«Золотой охотник»

Конан Дойл Артур

Серия: Подвиги Шерлока Холмса [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
«Золотой охотник» (Конан Дойл)

Адриан КОНАН ДОЙЛ, Джон ДИКСОН КАРР

«Золотой охотник»

— Мистер Холмс, это была смерть от сошествия Всевышнего!

В нашей квартире на Бейкер-стрит делалось много необычных заявлений, однако немногие из них были такими удивительными, как это — преподобного Джеймса Эппли!

Зная методы и заранее предугадав требования моего друга, я уже держал в руках справочник по священнослужителям. Я обнаружил, что этот священник руководил небольшим приходом в графстве Сомерсет и что он был автором монографии по византийской медицине.

— Странные занятия для сельского священника! — заметил Холмс. — Но вот, наверное, и он сам.

И в самом деле, от входной двери донесся настойчивый звонок, и прежде чем миссис Хадсон успела его представить, наш гость ворвался в комнату. Он был высок и худ, его одежда, настолько же крестьянская, насколько и церковная, не скрывала высокие округлые плечи. Его добродушное лицо украшали величественные бакенбарды.

— Дорогие господа, — воскликнул он, вглядываясь в нас через овальные очки своими близорукими глазами, — прошу вас поверить, что только под давлением обстоятельств я вынужден вторгнуться в вашу частную жизнь!

Священник сел, и тогда-то он и произнес ту загадочную фразу, которую я привел в начале моего рассказа.

— Смерть от сошествия Всевышнего? — повторил Шерлок Холмс, и его размеренный голос, как мне показалось, все-таки слегка дрогнул. — В этом случае, дорогой мистер, дело, скорее, относится к вашей епархии, нежели к моей.

— Мистер Холмс, это было злодеяние — продуманное, хладнокровное злодеяние!

— Поверьте, мистер, я весь внимание.

— Мистер Джон Трелони… Сквайр Трелони, как мы его зовем… Он был самым богатым землевладельцем в округе. Четыре дня назад, за три месяца до своего семидесятилетия, он умер в своей постели.

— Хм! Это не так уж и необычно.

— Это так, мистер Холмс. Но послушайте меня, — взволнованно произнес пастор, подняв указательный палец, странным образом чем-то измазанный на конце. — Джон Трелони был крепким и бодрым стариком, у которого не было никаких болезней и который должен был прожить еще добрую дюжину лет в земном кругу. Доктор Пол Гриффин, наш местный врач, приходящийся мне племянником, отказался выдать свидетельство о смерти. И тогда произвели ту ужасную процедуру, которая называется вскрытием.

Облаченный в своей халат мышиного цвета, Холмс лениво развалился в кресле. Глаза его были наполовину прикрыты.

— Вскрытие! — повторил пастор.

— Которое выполнил ваш племянник? — спросил Холмс.

Мистер Эппли мгновение колебался.

— Нет, мистер Холмс. Его произвел сэр Леопольд Харпер, наш первейший из ныне живущих авторитетов в области судебной медицины. Я могу вам сразу сказать, что бедный Трелони умер не естественной смертью. В дело уже вмешалась полиция, Скотленд-Ярд.

— А-а!

— С другой стороны, — продолжал взволнованный Мистер Эппли, — Трелони не был убит. Впрочем, он и не мог быть убит. Высшие возможности медицинской науки были задействованы, чтобы прийти к заключению, что он умер вообще без всякой причины.

В течение нескольких мгновений в нашей маленькой гостиной, где шторы были наполовину задернуты, чтобы защитить нас от летнего солнца, повисла тяжелая тишина.

— Мой дорогой Уотсон, — нарушил ее Холмс, сердечно обратившись ко мне, — будьте добры передать мне глиняную трубку с пирамиды — из тех, которые стоят над диваном. Спасибо. Мне кажется, что глиняная трубка — хороший стимулятор для размышлений. Могу я вам предложить сигару?

— Крас ингенс итерабимус эквор [1] , - ответил пастор, тронув своими забавно измазанными пальцами бакенбарды. — Но сейчас, спасибо, нет. Я не могу курить. Я не осмеливаюсь курить! Это меня собьет с мыслей. Я знаю, что должен изложить вам исчерпывающие подробности возможно более точно. Однако мне это непросто. Вы заметили, что у меня несколько рассеянный вид?

— И в самом деле.

— Так вот, мистер. Когда я был молод, то прежде чем посвятить себя служению Богу, я хотел изучать медицину.

— Хорошо, — нетерпеливо перебил пастора Холмс. — Но сегодня утром вы были взволнованы…

Он бросил на нашего клиента свой острый взгляд.

— И… и наверное, поэтому сегодня утром, прежде чем сесть в поезд и отправиться в Лондон, вы пролистали несколько книжек в своем кабинете?

— Да, мистер. Медицинские книги.

— А вам не кажется неудобным, что в вашем кабинете книжные полки повешены слишком высоко?

— Честное слово, нет. Да и могут ли книжные полки быть слишком велики или слишком высоки для книг?

Не договорив, пастор осекся и разинул рот. От этого его продолговатое лицо показалось еще длиннее.

— …А сейчас, я уверен… Я совершенно уверен, — заговорил он. И даже настаиваю на том, что я вам ничего не сообщал ни о моих книгах, ни о высоте моих книжных полок. Откуда вы все это смогли узнать?

— Ну, это пустячное дело! Откуда я, например, знаю, что вы холостяк или вдовец, и что у вас довольно небрежная служанка?

— В самом деле, Холмс, — воскликнул я, — тут, кроме мистера Эппли, есть еще кое-кто, кому хотелось бы знать, как вы обо всем этом догадались?

— Пыль, Уотсон!

— Какая пыль?

— Посмотрите на указательный палец правой руки мистера Эппли. На его кончике вы заметите пятнышки той темно-серой пыли, которая накапливается на книгах.

— Замечательно! — восхитился я.

— Детские забавы, — ответил он. — И я приношу извинения нашему гостю за то, что прервал его рассказ.

— Смерть Трелони оказалась, таким образом, совершенно необъяснимой! — продолжал наш посетитель. — Но вы пока еще не слышали самого худшего. Я начну с того, что у Трелони в живых осталась только одна родственница — его племянница. Девушке двадцать один год. Ее зовут Долорес Дэйл, мисс Долорес Дэйл. Это дочь покойной мадам Коппли Дэйл из Гластонбери. Уже несколько лет эта девушка вела дом Трелони и жила в его большом белом особняке, который именуется «Покой славного человека». Всегда подразумевалось, что Долорес, которая помолвлена со славным молодым человеком по имени Джеффри Эйнсуорт, унаследует состояние своего дядюшки. Когда я вам скажу, что не было и нет на свете более милого и нежного создания, что волосы ее чернее того моря, о котором Гомер говорил, будто оно темно, как вино, что порой она может позволить себе загореться всем пылом своей южной крови…

— Я поверю вам! — продолжил Холмс, снова прикрыв глаза. — Но вы сказали, что я еще не знаю самого худшего.

— Увы, это так. Вот факты. Незадолго до своей смерти Трелони изменил завещание. Посчитав свою племянницу слишком легкомысленной, он лишил ее наследства в пользу моего племянника, доктора Пола Гриффина. Мистер, это был скандал на всю округу! Две недели спустя Трелони умирает в своей постели, а моего несчастного племянника теперь подозревают в том, что именно он его убил.

— Прошу вас, изложите поточнее подробности, — сказал Холмс.

— Прежде всего, — продолжил пастор, — я бы назвал покойного сквайра Трелони человеком чрезвычайно суровых нравов и устойчивых привычек. До сих пор у меня перед глазами его высокая и хорошо сложенная фигура, крупная голова и борода, отливающая серебром, — на фоне рыжеватых полей или перед высокими зелеными деревьями. Каждый вечер перед сном он непременно читал главу из Библии. После этого заводил свои часы, завод которых к этому времени уже почти полностью израсходовался. Затем ровно в десять часов он ложился в постель и вставал — как зимой, так и летом — в пять часов утра.

— Минуточку! — обратился к пастору Холмс. — Скажите, эти привычки менялись когда-нибудь?

— Если только он увлекался какой-нибудь главой из Библии. Тогда он мог читать до гораздо более позднего часа. Но поскольку такое с ним случалось настолько редко, мистер Холмс, что этим исключением вы можете пренебречь.

— Спасибо. Я понял.

— В то же время мне очень горько рассказывать вам о том, что Трелони никогда не ладил со своей племянницей.

Алфавит

Похожие книги

Подвиги Шерлока Холмса

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.