Когда во дворе играют в футбол

Коберидзе Карло

Жанр: Детская проза  Детские    1971 год   Автор: Коберидзе Карло   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Когда во дворе играют в футбол ( Коберидзе Карло)

Я стою на веранде и смотрю вниз, во двор. Прямо перед нашей верандой растут вишня, абрикос и еще одно раскидистое дерево. Что за дерево, сказать по правде, не знаю. Не дерево, а великомученик! Весь ствол его оброс гвоздям и костылями для веревок.

У некоторых соседей нет своей «линии» (как говорят в нашем квартале): они сушат белье на чужих веревках. Из-за этого случаются ссоры, и тогда… Тогда кто-нибудь приставляет к дереву лестницу и начинает молотить по нему, вбивая еще один гвоздь. Когда бабушка моя слышит это, она ворчит:

— Накажет их бог из-за этого несчастного дерева! Слыхано ли, так измываться над горемыкой!

Сейчас шесть часов, я стою на веранде и жду: вот-вот ребята выйдут играть в футбол, Гелы не видно, наверное, учит английский. С английским у него не ладится.

Мы с Гелой живем на третьем этаже — наши веранды друг против друга, через двор.

Сколько я себя помню, мы с ним всегда вместе — и в детсад топали вместе, и в школу нас отдали в один год. Так с первого дня и сидим на одной парте. Вместе проучились шесть лет, а сейчас оба в седьмом.

Наши папы вместе ходят на охоту.

Наши мамы вместе ходят на рынок.

Бабушка сначала для Гелы вяжет шерстяные носки, потом для меня…

Когда мы перешли в пятый класс и начались каникулы, отец сказал, что лето мы проведем на даче в Манглиси, это совсем близко от Тбилиси. А Гелу собирались отправить в Кахети к деду: там у них сады, виноградники, ребята знакомые. Он очень радовался этому, но переживал, что мы все лето будем врозь. Я, конечно, тоже расстроился. И тогда отец обещал, что повезет меня на несколько дней в деревню к Геле. Договорились мы так, а на другой день отправились с отцом за покупками.

Зашли в спортмагазин на проспекте Руставели. Отец купил мне тренировочный костюм, тапки, мяч…

— Вернемся домой, а потом мы с Гелой снова придем сюда, — сказал я.

— Зачем? — удивился отец.

— Гела хочет удочки купить. Мы же будем ловить с ним рыбу, когда я поеду в Кахети.

— Ну, это дело нетрудное, — улыбнулся отец. — Мы и сами купим.

— Гела умеет покупать хорошие удочки.

— Пожалуй, немного и я смыслю в этом, — посмеялся отец и купил три удочки разной величины.

Тут вдруг грянул гром, хлынул дождь. Пришлось его пережидать. Правда, ливень скоро перестал.

Потом мы заглянули в книжный магазин, потом в аптеку, а когда вернулись домой…

Когда вернулись домой, двор набит был людьми, соседи столпились, кричат, руками размахивают. Увидел нас дядя Гиорги и заторопился навстречу.

Отец бросил чемоданчик на землю, схватил дядю Гиорги за руку.

— В чем дело? — спросил он дрожащим голосом.

— Эх, — махнул рукой дядя Гиорги, — Гела ногу сломал.

— Как, что ты говоришь?!

Нас обступили другие соседи.

Я растерялся. Поверить никак не мог. Да вот он только в баскетбол играл…

Отец сунул мне в руки чемоданчик и велел:

— Иди домой и не смей шагу сделать!

Дома была одна бабушка. И такая сердитая! Схватила котенка за хвост и тащит от банки с простоквашей — застала на месте преступления. Я еле вырвал беднягу из ее рук.

Бабушка охала, ахала. И тут я сообразил, что она из-за Гелы расстроилась, а на котенке отводила душу. Я и сам не знал, что делать, не мог на месте усидеть, все ходил из комнаты в комнату, на веранду заглянул, потом на кухню. Все думал и думал, как это случилось…

Гела тихий мальчик, спокойный. И на уроках такой; пока все не продумает, не взвесит, не ответит на вопрос. И на переменках не носится, как другие.

Позвонили в дверь, я бросился открывать. Открыл — передо мной стоял Джуаншер. Он сразу протянул мне ключ.

— Отец велел тебе передать, это от квартиры Гелы — пускай, говорит, спрячет.

— Входи же!

Мы остановились в кухне и смотрели друг на друга. Я был так расстроен, что даже в комнату его повести не догадался. А разве можно принимать гостя на кухне!

— А где ты был? — спросил Джуаншер.

— С отцом ходил. Послушай, как же он сломал ногу?

— На баскетбольной площадке…

Тут я взорвался:

— Подножку поставили?!

— Какое там подножку! Он с липы свалился… Кто-то дал по мячу ногой — он и застрял в ветках липы, на самой макушке. Что мы только ни кидали, не сумели сбить. Тогда Гела залез на дерево, поскользнулся и…

— Не надо дальше.

И все же я спросил:

— Он плакал?

— Немного. Хорошо, «Скорая» быстро пришла.

— А в какую больницу его повезли?

Тут бабушка прикрикнула на Джуаншера:

— Что ты тут разболтался!..

И Джуаншер ушел.

Мама вернулась домой поздно. Заплаканная, глаза припухли.

— Как Гела? — кинулся я к ней.

И опять бабушка вмешалась, я видел, она нарочно наступила ногой маме на ногу.

— Хорошо, — ответила мама.

— Я должен повидать его! — сказал я и стал искать туфли.

— Не пропустят тебя к нему, — сказала мама.

Тут уж я не сдержался — всхлипнул. И мама заплакала.

В это время явился отец и так накричал на нас, что котенок юркнул под кровать.

— Ночевать сегодня не приду, — сказал отец, хлопнул дверьми и ушел.

— Пошел дядю Мишу уговаривать, чтоб сделал Геле операцию, — объяснила мама.

Мой дядя — профессор. Всем нашим родственникам и соседям он делает операции. Палец у кого-нибудь заболит — и тут же спешат к моему отцу: скорей, помоги! Отец сначала сердится, потом засмеется, скажет только «эх-эх» и идет к брату.

Я выпил чаю и лег. В полусне мне еще больше стало жаль Гелу, и такой страх охватил! Я вертелся-вертелся в постели, никак не мог уснуть, а когда уснул, Гелу увидел: во сне мы гоняли мяч в нашем дворе, играли без конца…

Утром я долго просил и папу и маму взять меня повидать Гелу, но так и не уговорил их. Я обиделся и отказался есть. Хорошо еще, что отец не слышал, а то он знает, чем лечить отсутствие аппетита. Он лишних слов не тратит — вместо стакана молока литр заставит выпить. И попробуй не выпить!

Когда отец выходит из себя, бабушка Гитлера клянет:

— Он испортил ему нервы, окаянный!..

Бабушка постлала на полу белое полотно, на полотно — одеяло и принялась простегивать его. Я прилег на тахту. И все думал о Геле: как он теперь? Наверное, нога очень болит…

На веранде послышался голос отца, он разговаривал с нашей маленькой соседкой Мзией.

— Что ты играла, Мзия?

— Шумана, дядя Котэ, Шумана играла.

— Ишь ты, — весело сказал отец, — от горшка два вершка и уже: «Шумана, дядя Котэ, Шумана играла!» — передразнил он тоненьким голоском.

Я вскочил, сразу от сердца отлегло: раз отец в веселом настроении, значит, дела у Гелы хороши.

Он вошел в комнату, бормоча про себя:

— А хорошо играет, чертенок…

И похлопал меня по плечу.

— Гела держится молодцом, сынок, хорошо перенес операцию.

Я просиял.

— Правда, пап?

— Правда, сынок, неужели обманываю? — И спросил еще: — Обрадовался?

Я уехал в Манглиси, так и не повидав Гелу. Несколько раз я пытался попасть в больницу, да кто меня пропустит. Вахтер так строго смотрел на меня, словно он, а не мой дядя был профессором.

По субботам отец приезжал к нам в Манглиси. И каждый раз говорил, что Гела поправляется, ему лучше. В одно из воскресений он взял меня с собой в Тбилиси. Мы накупили книг, фруктов. Соседи наши пошли с нами в больницу. Я положи гостинцы на тумбочку у кровати Гелы. Я склонился к Геле и обнял его. Нога у него была в гипсе, а под ноги подложены две подушки.

— Почему так долго не приходил? — упрекнул меня Гела.

А что я мог ответить?.. Наговорились мы с ним вдосталь: о футболе, о школе, о товарищах…

…Через месяц Гелу выписали из больницы и отвезли к дедушке в Кахети.

В то лето наши удочки провалялись в чулане.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.