Москва, я люблю его!

Лаврова Дарья

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Москва, я люблю его! (Лаврова Дарья)

Мелкие капли дождя пылью мерцали на ветру под светом фонарей и тихо падали на лицо. У подъезда остановился черный Volkswagen, открылась дверь, и появилась девушка в ярко-розовом платье на одно плечо.

– Поехали, – сказала она, не здороваясь и открывая заднюю дверь. – Чего ты встала? Давай садись, не тормози, и так опаздываем!

– Может, скажешь, куда мы едем? – спросила я, забираясь на заднее сиденье за спиной водителя.

– Здесь недалеко, не ной, – отмахнулась Оксана, помогая захлопнуть дверь изнутри. – Блин, всему тебя учить надо. Кстати, знакомься, это Игорь, – представила мужчину Оксана. – А это Маша.

Игорь равнодушно кивнул. Она крутила переключатель радио больше пяти минут, морщилась под нестройное шипение помех и однотипных мотивов, качала головой, а потом совсем выключила его. Поежилась и стала что-то искать между сиденьями. Через минуту достала компакт-диск, открыла и одним движением пихнула в проигрыватель, а прозрачный футляр небрежно кинула на заднее сиденье. Он приземлился между мной и альбомом картин Энди Уорхолла, обложкой вниз.

Горящие окна высотных домов – желтые, красные, зеленые – напоминали примитивные компьютерные рисунки, если их увеличить. От капель воды на стекле они растекались и плыли, становясь похожими на палитру художника.

За окном мелькал ряд невысоких одинаковых коттеджей. Сначала я пыталась сосчитать их, но сбилась на десятом, рядом с которым стояла табличка «Береговой поселок таунхаусов». Хотелось открыть дверь, выйти из машины и пойти обратно. Домой, пешком, без зонта, по Дмитровскому шоссе, под дождем в конце августа.

Я взяла диск и неотрывно разглядывала его обложку до тех пор, пока мы не приехали. Мужчина в черном на фоне золотых занавесок наклонил голову и будто застегивает часы на руке. Брендон Флауэрс [1] . Никогда не слышала.

– Приехали, – сообщил Игорь.

За каменным забором стоял двухэтажный коттедж из светлого кирпича. Дорога к нему была выложена фигурной плиткой.

– Ну, что, как тебе? – возбужденно шептала она мне в ухо, а потом добавила: – Тебе просто необходимо развеяться с кем-нибудь!

Игорь открыл плетеную железную калитку и пропустил нас вперед.

– Куда мы приехали?

– Только попробуй заикнуться, что хочешь домой! – прошептала Оксана. – Хватит быть тряпкой, будь уже взрослой, наконец! Расслабься. Кстати, как тебе Игорь?

– Никак. Могла бы сказать, куда мы едем!

– Если бы ты знала, то не поехала бы!

– Обожаю, когда ставят перед фактом!

– Заткнись! – прошипела Оксана. – Сейчас мы зайдем, не забудь поздороваться.

– Мне не пять лет, чтобы об этом напоминать.

– Тогда веди себя по-взрослому! И не дергайся… Я тебе все расскажу.

– Можешь начать прямо сейчас, – ответила я, стаскивая кроссовки в прихожей, отделанной красным деревом.

– Друг Игоря женился на прошлой неделе, а сегодня они празднуют. Я же тебе говорила вчера.

– Но ты не говорила, что твои друзья – жирные сорокалетние мужики. Хочешь помочь мне найти спонсора?

– Почему сорокалетние? – Лицо Оксаны обиженно вытянулось. – Там самому старшему тридцать семь, а Игорю всего тридцать три. Кстати, в том, чтобы иметь, как ты говоришь, спонсора, нет ничего плохого. Это легко, пока тебе от семнадцати до двадцати двух. И это, кстати, решит ряд твоих проблем.

– У меня нет проблем.

– Будут, – улыбнулась Оксана. – Он может оплатить твою учебу, например. Или платить за квартиру, которую мы снимаем. Или даже снять более крутую, в Москве. Так что перестань уже строить из себя недотрогу и приглядись к симпатичным мужчинам.

– Может, пойдем уже? – вздохнула я. – Поздороваемся.

– Да, идем, – всполошилась Оксана. – Спустимся вниз, сейчас они в сауне.

– Отлично! – хлопнула я в ладоши. – За кого ты меня принимаешь? Неужели ты думаешь, что если я приехала в Москву и бросила парня, то готова в первый же день ехать в сауну с сомнительными мужиками, годящимися мне в отцы?!

– Тебя никто не заставляет. Просто посидим.

За деревянными столами сидели десяток раскрасневшихся после сауны мужчин в махровых халатах, небрежно запахнутых на груди. На зеленом сукне одиноко стоял темный ноутбук. Перед ним дергался кудрявый волосатый мужчина с микрофоном, неумело завернутый в белое полотенце.

«Все для тебя – рассветы и туманы, для тебя моря и океаны, для тебя…»

– Это жених, – растерянно сказала Оксана, кивая на поющего мужика. – Остальных я впервые вижу. – А вон там жена, – кивнула на диван в правом углу комнаты, где сидели две женщины. Одна в красном халате на голое тело, другая – в комбинезоне для беременных, с вечерней укладкой.

– Которая из них?

– Которая залетела, конечно, – ответила она. – Пойдем, что ли, погреемся?

Мне семнадцать лет и одиннадцать месяцев. Почти восемнадцать. Оксана старше меня на две недели. Всем остальным – сильно за тридцать. Я чувствовала, будто мне шесть лет, и родители взяли меня с собой в гости к незнакомым людям, о которых я даже никогда не слышала. Они тоже видят меня впервые в жизни, у них свои дела и разговоры, а до меня нет никому дела. Мне скучно и одиноко. Здесь даже нет моих игрушек. И я бы скорее осталась дома перед телевизором с мультиками и коробкой шоколадных конфет или играла бы с ребятами во дворе, чем поехала бы в гости, где я никому не интересна.

Я все еще ребенок, а вокруг – непонятные и серьезные взрослые, с которыми не так-то легко найти общий язык, и тем более общие темы для разговоров.

Я была лишней здесь. Я жалела, что согласилась ехать с Оксаной, которая уже разливала по рюмкам очередную бутылку водки и обнимала Игоря свободной рукой.

Я поднялась на второй этаж, зашла в первую комнату за коричневой дверью и включила свет. Все деревянное, окно во всю стену без штор и жалюзи, деревянная кровать посередине комнаты укрыта пушистым синим покрывалом, одна тумбочка и один книжный шкаф. Два метра старых детских книг. Если такие можно сейчас где-то купить, то только в букинистических магазинах. Там же, на полках, стояло несколько пластмассовых фигурок из шоколадных яиц с сюрпризом. Голубые бегемоты, улыбчивые крокодилы и строгая обезьяна.

Чуть наклонившись, она смотрела из шкафа точно на меня и показывала пальцем себе на голову, будто намекая «Дура ты, Маша, дура. И с чего ты вдруг решила, что тебе нужно ехать в Москву? Кто тебя гнал? Кто заставлял? Глупая. Маленькая и глупая. С кем ты связалась? Куда поехала? Ты не читаешь новости на сайтах поисковых систем в Интернете, не смотришь телевизор больше года, не обращаешь внимания на объявления, что сотнями висят на стенах твоего старого и твоего теперь нового города. Ты не знаешь, сколько наивных девочек – вот таких вот, как ты, – приезжают каждый год в Москву и пропадают без вести. А потом их долго ищет полиция, волонтеры и экстрасенсы…

Улыбчивые зеленые крокодилы дружно кивали головами, за спиной у них обложкой стояла книга про дядю Степу, самого доброго милиционера.

Точно такая же с детства лежала на верхней полке в моей комнате. Я закрывала глаза и представляла ее. Две деревянные книжных полки под рабочим столом, похожие на простую фигуру из тетриса. На верхней в правом углу стоит «Дядя Степа». Я никогда не читала ее, даже не листала ни разу. Как ее купили и запихнули туда, так и стояла она там больше десяти лет, охраняемая фигуркой деревянного буратино в дурацких зеленых штанах…

Больше всего на свете я мечтала сейчас оказаться там, дома, за триста с лишним километров. Я представляла нашу небольшую квартиру, балкон, утопающий в цветах и рассаде, стираное белье на веревке, шум двора, запах блинов с кухни, скрипучие шаги по длинному коридору – от прихожей до комнаты бабушки и деда. Когда мне было пять, я гоняла по нему на своем первом велосипеде на перегонки с братом… Мне так тебя не хватает, брат.

Я представляла, как дед жарит блины на кухне, а бабушка открывает сметану и пробует ее ложкой. Как мама заплетает мне косу перед овальным зеркалом в прихожей и приговаривает «Терпи, казак, атаманом будешь», она сильно стягивает волосы, я жмурюсь и почти плачу, коса получается длинной, волосы вьются на концах. Отец возвращается с рыбалки, приносит ведро бычков – у него усы и борода, – рассказывает, как определить пол у рыб: «У самца челюсть нижняя большая, вперед выступает, а у самки жирный горб над головой на спине». А брат смотрит внимательно на стаю рыбешек, плавающих в ведре, и просит, чтобы его взяли на рыбалку в следующий раз… Чуть позже мы с дедом и братом пойдем в лес, срежем лучшие ветки и сами сделаем удочки, сидя вечером на балконе, и будет все…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.