Элитный снайпер. Путешествие в один конец

Колоньяр Томас

Серия: Супер-Снайпер. Мемуары [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Элитный снайпер. Путешествие в один конец (Колоньяр Томас)

Scott McEwen, Thomas Koloniar Sniper Elite: One-Way Trip

Copyright © Touchstone 2013

First published by Touchstone, a division of Simon & Schuster Inc.

Пролог

Когда я сидел с товарищами — спецназовцами военно-морских сил США в одном из баров Коронадо, они познакомили меня с человеком, которого единодушно описали как самого крутого «морского котика». Тогда я еще подумал, что самые матерые мужики, которых я знаю, пьют сейчас рядом со мной, но если они утверждают, что этот парень круче их, значит, он — настоящий орел.

«Героя» звали Гилом; небольшого роста (158 см), крепкий. Разговор начался с формальностей: меня представили как соавтора книги «Американский снайпер» и все такое. После пары кружек пива Гил начал задавать заковыристые вопросы насчет книги. А затем я выяснил, чем он так крут.

В одной из перестрелок, где-то за пределами базы, Гил схлопотал пятнадцать пуль сразу. Выпив еще, Гил показал мне места пулевых ранений. Его тело было буквально изрешечено от шеи до ног. Ранения были нешуточные — их нанесли пули, выпущенные из автомата Калашникова (патроны 7,62 x 39 — «АК-47»).

Больше всего меня поразило, что Гил гордился не своими боевыми шрамами, а тем, что участвовал в сражении до конца, пока его не унесли в санчасть.

Эта книга посвящается «морским котикам» — бойцам спецназа ВМС США, которые продолжают сражаться, несмотря на серьезные ранения и численное превосходство противника. Истории вымышлены, но основаны на реальных действиях спецназа в секретных операциях.

Скотт Макьюэн

1

Монтана

Серую кобылу аппалузской породы [1] звали Тико Чиз, но главстаршина ВМС США Гил Шеннон звал ее просто Тико. Вместе с женой Мари и тещей он отдыхал на ранчо в Боземене, в штате Монтана, но его настоящим домом был военно-морской флот. Большую часть своей жизни Гил провел либо в военно-морском тренировочном центре Хэмптон-Роуд, что в Вирджинии-Бич, либо в отдаленных уголках планеты, занимаясь тем, что Мари (как ему казалось, слишком часто) шутливо называла «службой великому господину».

Жизнь любого, так или иначе связанного с армией, нелегка, но чья жизнь на самом деле порой сурова, так это жены спецназовца ВМС США. Гил заметил, что от этого рождалась горечь, которая год от года только углублялась. Масла в огонь подливал и тот факт, что с женой у него было мало общего. Оба любили Монтану, в жилах обоих текла конская кровь, их влекла друг к другу безумная страсть — та, с которой преодолевают силу земного притяжения.

Гил как раз вдел ноги в стремена и устраивался в седле, когда в конюшню вошла Мари, в джинсах, в коричневой куртке Carhartt, в сапогах. Он одобрительно взглянул на нее и, касаясь края своей шляпы, улыбаясь одними голубыми глазами, произнес: «Здравствуйте, мадам».

В ответ она улыбнулась так же застенчиво, как всегда после занятий любовью; ее карие глаза сияли, длинные каштановые волосы выбивались из косы. Ей было тридцать шесть. Будучи на год старше мужа, она, по крайней мере, не уступала ему в интеллекте. Скрестив на груди руки, она прислонилась к столбу, на котором висели хомуты для лошадей.

— Лошадь, должно быть, подзабыла твое имя, пока ты был на службе.

Гил усмехнулся и осторожно направил лошадь к стене, откуда снял винтовку «Браунинг» под патрон.300 Winchester Magnum с 24-кратным ночным оптическим прицелом.

— Думаю, она его и не знала.

Он обтер винтовку и сунул ее в чехол, закрепленный у седла.

— Эгоистичная тварь — эта лошадь.

— Ты же знаешь, здесь тебе ничего не угрожает, — удивилась Мари, заметив, что он берет с собой оружие.

— Да, но я все равно хочу держать оружие при себе, — сказал Гил тем же ровным голосом. Они и так мало времени проводили вместе, поэтому спорить с женой он не любил.

Она предупреждающе изогнула бровь.

— Может, оставишь оленей в покое, Гил Шеннон?

Он рассмеялся: она попала в точку, угадав его планы. Затем вынул кисет из кармана желто-коричневой куртки Carhartt и скатал сигарету. Эта дзен-буддистская отстраненность помогала ему не захлебнуться в бурных волнах тревоги, которые бились о его панцирь, стараясь пробить оболочку и потопить его. Грустно сознавать, но жизнь на ранчо была для него слишком неторопливой, слишком благопристойной и безопасной, и подчас он ловил себя на мысли, что его душа готова выпрыгнуть из тела от скуки. И Гил, конечно, понимал, почему так происходит. Его отец-военный, один из «Зеленых Беретов» и участник многих операций войны во Вьетнаме, передал сыну по наследству накопленный в боях эмоциональный багаж. Хотя Гил очень гордился добрым именем своего отца, но все же сам сознательно решил стать военным, а это означало покинуть Монтану и провести свои лучшие годы вдали от нее. Монтана никуда не денется, говорил он себе. И, когда он одряхлеет настолько, что не сможет бегать, плавать и прыгать, тогда-то он выйдет со службы в ВМС в отставку и поселится здесь с Мари в полной уверенности, что сделал все возможное для защиты своей великой родины.

Он улыбнулся жене, зажав сигарету между губами.

— Расслабься. Старик Спенсер разрешил мне охотиться на его территории когда угодно.

Мари знала, что у мужа глубоко внутри прячутся демоны. Иногда даже можно было угадать их очертания — в такие мучительные мгновения, как этот, когда он хмурил брови, полагая, что она не замечает.

— Вижу, — задумчиво проговорила она. — Ты отправляешься на пастбище.

Он затянулся и выпустил дым через ноздри.

— Не волнуйся. Дальше снеговой границы я не зайду.

— Я не беспокоюсь за тебя, когда ты дома. — сказала она, отодвигаясь от столба, чтобы коснуться его ноги. — Я уже говорила, что здесь тебе ничего не угрожает. Монтана — твой родной дом, ты здесь черпаешь силы.

Он наклонился поцеловать ее, потом вытянулся в седле и спросил:

— Ты не видела Осо?

— Он, как всегда, сторожит жеребят на улице. Думает, что они его собственность.

Гил подмигнул ей и, дав шенкеля лошади, направил ее к двери. Завернув за угол, он увидел ретривера чесапикской породы, сидевшего у загона, где паслись две кобылы и их два пестрых жеребенка.

— Осо! — окликнул он собаку, и та потрусила к нему. Ее полное имя было Осо Касадор, что по-испански означало «охотник на медведя». Так ее звал прежний владелец ретривера — Мигель, покойный друг Гила. Он натаскивал пса для охоты на гризли на землях, раскинувшихся за Йеллоустонским парком. Потом Мигель умер от рака, и его дочь Кармен притащила Осо на похороны и упросила Гила приютить собаку на ранчо, сославшись на то, что квартира в Лос-Анджелесе слишком мала для 55-килограммового пса. Гил даже не успел над этим поразмыслить, а Мари уже схватила Осо за поводок и привела в дом. Ретривер неплохо устроился: охранял жеребят, отгонял от них койотов, а во время отъездов Гила присматривал за Мари и ее матерью и, ко всему прочему, обладал недюжинным талантом подмечать дичь даже с далекого расстояния.

По правде говоря, было в Осо что-то от морского пехотинца. Он рьяно — порой даже слишком — охранял Мари, пока Гила не было дома. Когда Осо был чем-то доволен и обнажал зубы, улыбка его становилась зловещей, по-песьи угрожающей, — та улыбка, которую тяжело разгадать. Чем-то он напоминал молодых «морских котиков» [2] , работавших с Гилом: такие же отчаянные и преданные, умные, спортивные, бесстрашные и зачастую страшно упертые. И, подобно той же молодежи, Осо оспаривал первенство с Гилом. У Гила была колоссальная сила воли, но, тем не менее, он мог смело доказать свой статус лидера так, как это доказывает самец в животном мире. Железную волю он унаследовал от отца и в своем характере больше всего ценил именно эту черту. Во время службы в DevGru [3] Гил не отличался ни ростом, ни быстротой реакции, ни особенной точностью стрельбы, но в бою его не раз выручали стойкость и выдержка, в то время как прославленные обладатели физических достоинств оказывались не у дел.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.