Чекист Вася Исаев

Маркевич Михаил Андреевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Чекист Вася Исаев (Маркевич Михаил)

Михаил Маркевич

Чекист Вася Исаев

Впервые я увидел его в сентябре 1927 года во Владивостокском окружном отделе ОГПУ, куда был переведен на работу. В одном из кабинетов рядом со мной оказался молодой чекист невысокого роста, с очень смуглым лицом и вьющимися каштановыми волосами. Левую щеку от глаза до угла рта прорезал глубокий шрам. Собственно, глаза не было, на его месте находилось запавшее веко. Когда чекист двинулся с места, я заметил, что он хромает. «Кто он, этот молодой человек, в каких переделках ему довелось побывать?» — невольно пришло в голову.

Вскоре состоялось мое знакомство с чекистом, постепенно переросшее в дружбу.

Страшная ночь

Двадцатилетнего чекиста звали Василий Исаев. Товарищи же, отнюдь не склонные к проявлению сентиментальности, называли его просто и ласково: Вася.

Родился Исаев во Владивостоке. Его отец, портовый грузчик, был огромного роста и отличался недюжинной силой. Домой он приходил обычно мрачный и молчаливый. Но когда бывал в хорошем настроении, небольшая низкая комната наполнялась смехом и шумом. Однажды отец подхватил сына на руки и хотел подбросить кверху, но тут раздался тревожный голос матери:

— Что ты делаешь! Разобьешь мальчишке голову о потолок!

Отец поставил Васю на ноги, весело сказал:

— Ничего, Маруся. Скоро по-человечески заживем. И тогда я обоих вас подброшу под самое небушко.

Мать тихо отозвалась:

— Эх, Степа, Степа. Буйная твоя головушка. — Потом вдруг почему-то заплакала и уткнула лицо в широкую грудь мужа.

Отец осторожно гладил ее по голове громадной ручищей, басил:

— Прогоним этих кровососов, ей-ей. Придет наш праздник.

Ночью в комнату ворвались вооруженные люди и стали избивать отца.

Мать бросилась к нему на помощь, но ее грубо оттолкнули. Мальчик ждал, что отец даст отпор бандитам, выгонит их из комнаты. Но он почему-то молчал, и только в глазах его были гнев и ненависть.

Брань и шум продолжались. На Васю упало одеяло, накрыв с головой, потом что-то тяжелое. Наконец все смолкло.

Прошло немало времени. Послышались осторожные шаги и голоса. Мальчик выглянул из-под одеяла. В утреннем полумраке он увидел пожилого мужчину и женщин.

— Вот он, парнишка! — обрадованно проговорил мужчина, помогая Васе подняться.

В комнате валялись исковерканные, изломанные вещи. Но самым страшным, что мальчику бросилось в глаза, были красные пятна. Они начинались с середины пола и тянулись к порогу, превращаясь в сплошную ленту. У дверей женщины наклонились над чем-то, причитали и всхлипывали. Но вот они засуетились, протискиваясь в сени. Мелькнули неестественно белые босые ноги матери.

Вася оцепенел.

Мужчина печально посмотрел на мальчика, шумно вздохнул.

— Один ты остался, парнишка, на свете. Все порушили злодеи. Мать убили, и отец, почитай, пропал. Раз увели в застенок, то живым оттуда не выпустят. Эх, взял бы я тебя, да ведь и мне тогда крышка. Не только мне, а и ребятишек всех изничтожат. А ты вот что, паренек, беги скорее отсель. Не ровен час, опять нагрянут... Беги, дорогой. Ну-ка, давай одеваться.

На распутье

После незабываемой, страшной ночи Васю случайно встретил и приютил старик Евлампий Козлов. Он был одинок, занимался изготовлением детских игрушек и продавал их на базаре. В прошлом сельский учитель, Козлов занялся обучением мальчика и радовался его быстрым успехам. У приемыша, к тому же, оказались золотые руки. В течение короткого времени он научился так ловко мастерить игрушки, что старик только крякал от удовольствия.

Совместная жизнь Васи и деда Евлаши продолжалась два года. Однажды они шли по Алеутской улице. Из-за угла в сопровождении вооруженной охраны показалась колонна заросших, изможденных людей. Вася побледнел и с криком «Папа! Папа!» бросился на мостовую. Старик успел схватить его и с трудом оттащил на тротуар.

— Успокойся, Васенька... Христос с тобой, ты ошибся, — говорил он, дрожа.

Вася не сопротивлялся, но его било как в лихорадке.

Весь день он молчал, ничего не ел, а ночью внезапно вскакивал с постели и сидел, уставившись в одну точку. Рано утром Вася подошел к старику и прерывисто заговорил:

— Дедушка, дорогой... Прости меня. Но не могу я так... Спокойно жить, делать игрушки... Спасибо тебе за все. Ты был для меня вместо отца. — Подросток поцеловал растерявшегося Козлова и быстро скрылся за дверью.

...И Вася оказался с жизнью один на один. Он страстно хотел бороться с теми, кто убил его мать и отца. Но как это сделать? Скоро голод привел его на железнодорожный вокзал. Толстый, холеный иностранец с ног до головы окинул недоверчивым взглядом подростка, прежде чем разрешил взвалить на спину тяжелый объемистый чемодан. Вася задрожал от негодования и обиды, когда господин, расплачиваясь, брезгливо бросил ему под ноги несколько монет.

По улице проносились пролетки, тянулись вереницы людей. В этом шумном потоке в глаза бросился китаец-кули. Худой, с морщинистым желтым лицом, он с трудом передвигал ноги, таща доверху нагруженную тележку. Рядом, по тротуару, шагал высокий мужчина в цилиндре и со стеком в руке — хозяин поклажи.

Впереди, окутанный дымом, показался автомобиль с американскими солдатами. Он несся прямо на тележку. Напрягаясь изо всех сил, кули хотел свернуть с дороги, но внезапно поскользнулся и упал на мостовую. Автомобиль опрокинул тележку и под гогот солдат помчался дальше. Узлы и чемоданы разлетелись в стороны. Мужчина в цилиндре во все горло заорал на китайца, но тот не поднимался. Через минуту на бедного кули посыпались яростные удары. Послышались умоляющие возгласы:

— Добрый капитана, хороший капитана, моя не виновата! Моя слабый еся!

Вася очутился рядом с хозяином, угрожающе крикнул:

— Не смей издеваться!

Господин замахнулся на него стеком. Вероятно, подростку пришлось бы туго, но чьи-то сильные руки схватили его и подняли в воздух. В ближайшем переулке, стоя на земле, Вася с любопытством смотрел на незнакомого мужчину в засаленной кепке. Тот начал с похвалы:

— Молодец, паренек, что не терпишь такого. Только... Да ты кто, как звать-величать?

— Вася. Василий Исаев.

— Родители есть?

— Нет, дяденька, — глухо ответил подросток. — Убили их белые бандиты.

— Ах, вот оно что. Понятно, — проговорил незнакомец. — С кем же ты живешь?

— Ни с кем. Один.

— Так не годится. А ну-ка, пошли со мной. Что-нибудь придумаем.

Юный подпольщик

Рабочий Степан Полевой оказался тем человеком, который помог Васе связаться с большевистским подпольем. Вскоре юркий подросток стал появляться на рабочих окраинах, проворно наклеивал на стенах домов и заборах листовки и тут же исчезал. Но особенно привлекала его пристань. Однажды он пришел туда поздно вечером. Только что кончилась разгрузка парохода, и рабочие группами и в одиночку расположились на отдых.

Вася достал из-за пазухи пачку листовок, подбросил ее кверху. Рабочие быстро хватали разлетевшиеся листки и принялись их читать.

— Полундра! — раздался предупредительный возглас.

Листовки мгновенно исчезли в карманах и под робами грузчиков. Подросток притаился за штабелем ящиков.

Появились вооруженные полицейские. Среди них находился штатский. Вася узнал в нем шпика, обычно шнырявшего целыми днями на пристани.

Полицейские начали обыскивать грузчиков и тех, у кого обнаруживали листовки, отводили в сторону. Шпик шепнул что-то одному из полицейских и вместе с ним бросился к бочкам и ящикам.

— Вот он, держите! — завопил шпик.

Фигурка подростка замелькала в узком извилистом проходе.

— Стой! Стой!

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.