Зависимые

Кочергин Илья

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Зависимые (Кочергин Илья)ThankYou.ru: Илья Кочергин «Зависимые»

Спасибо, что вы выбрали сайт ThankYou.ru для загрузки лицензионного контента. Спасибо, что вы используете наш способ поддержки людей, которые вас вдохновляют. Не забывайте: чем чаще вы нажимаете кнопку «Спасибо», тем больше прекрасных произведений появляется на свет!

СПАСАТЕЛЬ

— Курить-то не бросил?

— Нет, Серёга, пока не бросил. Это такая зараза, что…

— Я тоже никак. Пойдём тогда, посидим на улице. Там посвежее. Сейчас я… а, ну давай твои, что ли. О, я таких и не знаю.

Вышли, уселись на гладких деревянных ступенях крыльца.

— Как ты там, рассказывай про жизнь свою столичную. Как Катерина?

— С Катей три года мы уже раздельно.

— Тьфу, ёлки. Развелись что ли?

— Можно и так сказать.

— Она где работает ли, нет?

— В школе. Как сразу тогда устроилась, так и работает. Русский язык и литература.

— А сам, Миш, где?

— Да, кручусь понемногу. Упаковка цветов.

За поскотиной Серёгина Татьяна доила корову, рядом лениво стояли и смотрели в разные стороны два бычка и телёнок. День уходил, шум Аксушки стал резче, и к западу, над Айю-озёком, разгорались облака. Из тайги опускалась прохлада. Обо всём остальном говорить было как-то вроде не к месту и неловко. Но надо.

— Полиэтиленовую упаковку для букетов произвожу. Двадцать человек почти работой обеспечиваю. Юльца на флориста отдал учиться, теперь тоже со мной работает. Потом на дизайнера хочет поступать. Девчонка молодец вообще, умница. Парня нормального нашла, он сейчас заканчивает этот…

— Это что, своя фирма у тебя что ли?

— Да, свой бизнес. Десять лет уже. Не знаю, правда, сколько продержусь ещё. Пока тащу всё это, дальше видно будет. Работать последнее время трудно стало. Малый бизнес вообще убивают на корню.

— Этот, как его, рэкет, что ли?

— Какой рэкет, государство родное, Серёг. Короче, там долго объяснять. Просто, скажем так, если я всё провожу по закону, то реально просто в минус ухожу со всякими налогами, проверками, понял? А если нет, то вроде как…

— Ладно, это, ты Миш, можешь мне не рассказывать. Я в этих делах всё равно ни бум-бум, как говориться.

— В общем, на жизнь пока хватает, квартиру Кате с Юльцом купил. Трёшку.

Пятнадцать лет вдруг ушли, как не было. Лето, Алтай. Миша поплыл, как от водки — запахи, ясное небо, мычание телят, горы, держащие чашу долины в крепких ладонях. Потянуло в сон, он потёр щёки и встал.

Крыльцо и Серёгин двор мало переменились. И сам Серёга как будто тоже, только лицо посуше стало, порезче — нос выдался, складки всякие появились. А так — та же тяжёлая, косолапая повадка, покатые плечи, как у вставшего на дыбки зверя. Непомерной толщины прокуренные пальцы. Один глаз с разбитым зрачком вбок, другой мечтательно смотрит вверх, на кромку тайги под розовыми облаками.

Гнедой Серёгин конь, привязанный у дома, вдумчиво лизал подсоленную землю, шумно дыша в пыль, затем стал чесать зад о жерди гнилой заграды и повалил её.

— Ты кури, Миш, отдыхай. Пойду пока его на аркан поставлю.

Михаил надел куртку, тоже пошёл с ним. Проходя мимо, заглянул в окна своего бывшего дома и пожалел — печь развалена, вид нежилой. Они жили здесь с Катей, с маленькими Юльцом и Андрюшкой.

— А в Валеркином доме кто живёт?

— С Питера. Йог что ли или буддист, я как-то без понятия. Но нормальный так парень, спокойный, работает. Сейчас на рыбалку в тайгу поднялся дня на три. То лето в вершине Баян-суу избушку вдвоём с ним поставили. Осенью мост хотим через Карачек чинить. Ходим помаленьку. Зимой на лыжишках тоже бегаю пока силы есть. Ну и побраконьерничаю чуток иногда, — Серёга подмигнул здоровым глазом.

— А он не в секте какой-нибудь, этот питерский?

— Какая там секта. Раздолбай — не хуже меня. А ты себя вспомни, как первое лето в одних трусах на охоту босиком ходил. Ветки, говорит, чтобы не шуршали! А Кастанегу кто читал, Миш? Я что ли? Вон она у меня на чердаке до сих пор лежит, хочешь — забирай.

— Слушай, а Валерка сейчас где?

— Он сначала в город перебрался — года через три после тебя, потом в Аирташе дом построил. Теперь там. Туристами занимается.

— Успешно?

— А я, Миш, и не спрашивал.

— Алёха-то как у тебя — забыл спросить — что делает? Учится, работает?

— В Новосибирске поступил, отучился на математике в университете. Теперь хочет в аспирантуру.

Вышли на вертолётную площадку. От ног вяло разлетались разноцветные саранчи. Серёга привязал один конец аркана к недоуздку, железный колышек на другом конце загнал ногой в землю. Постояли, посмотрели, как лошадь, взмахивая ногами, тяжело валяется на земле, потом звучно отряхивается.

— Как конь ест — сколько хочешь могу смотреть, а вот как корова или мелкий скот — нет такого удовольствия.

Михаил не нашёлся, чем ответить на это. Помолчал и сказал:

— Я, Серёг, в общем-то, по делу приехал. Предложение есть одно.

— Тоже туристов возить решил?

— Нет, не туристов. В общем, я сразу не сказал — у меня Андрюха на наркотики подсел. Три года как погиб. Такие дела.

— Ох ты, — Серёга оценивающе оглядел Мишу с ног до головы. — Да, парень… А я смотрю сегодня, башка у тебя сивая совсем стала. Думал от столичной жизни.

— Короче, я не об этом, Серёг. Сейчас пытаемся вытащить пару таких же пацанов. У нас сообщество такое сложилось, у кого дети вот так вот… Пытаемся что-то делать — что можем. Ну, просто что-то делать. Не у меня одного, как говорится, такое.

— А, слушай, а Катерина как?

— Да никак. Как… В церковь ударилась. Меня это… будто я во всём виноват. Типа, весь в делах, детей не видел целыми днями. Юлец с ней носится, поддерживает. Мама, давай то, мама, хочешь это, мама надо жить… Вообще, умница девка. Через неё и общаемся.

— Короче, Серёга, думали тебе бесплатных помощников предложить. Парни — два — вроде неплохие, согласны. Просто на реабилитацию. То есть, это не уроды, не отморозки, там, то есть… Культурные семьи, все дела. Хоть на полгодика для начала. На покосе, на дрова их, тропы чистить по всему лесничеству. Что угодно, не знаю… избушки рубить, пусть брёвна таскают. Ты говорил, вам только две ставки лесниковские оставили, так что вот — бесплатная рабочая сила.

Миша не дал Сергею ответить, торопился докончить.

— Продукты полностью, всё подвезём, всё что надо. То есть, никаких проблем. Всё что надо. Родители готовы и тебя кормить и весь кордон, то есть, реально на всё готовы. Просто, понимаешь, изолировать немного от этого всего. Там, Серёг, притон на притоне. Соскочить невозможно. Очень трудно. Некоторые аптеки, круглосуточно кодеиносодержащие без рецепта — пожалуйста, чтобы «крокодил» варить. Ночь-полночь… Всё крышуется, все всё знают… Короче, Серёга, если рассказывать… Понимаешь, в тюрьму парня отправить за пять косарей зелёных? Но это тоже не вариант. Героин на зоне через охранников на раз достаётся. Я же всё это знаю, проходил всё это, когда Андрюшка…

Миша старался сам себя притормаживать.

— То есть, тут, здесь для них — это просто выход. Реально — выход. Я просто помню — сколько я, Серёг, тогда проработал, пока мы не уехали? Четыре года? Серёга, это мне заряд был на всю жизнь. Здоровье, радость. Мне до сих пор раз в месяц точно снятся наши походы, кордон, ты с Валеркой. Мы, конечно, сами выбирали, мечтали, советская романтика, тайга… Но всё равно. Тут красота, природа, походы, люди другие совсем. То есть, просто надо спасать ребят. Вырвать их оттуда, от друзей, я не знаю… от ментов, от родителей, от этой жизни… Короче такое вот моё тебе предложение. Я конечно, может…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.