Путешествие в сакральный Египет

Брантон Поль

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Путешествие в сакральный Египет ( Брантон Поль)

Во имя Аллаха, всемилостивого и всемилосердного!

Я преклонил колени за одной из благородных колонн мечети, позволив своей душе в благоговейной тишине возноситься на легких крыльях навстречу Высшей Силе, которую молившиеся рядом со мною люди называли Аллахом; Силе, для которой я до сих пор не нашел достойного Ее имени, но здесь, в Египте, согласился называть Аллахом вместе со всеми. Я знаю, что в таких случаях мы все подразумеваем одно и тоже — Верховное Существо, держащее всех нас в своих незримых ладонях; а потому мне нетрудно принять его как под любым традиционным именем, так и вовсе безымянным.

Не знаю точно, сколько времени прошло с тех пор, как кто-то из присутствующих начал едва слышно нараспев читать стихи из огромного старинного Корана — священного писания, данного Аллахом этой земле. И пока с его губ слетал благозвучный арабский речитатив, я решил посмотреть на собравшихся здесь людей, верных завету Пророка собираться вместе перед наступлением сумерек, чтобы несколько минут поразмышлять о Божественном Источнике, коему все мы обязаны своим существованием. Рядом со мной сидел старик, одетый в длинную рубаху из белого с синими полосами шелка. Кожа его была чуть светлее скорлупы грецкого ореха и как нельзя лучше подчеркивала ослепительную белизну зубов. Он бормотал молитвы, то и дело касаясь лбом мягкого красного ковра. Время от времени он вставал, но затем снова опускался на пол для земного поклона. Прижав ладони к бедрам, он продолжал бормотать молитвы и вскоре опять прикасался бровями к полу.

Я заметил еще одного старика, который вошел и, призвав благословение Аллаха, начал озираться по сторонам, также как и я, а вскоре закачался из стороны в сторону в молитвенном экстазе. По его виду можно было судить, что он крайне беден. Его видавшая виды одежда — некогда белого, но сейчас грязно-серого цвета — грозила в любую минуту развалиться на куски.

Сморщенное и изувеченное шрамом лицо казалось уставшим от бесконечной борьбы, которую его заставляли вести жизнь и сам Аллах. Но здесь — в этом священном месте, предназначенном для изгнания мыслей о мирских заботах и замены их думами о Боге — несколько морщинок на лбу его разгладились, и по лицу постепенно разлилось умиротворенное выражение. Можно было без труда догадаться, что происходило в его душе. Видимо, он говорил про себя:

«О Аллах, Всепобеждающий и Всепрощающий, воистину, Ты ниспослал рабу своему все эти тяготы, дабы испытать его. Но только Ты знаешь, что ему во благо, а что нет. Пасть пред Тобой на колени и вознести молитву Тебе — вот истинное благо. Истинно говорил Твой Пророк, да пребудет с ним мир: “Не бойся и не будь в печали, но радуйся в пред…???…

От редакции

Д-р Брайтон родился в Лондоне в 1898 году. Уже с юности он увлекся сравнительным религиоведением, мистицизмом и оккультной философией.

Став к 30-м годам нашего века довольно известным журналистом, он получил возможность путешествовать по странам загадочного и притягательного для него Востока в поисках непосредственных контактов с носителями эзотерических традиций.

Накопленные в этих поездках обширные знания ему удалось гармонично сочетать со способностью образно и убедительно передавать их своему читателю. Его книги, переведены на многие языки мира, по сей день остаются бестселлерами.

Основная идея настоящей книги логически развивается на протяжении всего повествования, начиная с авторских исследований мистического назначения пирамид, через подробный рассказ о контактах с современными исламскими дервишами и магами, до проникновения в содержание посвятительных мистерий Древнего Египта.

Духовные тайны и магия Востока — бездонны, что автору блестяще удалось продемонстрировать в своей замечательной и в высшей степени увлекательной книге.

Посвящение Его Высочеству князю Исмаилу Дауду

Трое мужчин выехали чудной весенней ночью из Каира и около часа проговорили у Великой пирамиды. Одним из них были Вы, Ваше Высочество, другим — посол некоей восточной страны, а третьим — автор этих заметок и размышлений. Ваше Высочество тогда заметили, что ныне в Египте вряд ли найдешь какие-либо следы той необычайной духовности или той странной магии, поиск которых влечет меня из одной страны в другую. И потом Вы еще не раз повторяли мне эго.

И все же я продолжал свои поиски, и мне удалось узнать о некоторых вещах, которые, как мне казалось, смогут заинтересовать людей Запада. И если я предлагаю результаты трудов своих также и Вам, Ваше Высочество, то лишь потому, что они, смею надеяться, помогут Вам лучше понять ту веру, что столь безраздельно владеет мною, и, возможно, лучше понять, почему я придерживаюсь ее. Данное же посвящение — всего лишь скромный жест, призванный подчеркнуть то удовольствие, которое дарят мне добрые взаимоотношения, установившиеся между нами, несмотря на все различия нашего с Вами интеллектуального склада.

И наконец, пусть эта книга станет моей данью Египту — стране, чье новое лицо так хорошо знакомо Вам и чья древняя слава так влечет меня. И да позволено мне будет добавить к сему одну древне-римскую поговорку: «Тот, кто однажды напьется из Нила, навсегда станет другом людей, живущих на берегах этой великой реки».

Ночь со сфинксом

Ушел последний любопытный турист, и последний облаченный в черное экскурсовод в тысячный раз повторил то немногое, что ему известно о его древней стране, — то, что следует знать для развлечения иностранных гостей. Компания усталых ослов и не менее уставших орущих верблюдов заспешила домой, унося на себе последних на сегодняшний день седоков.

Египетский пейзаж на фоне сумерек — картина незабываемой, неземной красоты. Все вокруг меняет свой цвет, и между небом и землей вдруг вспыхивает самая невероятная гамма.

Я сидел на мягком желтом песке перед величавой, царственной фигурой припавшего к земле Сфинкса, слегка отодвинувшись в сторону от его взгляда, и как завороженный наблюдал за фантастической игрой эфирных красок, создающих быстро меняющиеся образы, которые столь же быстро тускнеют после тою, как закатное Солнце перестает купать Египет в золотых лучах своей ослепительной славы. Ибо кто же из тех, кому дано было воспринять благую весть последних рассеянных лучей восхитительного и таинственного африканского заката, не почувствовал себя на время в раю? До тех пор, пока люди окончательно не огрубеют и не умрут духовно, они не перестанут любить Отца всего живого — Солнце, оживляющее все в этом мире благодаря своей волшебной силе, с которой ничто не может сравниться. Они вовсе не были глупцами — те древние люди, почитавшие Ра — Великий Свет — и принимавшие его в свои сердца как бога.

Сначала источник этого света завис совсем рядом с землей, окрашивая весь небосвод в ослепительно яркий красный цвет, полыхавший подобно раскаленным углям. Затем цвета стали гуще, и над горизонтом разлилось нежное, кораллово-розовое сияние. Оно становилось все более тусклым, пока, наконец, не уподобилось радуге, рассыпавшись полдюжиной различных оттенков — от нежно-розового до зеленого и золотистого, и не замерцало, упрямо стараясь сохранить последние проблески жизни. Наконец, оно окрасилось в серо-опаловый цвет, уступая место надвигающейся ночи. И вскоре невероятные краски исчезли вместе с ушедшим за горизонт диском величественного светила.

И тут же я увидел, как застывший на опаловом фоне силуэт Сфинкса начал окрашиваться в цвета ночи — растаяли последние алые лучи, ярко озарявшие его бесстрастное лицо.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.