Конец игры

Тюрин Александр Владимирович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

1.

Р.С. Глэзер работала в «Майлстоун», в комплексе, расположенном на бывшей буровой платформе в восточном Средиземноморье. Фирма относилась к кластеру частных военных компаний, управляемых корпорацией «Кси-сервис». Её подразделение не занималась планированием и проведением военных операций. Её задача была – наблюдение. И еще раз – наблюдение. И, в конце концов, выработка предложений для тех, кто будет действовать – для оперативных подразделений «Кси-Сервис».

Р.С. вела наблюдение за южной зоной ответственности.

К пятому июню ситуация там была такова: новороссийское ополчение выбило сине-желтую гвардию из укрепрайона «Сiч». На участке в двести километров вверх по днепровскому течению установилось шаткое равновесие. Там не было крупных воинских формирований ни одной из сторон, а киевская влада присутствовала лишь виртуально. Она раздала последние деньги панам магнатам, обещавшим набрать армию суперпрофессионалов и установить наконец державный порядок назло москалям. Но паны пока не торопились, потому что знали лучшее применение деньгам. Многие жители покидали регион, по нему кочевали банды, что нещадно грабили беженцев; особенно издевались над стариками, в которых подозревали ветеранов Советской армии. Так что беженцы старались старались пользоваться речным путем, чтобы добраться до моря и как-нибудь переправиться в русский Крым. Однако ЧВК «Грейхаунд» провела минирование Днепровского лимана. Тральщики Черноморского флота вели разминирование, но немецкие мины «Tintenfisch», исполненные из квазиживого материала и обладающие стайным искином, с трудом уничтожались с помощью традиционных методов траления. Выручали обученные дельфины, только их было мало и они погибали. Населенные пункты в устье Днепра были переполнены людьми, которые по большей части ночевали на улицах.

Впрочем, в «Майлстоун» это никого не трогало. «Страданиями населения» занималась другая фирма, которая могла их продать лишь в том случае, если можно свалить вину на русских.

Все, кто работали с Р.С. Глэзер в «Майлстоун», русских ненавидели – что комми, что не-комми, без разницы. Это был обязательный эмоциональный фон, поддержание которого стоило немалых денег большим боссам. Р.С. тоже прошла все обязательные нейролингвистические тренинги по выработке «образа врага», причём с хорошей итоговой оценкой, и русский был для нее, конечно же, пьяным кровожадным «ватником». Но иногда это не действовало; она видела, что «ватники» хорошо относятся к мирному населению и воюют по правилам, в отличие от своих противников. Да, русские и раньше были ужасные злодеи, но, может… и тогда кто-то умело лепил «образ врага»?

В комплексе «Майлстоун» зал, где находилась Р.С., назывался «пузырем». За счет особой формы пола, стен и потолка, которые, трансформируясь, могли получать наклон, ступенчатость и искривления, в соответствии с характером проводимой работы. Всё это позволял устроить наноплант (тм), конструкционный материал, разработанный в «Монсанто». Он был квазиживым, обладал собственным метаболизмом, дышал, выделял, мог не только программироваться, но и успешно обучаться.

Центр зала украшали своего рода «тычинки» – проекторы голограмм, похожие на светлячков. Они создавали десятки голографических изображений разных точек земной поверхности под разными ракурсами. А также показывали состояние атмосферы и ближнего космоса над объектами наблюдения – над головами операторов искрились точки, показывающие звезды и искусственные спутники Земли.

Был тут и «пестик», представляющий замечательный успех кристаллической механики – универсальный макет. Демонстрационный материал, состоящий из нанокристаллов с управляемой изомерией, мог принимать абсолютно любую форму и практически любой цвет. Сейчас он изображал сектор X12, в масштабе 1 к 1000, в режиме реального времени, причем с соблюдением совершенно всех деталей. При использовании увеличительной оптики на этом макете можно рассмотреть каждый живой объект, включая индивидуальные черты лица. Единственный минус, что передвижение фигурок было немного дискретным – обновление данных происходило раз в полсекунды. Сектор, как и в реальности, затягивала облачность – на макете она состояла из фоглет, наноботов с шестью конечностями, что способны сцепляться за счет вандервальсовых сил.

На висках у некоторых операторов просвечивали коннекторы нейроинтерфейсов, придавая коже мраморный рисунок. При подсоединении нейрокабеля прямо в зрительные центры операторов поступала информация от рассредоточенных систем наблюдения, создавая эффект присутствия в той или иной точке сектора.

– Привет, Р.С., – окликнул Брайан «Сверло» Адамс, молодой, но въедливый сотрудник отдела оперативного планирования. – Кофе-пауза нам положена по всем законам, но то, что у тебя в чашке, уже стало холодной бурдой, мне и палец макать не надо для проверки, а пончики даже не смогли материализоваться. Ты так любишь играть в куколки, девочка моя?

Р.С. отсоединила троды нейрокабеля от своих коннекторов и несколько секунд фокусировала зрение.

Брайан был калифорниец, вырос можно сказать на пляже, рослый, фигура пловца, блестящий как леденец и… пустой. Когда Р.С. спрашивала у него (для смеха) про Фолкнера или Воннегута, тот долго моршил лоб, размышляя, сорт ли это пива или название страховой компании.

– Пончиков действительно не было, худею. В детстве в куклы не особо играла, больше с джойстиком баловалась, а тут чувствуешь… что фигурки живые, это завораживает… Ты ведь, Сверло, в группе оперативного планирования и, наверное, в курсе, что это за персонажи появились к юго-западу от населенного пункта… как он там называется? – она показала лазерной указкой на макет. – Или я перехвалила твою осведомленность?

Сверло Адамс всем своим видом выразил, что он в теме, подошел поближе к Р.С. и наклонился; его щека оказалась в двадцати сантиметрах от ее.

Теперь он ощущал аромат ее кожи и тонких духов – можно и пофорсить перед девочкой. Правая его рука немного приобняла Р.С., левая водила лазерной указкой по макету.

– Это как будто наемники местного олигарха, занимающийся охраной его сахарных заводов, перевозок и свекольных плантаций. На самом деле, турецкий спецназ; возможно есть среди них и несколько наших саудовских друзей, но извини, без подробностей. Вдруг тебя в плен возьмут.

– В плен, не смешно, – она сбросила его руку и немного откатилась в сторону на своем стуле. Тут неподалеку плавает авианосец, который командует мой дядюшка, адмирал Глэзер. Он выльет за меня море напалма… Хорошо, а эти зеленые фигурки, которые движутся навстречу туркам навстречу с юго-востока?

– А это, Р.С., главные монстры в этом зверинце, русские. Утром десантировались с вертолета, скорее всего, морпехи из Казачьей бухты, что в Севастополе, 810-ая бригада. Киллеры страшные, свирепые как черти. Похоже, они собрались ликвидировать наших турок. Потому надо срочно их затормозить, а еще лучше убрать с этой доски… Извини, я отлучусь, кое-что доложить шефу.

– Постой, Сверло, а почему это русские так ополчились на охрану сахарного магната? Ну, злодеи они, но не дураки же. Или им кто-то слил информацию о турках? Что тогда требуется группе турецкого спецназа и что могло вызвать интерес у русских?

– Какой ворох вопросов и каждый на сто долларов. Допустим, русские нейтрализуют любую группу спецназначения третьей стороны – на всякий случай. Ты спроси лучше у своего дядюшки адмирала… Так, у меня в меню перезагрузка и смена темы. Может, встретимся после вахты? Тут, конечно, не Сансет-стрит, выбор развлечений ускользающе мал. Стало быть, в моей каюте? Р.С., у меня, между прочим, новые записи «Удовлетворенных вампиров», улёт полный и безвозвратный, особенно если налепить трансодерм с кое-чем для разгрева синапсов, понимаешь, куда клоню? А ведь их альбом официально выйдет только на следующей неделе.

Он снова придвинул к ней свое гладкое, тщательно выбритое и ароматизированное лицо, но и она отодвинулась незамедлительно.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.