Бернард Больцано

Колядко Виталий Иванович

Серия: Мыслители прошлого [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Бернард Больцано (Колядко Виталий)

РЕДАКЦИИ ФИЛОСОФСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Колядко Виталий Иванович (род. в 1933 г.) — кандидат философских наук, автор статей по истории философии и критике современной буржуазной философии.

Рецензент — докт. филос. наук, проф. И. И. Стяжкин

ятого октября 1981 г. исполнилось 200 лет со дня рождения выдающегося чешского мыслителя Бернарда Больцано. Прогрессивное человечество чтит память этого философа-просветителя, математика и утописта. К сожалению, из-за целого ряда обстоятельств, о которых будет сказано ниже, роль Больцано в истории культуры и науки раскрыта до сих пор недостаточно. При жизни мыслитель был больше известен как социальный критик, моралист, религиозный реформатор и педагог. Признание значения его деятельности не выходило за пределы Богемии, сегодняшней Чехословакии, а тогда провинции Австро-Венгерской монархии. После поражения революции 1848 г. имя и творчество Больцано были преданы забвению, и только в начале XX столетия интерес к философу оживился. Первыми оценили значимость научных трудов Больцано математики. Оказалось, что ряд открытий конца XIX — начала XX вв. в области математического анализа и теории множеств либо в значительной степени повторяют то, что уже сделал Больцано, либо продолжают его начинания. Позже были признаны и заслуги чешского мыслителя в развитии логики. Сейчас имя Больцано стоит в одном ряду с именами Г. Фреге, О. де Моргана, Д. Буля, положивших начало современному этапу развития этой науки.

Плодотворные идеи Больцано в области философии, логики и математики, диалектические моменты в учении о мире и в теории познания заслуживают серьезного внимания марксистских исследователей. Гуманистический характер творчества мыслителя, его демократизм, вера в прогресс и совершенствование человечества близки нам и созвучны нашей эпохе.

Глава I. Эпоха. Жизненный путь

Я должен идти вперед.

Б. Больцано

ехия и Словакия конца XVIII — середины XIX столетия переживали эпоху национального возрождения. С точки зрения идейно-политической она характеризовалась широким распространением идей Просвещения, которые проникали в Богемию из Франции и Германии и находили тут благоприятную почву. С точки зрения социально-экономической возрождение определялось становлением и развитием капиталистического способа производства. Это была эпоха культурного и политического пробуждения чешского и словацкого народов. Возрождение и становление нации проходили в условиях жестокого гнета Австрийской монархии и поэтому сталкивались с особыми трудностями. Борьба с феодальными порядками переплеталась с борьбой за национальную независимость.

На первом этапе движение за национальное возрождение выражалось в идейном движении за восстановление в правах национальных языков. Для данного периода характерна культурно-просветительская деятельность буржуазной и мелкобуржуазной интеллигенции — «будителей», которые ставили своей задачей пробудить в массах национальное самосознание. В дальнейшем культурно-просветительская деятельность «будителей» перерастает в революционно-политическую. Среди чешских и словацких просветителей и буржуазно-демократических деятелей были такие мыслители, ученые и писатели, как филолог и историк И. Добровский, историки И. Юнгман и Ф. Л. Палацкий, поэты Я. Коллар и Ф. Л. Челаковский, писатель и литературный критик К. Гавличек-Боровский. К ним же принадлежал и Больцано.

В XVII в., после битвы на Белой Горе Чехия и Словакия окончательно потеряли независимость и стали провинцией империи Габсбургов, началось онемечивание чехов и словаков. Габсбурги поставили задачей искоренить все национальное в завоеванных областях, и прежде всего язык как главный носитель национальной культуры. Основным орудием и проводником реакции стала католическая церковь. По закону 1708 г. чтение некатолических книг объявлялось преступлением, равным злодейству, а иезуит А. Кониаш называл еретическими все книги, изданные (в основном на чешском и словацком языках) в 1414–1620 гг., т. е. в годы гуситских войн, в период наивысшего подъема национально-освободительного движения. По некоторым данным, Кониаш сжег на кострах до 60 тысяч книг (см. 22, 339–340) [1] . В учебных заведениях господствовал немецкий язык. Только с конца XVIII столетия австрийские власти в связи с активизацией национального движения и признанием необходимости экономического развития завоеванных областей вынуждены были разрешить изучение чешского языка. С 1780 г. началось время так называемого просвещенного абсолютизма, или «иосифизма» (по имени вступившего на престол Иосифа II, проведшего ряд незначительных либеральных реформ). Однако это был короткий период. После Леопольда II, сменившего Иосифа II, во главе Австрийской монархии в 1792 г. стал Франц I. Французская революция 1789–1794 гг. настолько напугала монарха, что он не мог слышать слово «конституция», даже когда оно употреблялось как термин физиологии и медицины. Наступило время реакции.

В этих условиях возрождение чешской культуры и языка сталкивалось с большими трудностями. И. Добровский, издавший в 1809 г. Словарь чешского языка, с горечью говорил: «На нашу долю выпало (о, если бы я ошибался!) быть свидетелями и помощниками окончательной гибели родного языка» (цит. по: 23, 345).

Национальный гнет тормозил и экономическое развитие в чешских и словацких землях. Интересы чешской и словацкой буржуазии оказались крайне противоречивыми. Буржуазия опасалась экономической конкуренции Германии и искала поддержки в сильной монархии. Она боялась собственного пролетариата (первые выступления которого в 1844–1846 гг. были жестоко подавлены правительственными войсками), но в то же время, стремясь освободиться от феодально-национальных притеснений Габсбургов, выступала с идеями буржуазного демократизма, за равноправие славянских народов. В политическом лагере перед революционными событиями 1848 г. образовались группировки: революционно-демократическая, одним из идеологов которой стал Августин Сметана, последователь философии Гегеля, и либерально-демократическая во главе с историком Ф. Л. Палацким. В Праге возникают первые тайные политические организации, деятельность которых в основном носила буржуазно-националистический характер.

Бернард Больцано [2] родился в Праге в 1781 г. В этом же году, как известно, вышел в свет знаменитый труд немецкого философа И. Канта «Критика чистого разума», глубоким критиком которого впоследствии стал Больцано. Отец Больцано, тоже Бернард, был выходцем из Италии, но с юных лет жил в Чехии, занимаясь торговлей предметами искусства. Мать его, дочь пражского купца немецкого происхождения, была женщиной очень мягкой, набожной; на ее долю выпало пережить смерть десяти из двенадцати детей, причем двоих в течение одной недели она потеряла, когда была беременна Бернардом. Больцано пишет в автобиографии, что это явилось, по-видимому, причиной того, что он родился слабым ребенком. С восьмилетнего возраста его мучили головные боли и недомогания, сердцебиения не давали возможности играть со сверстниками. Но Бернард был живым и энергичным ребенком, он ни минуты не пребывал в покое, как пишет сам философ в воспоминаниях. Строгое, пуританское воспитание и физическая закалка (Бернард с детства спал зимой в холодной, нетопленной комнате) позволили Больцано, несмотря на туберкулез легких, которым он страдал всю жизнь, выдержать и многочисленные удары судьбы, и титанический труд. Отец его был сторонником идей немецкого и французского Просвещения, занимался в Праге общественной, благотворительной деятельностью. С его помощью был построен сиротский приют. В семье царила атмосфера строгой нравственности, религиозности. Принципы общественной пользы, труда на благо людей с детских лет вошли в плоть и кровь Бернарда. В гимназии, которую юноша окончил в 1796 г., также господствовал дух Просвещения. После ее окончания он поступает на философский факультет знаменитого Карлова университета в Праге. В течение трех лет Больцано изучает философию, физику и математику. Затем он решает поступить на богословский факультет, собираясь впоследствии сделаться духовным лицом. Записи в дневниках Больцано свидетельствуют о том, что он испытывал мучительные сомнения при выборе профессии. Решение стать священником было принято им под влиянием двух обстоятельств: во-первых, он считал, что сан священника даст ему возможность способствовать общественной пользе, всеобщему благу, т. е. возможность вести просветительскую деятельность; во-вторых, мать хотела видеть его служителем церкви (см. 27, 30; 66).

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.