Автостопом по восьмидесятым. Яшины рассказы 09

Саканский Сергей Юрьевич

Серия: Автостопом по восьмидесятым. Яшины рассказы [9]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Автостопом по восьмидесятым. Яшины рассказы 09 (Саканский Сергей)

Арабатская стрелка: мы рождены, чтоб сказку сделать былью

На самом деле, сказку сделать былью нельзя, равно как и Арабатскую стрелку пройти – невозможно. Но родиться на свет Божий ради этого стоит.

Двигаясь по Арабатской стрелке, мы с Серегой первые три дня будем выпивать примерно по литру спирта в сутки. Потом – граммов по семьсот. С какого-то момента установится крейсерская скорость порядка полулитра в день.

Само собой разумеется, что прежде чем бухать на крейсерской скорости, надо сначала разбухаться, подобно тому, как могучий авиалайнер тратит гораздо больше горючего на подъеме в лазурную высь, чем в свободном полете над голубыми просторами нашей родины.

И вот, пришла нам в голову спасительная идея. Серега сказал:

– Яша. А что, если нам сэкономить тяжесть разбухивания и нести по Арабатской стрелке облегченный вариант креста? Для этого нам надо отделить розбух от буха.

Суть предложения была в следующем. Первые три дня, на розбухе, мы не будем идти по Арабатской стрелке, а будем сидеть и лежать в Геническе или в Валке, а вот когда выйдем на крейсерскую скорость, и нам уже будет надо всего по поллитра в сутки, тогда и выступим.

Я сказал:

– Действительно. Ведь мы можем отстрелить розбух, словно ракета ступень, и оставить его в Геническе или даже в Валке. Более того, мы можем поделить розбух на две ступени, и отстрелить одну в Геническе, а другую – в Валке, еще ближе подойдя к Арабатской стрелке.

Длина Арабатской стрелки километров сто. Причем, он Валка до Ленина это будет всего 70 километров. Таким образом, делая в день по 14 километров, мы пройдем Арабатскую стрелку всего за 5 дней.

Это значит, что нам будет нужно нести на своих горбах маленькие рюкзачки, всего по 2,5 килограмма каждый.

Подумали мы, посчитали и поняли, что и это будет не совсем то. Все равно остаются рюкзачки. Вот, если бы кто-то плыл параллельным курсом, слева, по Азовскому морю, или справа, по Сивашу, и время от времени подплывал к нам и даже эти маленькие рюкзачки – все равно нам подносил.

Как такое осуществить? Должна быть яхта или катер. Где взять яхту или катер? Купить. Как заработать деньги? Надо стать бизнесменами. А как бизнесменами стать. Надо трусами трясти, усмехаясь в пшеничные усы.

Серега сказал:

– Нет. Не пойдет.

Сказав так, Серега умер и уснул, как Гамлет, и я вскоре тоже, и приснился нам сон, счастливый и солнечный сон о том, как мы в первый раз бухом ехали.

Как мы в первый раз бухом ехали

Как известно, летом 1980-го года, совершив первый в своей жизни стюп, мы образовались в городе Туле, в ближайшем к вокзалу тульском пивняке, и взяли по три кружки пива. Кроме того, спустя час, немного освоившись в географии города Тулы по рассказам туляков, мы сбегали в ближайший гамазин и взяли прицеп – два бутилена Золотой Осени по 0,7.

Это был тот самый год, когда в Москве отшумела Олимпиада-80, и умер Высоцкий. Жители этого тульского пивняка с большим вниманием слушали наши рассказы об олимпиаде и Высоцком, и за последующими прицепами ходили уже не мы, а они.

Когда пивняк закрылся, мы образовались где-то поблизости от железнодорожных путей, в окружении нескольких внимательных тульских слушателей, а затем, незаметно для себя, возникли на третьих полках какого-то плацкартного вагона.

Было раннее утро, весь вагон спал. Положение восходящего солнца показывало, что мы едем на юг. Наличие пирамидальных тополей на лесополосах говорило о том, что мы уже изрядно продвинулись в этом направлении.

Хотелось сделать пфиу, абпруа и даже небольшого, чисто символического Джуманияза. Судя по некоторым признакам, замеченным мною как на второй, так и на первой полке, где, сразу под Серегой, с головой замотавшись в одеяло, лежали какие-то пассажиры, Серега уже своего Джуманияза сделал.

Я растолкал Серегу и указал ему на Джуманияза. Серега понял, что нам лучше покинуть этот вагон, пока на нижних полках не возник неудобняк.

Поезд стал тормозить и вскоре остановился. Мы прошли мимо проводника, оглядевшего нас недоуменным взглядом. Это был Харьков. Над железнодорожными путями нависал массивный путепровод. Мы еще не знали тогда, что это улица Свердлова и есть – улица, по которой нам еще только предстояло идти и идти.

В тот год Еня Алини еще не был офицером и не служил в Харькове, не знали мы и Джуманияза, а называли его просто ввелом, так что, с моей стороны не вполне корректно было сказать, что Серега со своей третьей полки на нижних пассажиров, завернутых в одеяла, Джуманияза сделал. Ввел он на них сделал, а не Джуманияза.

Но так исторически сложилось, что рассказывая этот Яшин рассказ, мы обычно говорим, что Серега именно Джуманияза сделал. Почему мы так говорим, одному Богу известно.

Серега сказал:

– Если этот проводник столь недоуменно смотрел на нас, когда мы из его вагона выходили, то это может значить только одно: он видел нас впервые в своей жизни.

Я сказал:

– Точно. Получается, что мы с тобой из этого вагона вышли, но никогда раньше в этот вагон не входили.

Данная тайна разгадке не поддавалась, тем более что, по утреннему времени, ни гамазины, ни пивняки еще не работали. Мы вошли в здание вокзала, сели на лавочку, положили друг другу головы на плечи и заслипили до лучших времен.

Исчезая, Серега сказал:

– Этот способ перемещения предлагаю назвать бухом.

Я сказал, также исчезая на дружеском плече:

– Это самый простой и безопасный способ перемещения. Достаточно сидеть где-нибудь неподалеку от железнодорожных путей и бухать. И автоматически мы образуемся в поезде, а поезд, на своем автопилоте, непременно принесет нас в какой-нибудь Харьков.

Как мы Еню Алини в Бахчисарае кинули

Как-то раз, ворвавшись в Харьков, мы решили снова с собой Еню Алини в Гурзуф взять, поскольку в первый раз ему до Гурзуфа добраться не удалось. Еня сначала отнекивался, ибо ему как раз должны были скоро очередное звание присвоить, и он опасался, что в пути его свинтит военный патруль.

Серега сказал:

– Еня. А почему тебя в прошлый раз патруль свинтил, ты знаешь?

Еня сказал:

– Знаю. Потому что я с собой свою офицерскую ксиву взял и даже форму в крокодиловом портфеле взял.

Серега сказал:

– Правильно. А вот теперь ты с собой свою офицерскую ксиву и форму в крокодиловом портфеле не бери.

Я сказал:

– И тогда, дорогой наш товарищ, тебя не военный патруль, а просто менты свинят.

Но Еня всё равно не хотел с нами в Гурзуф ехать. Подумали мы с Серегой и решили:

– Пусть тогда Еня с нами бухом поедет.

Сказано – сделано. Разбухался Еня и даже не заметил, что давно уже в электричке Мелитополь-Симферополь сидит и бухом в Гурзуф едет.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.