестно даже среди магов. Ну не то чтобы всех магов — в Министерстве и Отделе Тайн наверняка о нас знают. Таких недоступных для широких масс селений, насколько я помню из папиных уроков, и в Англии, и на других Британских островах тоже хватает.

Иногда к нам прибывают на праздники, или по делу, интересные личности. Походят, побродят, посмотрят, как живём, потом обязательно заглянут к отцу, где беседуют за закрытыми дверями не меньше часа, а то и до вечера. А что — отец очень интересный и сильный маг. Даже лорд Волдеморт, когда была первая война, развязанная не без его инициативы, говорят, прибыл к нам с парочкой пожирателей. Я-то сама того времени ещё не помню по малолетству — братья рассказывали. Так вот, направился он сразу к нам. Снаружи жилище, где мы обитаем — опрятный дом из природного камня, а внутри вполне себе дворец. Так вот, отец его учтиво встретил и пригласил на беседу, спокойно так, словно пришёл обычный посетитель. Так Тёмный Лорд беседовал с ним три часа и двадцать минут — Джесс — старший из моих братьев — засекал время. Вышел гость от отца задумчивый и серьёзный, посмотрел на маму и мальчишек, чем-то очень занятых в гостиной, куда вела дверь кабинета, да и сказал:

— Ваш муж, леди Бриана, великий человек. Больше я к вам не приду, и никто от меня никогда не войдёт в вашу деревню. Но разговор с ним не забуду никогда. Жаль, что это уже ничего не может изменить.

Да, вот и директор Дамблдор уважает папу — много раз приглашал его в Хогвартс, школу чародейства и волшебства, даже подсылал профессоров для уговоров, да только отец ни разу не дал согласия. Принципиальный он, это да. И, по-моему, не очень рад отправлять нас в одиннадцать лет в Хог, да только мама настаивает, мол надо и такое образование получить, и людей узнать, вот нас и отправляют.

Лично я мечтаю попасть в Хог — это же так интересно! Мальчишки говорят, что ничего особенного, но я же вижу, как они всегда готовятся к первому сентября! Чуть не трясутся от радости, что уезжают в школу чародейства.

Деревенька наша называется Имеральд Хилл, наверное, из-за насыщенного изумрудного цвета здешнего леса, лугов и холмов. Тут рано наступает весна, и лето всегда стоит жаркое и длится долго. Речка Бурная огибает деревушку с северо-запада, а сразу за Изумрудным лесом спуск к морю — там мальчишки в хорошую погоду прыгают со скалы такой высоты, что, когда глядишь сверху на пенящиеся волны залива, кружится голова. Не для слабонервных это зрелище.

Мама об этом не знает, а папа, раз увидев, заставил мальчишек прежде выучить невербальное беспалочковое заклинание левитации, да так, чтобы во сне разбудишь — смогли взлететь над кроватью. Я тоже втихаря учила, когда младшие мои братишки Мэтт и Реган решились этим летом на прыжки. Им девять и десять, а мне-то уже одиннадцать — вот-вот сова из Хога принесёт письма. И одно — лично мне. Ну и уговорила их взять меня в свою компанию. Джесс как-то засёк нас на крыше дома и поинтересовался:

— Что, Вилли, с Астрономической башни готовишься прыгнуть?

Я сразу к нему пристала, где такая башня, уж не в Хоге ли? А он подтвердил, что да, в Хоге, мол, самая высокая в замке. Теперь я мечтаю увидеть ещё и эту башню. Надо же, ещё ни разу там не была, а любимых мест уже несколько. Только я о них никому не рассказывала — смеяться ведь станут.

Так вот о левитации. Выучить-выучила, вот прямо так — без палочки, а это очень трудно, да ещё невербально, теперь могла подлететь на целых три метра — чуть ниже, чем мальчишки, и зависнуть в воздухе почти на две минуты, но так и не решилась на прыжок со скалы. Но когда-нибудь — обязательно это проверну. Может в следующее лето, когда вернусь из Хога на каникулы. Папа увидел мою левитацию из окна и вызвал в свой кабинет. Потряслась немного. Мэтт и Реган меня успокаивали, мол не дрейфь, не убьёт же. А сами побледнели, боялись, видать, что следующая очередь за ними. Это на самом деле страшно, когда отец вызывает к себе в кабинет, я только в детстве там и была, когда ещё страха никакого не ведала по малолетству, а как подросла и пошла в школу, так и не заходила. Лучше уж в углу постоять, или без метлы неделю пешком ходить, чем вот такой разговор.

— Проходи и садись, Виллоу Кэйтлин, — услышала я папин голос, постучавшись и приоткрыв тяжёлую дверь. Дело плохо — обычно он зовёт меня Вилли, даже в школе, и только когда провинюсь — мисс Маккена, или вот так — Виллоу Кэйтлин.

Кабинет у него очень уютный. У камина два кресла напротив друг друга, удобнее которых я ещё нигде не встречала. Между ними невысокий столик. Как только я устроилась на кресле, папа призвал Локки и приказал подать чай и печенье. Домовой эльф кивнул, подмигнул мне сочувственно и пропал. Папа смотрел на огонь, задумчиво постукивая палочкой по коленке, и молчал. Лишь после повторного появления Локки он наконец взглянул на меня и невесело улыбнулся.

— Итак, мисс Маккена, вот приблизился и твой черед отправляться в далёкий Хогвартс.

— Да, сэр, — кивнула я, сидя на самом краюшке кресла и не решаясь прикоснуться к чаю.

— Что ж, я вижу, ты этому рада, и не могу препятствовать. Хотя, решись ты обучаться дома, образование твоё от этого не стало бы хуже. Нет — нет, отговаривать не стану. Все мои дети вправе сами выбирать свой путь. Однако кое-что ты должна запомнить. Ни при каких обстоятельствах, если только это не вопрос жизни и смерти, не пользуйся в Хогвартсе беспалочковой и невербальной магией. Никакой левитации и аппарации — это там либо вообще не изучают, либо дают только самые начала, и то лишь на самых последних курсах. И чем меньше ты будешь выделяться среди сверстников, тем более спокойна будет жизнь в нашей деревне. Я это рассказываю всем детям, кто покидает нашу школу для учёбы в Шотландии, и ты тоже отнесись к этому серьёзно.

— Да, папа, я это запомню! — как будто к его словам, сказанным в кабинете на приватной беседе, можно отнестись несерьёзно! Кроме того, слышала уже об этом от братьев, и в школе нам не раз говорили.

Отец вдруг ласково улыбнулся и велел попробовать печенье. Мол, Локки очень постарался.

Не удержусь, чтобы не сказать несколько слов об этом обитателе нашего дома — он не единственный эльф, живущий под этой крышей, но папа обычно даёт свои поручения именно ему. А вообще его соплеменники собираются вечерами в чулане рядом с кухней, где пьют морковный чай, заедая его плюшками, печь которые любят и умеют. Но мама запрещает им подавать их на стол, за которым собирается вся семья. Не знаю, известно ли ей о том, что в папином кабинете эти лакомства всё-таки появляются… для меня это оказалось новостью.

Дальше отец перешёл на «Вилли», и просто начал расспрашивать, что я последнее читала, как заживает коленка после матча по квидичу, и что ещё интересного происходит в моей жизни.

Это было прямо как в детстве. Я снова рассказывала ему обо всём на свете, а он очень внимательно слушал, и даже дал несколько советов, как выбирать палочку у Олливандера, что торгует в Косом переулке в Лондоне.

— А зачем мне вторая палочка? — удивилась я. И тут до меня дошло: — Мы что, скоро едем в Косой переулок?

— Что касается палочки, то в Хогвартсе принято покупать палочки у Олливандера, их отслеживает министерство, что даёт возможность наблюдать за учениками. Свою тебе придётся либо хорошо прятать, либо оставить дома. Уверен, что для первого раза ты выберешь второй вариант. А в Косой переулок, по моим предположениям, — улыбнулся отец, — завтра и поедем. Сразу после завтрака.

И он кивнул на окно. Я ничего не увидела, но через пару секунд на подоконник спикировала маленькая серая сова с большим конвертом на лапке и постучала клювом по стеклу.

— Письмо из Хога! — подскочила я. Папа укоризненно покачал головой, но не стал возражать против моего желания взять его самой.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.