Дж. Р. Р. Толкин

Алексеев Сергей Викторович

Серия: Великие исторические персоны [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Дж. Р. Р. Толкин (Алексеев Сергей)

От автора

Немного личной предыстории. С творчеством Джона Рональда Руэла Толкина я впервые встретился в возрасте двенадцати лет, когда один из друзей дал мне почитать «Хоббита» в первом русском переводе. Сказка была проглочена буквально за два вечера, но держал я ее месяц, раз за разом возвращаясь к полюбившимся эпизодам. С раннего детства увлеченный «мифологиями», сочинявший собственные игрушечные миры, я почувствовал здесь нечто не менее подлинных мифов захватывающее и величественное. «Хоббит» запомнился, а вот фамилия его автора — не очень. На тот момент, кстати, имелся уже и адаптированный для детей перевод «Хранителей» («Братства Кольца»), но никто из нас «продолжения» не видел. Вспомнил я о Толкине уже в старших классах, когда его упоминания встретились на страницах изрядно зачитанной мною двухтомной энциклопедии «Мифы народов мира». О нём говорилось в превосходных тонах как о писателе, грамотно отразившем в своём творчестве те или иные мифологические мотивы.

«Хоббит» вспомнился не сразу — но вспомнился. Я начал искать информацию в литературных справочниках и энциклопедиях и, наконец, не без труда убедился, что это именно тот, запомнившийся мне сказочник. Когда на третьем курсе университета, в 1990-м, я получил в руки вышедшие в «Радуге» первые два тома «Властелина Колец», то был вполне готов к встрече и рад ей. Но реальность намного превзошла ожидания — величие и великолепие толкиновского мира захватили меня и не отпускают по сей день…

Сферой профессиональных интересов автора этих строк всегда было преломление древней языческой традиции, прежде всего историко-эпической, в новой христианской культуре, в христианской средневековой историографии и литературе. А вторым увлечением, развивавшимся параллельно, была литература вымысла. Можно догадаться, что к книгам Толкина меня раз за разом возвращала близость их к изучаемому мною материалу — но сводить всё к этому «академическому» объяснению, конечно, наивно и неправильно. Так или иначе, я обнаружил, что с точки зрения занимающей меня историко-культурной проблемы сочетаемости языческого и христианского Толкин заслуживает пристального внимания. Как осмыслял, использовал, развивал языческие по происхождению сюжеты писатель-христианин Нового времени? На самом деле написаны на эту тему уже тома, причем уже не только на Западе, — но я позволил и себе взяться за пополнение написанного. Материал накапливался, отчасти публиковался, захватывал всё новые сферы жизни и творчества писателя — и вот родилась эта книга.

Изрядная часть биографических сочинений, посвященных личности Толкина, начинается со своеобразных извинений. Цитаты, вынесенные нами в эпиграф, достаточно выразительны. То, что Толкин не любил биографический жанр (по крайней мере, биографии деятелей культуры), — из разряда очевидных общих мест любой его биографии. Впрочем, стоит обратить внимание на то, что именно было Профессору не по нраву. Сам квалифицированный филолог, причем привыкший иметь дело с эпохой, когда об авторах не известно практически ничего, — он считал странным и нелепым толковать произведения, исходя из фактов жизни их творцов. Подчас фактов случайных — Толкин иронично «подбросил» одному корреспонденту пример такого рода, предлагая увязать чудовищных пауков своей мифологии с забытым укусом «тарантула» в детские годы. Итак, Толкин возражал против написания о себе биографии личностной, но вряд ли возражал бы против биографии творческой, ибо и сам считал главным в своей жизни литературную деятельность. И едва ли вызвало бы его возражения — более того, и не вызывало их, как правило, — изучение его творчества в свете его мировоззрения, убеждений и принципов, того, чем он действительно жил.

Как бы то ни было, помимо трепетного отношения к воле и мнению главного героя, написание «классической» биографии для Толкина наталкивается на еще одну трудность, на этот раз вполне объективную. Толкин — персонаж не ушедших веков, и даже в оценки истории его творчества время постоянно вносит свои коррективы. Виднейший британский академический толкиновед Том Шиппи некогда создал фундаментальный и, как тогда ему казалось, итоговый труд «Дорога в Средиземье». Однако затем был вынужден раз за разом, с публикацией новых толкиновских материалов, вносить в него дополнительные, часто ревизующие прежние выводы главы. Ведь толкиновский «Легендариум», благодаря кропотливому труду Кристофера Толкина и некоторых других исследователей, постоянно обогащается новыми находками и разработками. Началось с посмертного «Сильмариллиона» и «Неоконченных сказаний Нуменора и Средиземья». Затем последовала более академичная двенадцатитомная «История Средиземья». Она позволила в свое время представить как будто уже всё богатство толкиновского мира в его развитии, в эволюции авторских замыслов. Но и последнее десятилетие принесло минимум три чрезвычайно важных издания. В 2007 г. — существенное дополнение к «Истории Средиземья», «История «Хоббита»». В 2008 г. — «Дети Хурина», итоговый вариант толкиновской «Саги о Турине». 2009 г. — «Легенда о Сигурде и Гудрун». И это — только самые основные вехи. А между тем готова к изданию на 2013 г. толкиновская «Гибель Артура»…

Итак, нетрудно сложиться вполне верному ощущению, что для написания сколько-нибудь «итоговой», «исчерпывающей» книги о Толкине просто не пришло время. Толкиновский архив в прямом и переносном смысле от исчерпания публикаторами весьма далёк; то же можно сказать об архивах многих связанных с Толкином по жизни знаменитых и заметных лиц. Это, конечно, заведомо ограничивает авторские возможности, что надо просто со смирением принять. Но в каком-то смысле и расширяет их, позволяя свободнее выбирать направление и даже жанр своего труда.

Тем более что «классические» биографии Толкина уже есть, и две из них нашему читателю вполне доступны. В 1977 г. вышла «официальная» биография, написанная выпускником Оксфорда, литератором и радиоведущим Хамфри Карпентером. Карпентер использовал разнообразные материалы личных архивов, воспоминания близких к Толкину людей. Его книга до сих пор остаётся одним из важнейших источников — фактически даже первоисточников — информации о жизни Толкина. На русском языке «Биография» Карпентера вышла в 2002 г. в переводе А. Хромовой под редакцией С. Лихачевой.

Другая переведенная в России (также в 2002-м) биография Толкина, написанная журналистом Майклом Уайтом, носит совершенно иной характер. Книга вышла в 2001 г., ее автор родился уже после выхода «Властелина Колец», никогда не встречал Толкина лично и опирался на публично доступный материал. Его труд — это интерпретация жизни любимого писателя поклонником трепетным, но в то же время критично настроенным к «официальным материалам». Отсюда, может, и пристрастие — гораздо большее, чем у вовсе не избегавшего их Карпентера, — к тем самым «фактам», «биографическим деталям», которые Толкин читать о себе не хотел.

Помимо этих двух переведенных у нас жизнеописаний, существует огромное количество «толкиноведческой» литературы на разных языках мира, в том числе биографий на разные вкусы — «личных», «творческих» и иных. Некоторые, более ранние из них, представляют определенный интерес как свидетельства современников если не о самом Толкине, то о резонансе его произведений. Таков, например, «Толкин» известного американского автора фэнтези Лина Картера. Но в целом, конечно, все поздние и опосредованные биографические труды — область более или (чаще) менее строгих исследовательских интерпретаций, а не первоисточники и не их замена. О наиболее существенном исключении — чуть ниже.

Возвращаясь к первоисточникам — или к тому, что в нынешних условиях может их заменить, — стоит вслед за «Биографией» назвать следующую работу X. Карпентера. «Инклинги» (книга вышла в 1978-м, сразу за «Толкином») — история оксфордского литературного кружка, в центре которого находились Толкин и Клайв Степлз Льюис. Письма Толкина изданы (избирательно, местами фрагментировано, однотомником) в 1981 г. тем же X. Карпентером при помощи К. Толкина. Уже упомянутая «История Средиземья» К. Толкина — не только комментированное издание черновиков и неопубликованных произведений, но и развёрнутая история творчества, основанная на богатейшем архивном материале, а местами на личных воспоминаниях и впечатлениях. Такой же (за вычетом последнего) характер носит и подготовленная Джоном Ретлиффом «История «Хоббита»». В 1992 г. Джон и Присцилла Толкин подготовили к изданию «Фамильный альбом Толкина» — несколько десятков фотографий из семейного архива. На протяжении нескольких последних лет ожидается единое издание интервью Толкина и разрозненных воспоминаний о встречах с ним, выходивших на протяжении десятилетий. И естественно, важнейшим источником являются сами произведения Толкина — литературные, научные, изобразительные.

Алфавит

Похожие книги

Великие исторические персоны

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.