Под Андреевским флагом. Русские офицеры на службе Отечеству

Манвелов Николай Владимирович

Серия: Морская летопись [39]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Под Андреевским флагом. Русские офицеры на службе Отечеству (Манвелов Николай)

В дальних походах и кровопролитных сражениях зарождались боевые традиции российских офицеров. Под гордым Андреевским флагом они бесстрашно шли навстречу врагу, подставляли свою грудь под вражеские пули и снаряды. В тяжелейших испытаниях они создавали престиж России как Великой морской державы.

Каковы же были морские традиции Российского Императорского флота, как они складывались, как и в каких условиях формировался знаменитый русский морской характер? Какой была повседневная жизнь русских военных моряков? Об этом и многом другом рассказывает очередная книга историка Н. Манвелова.

Манвелов Николай Владимирович

Глава 1. Морская риторика

Греческое слово «риторика», как известно, на русский язык переводится как «ораторское искусство». Это научная дисциплина, изучающая закономерности порождения, передачи и восприятия хорошей речи и качественного текста. В русском языке выражение появилось во времена Петра Великого и обозначало то, что мы сейчас можем назвать «вокабуляром», т. е. словарным запасом. Для этой главы «греческое» название выбрано не случайно – в ней пойдет речь о массе вещей, имеющих отношение к флоту и имеющих свой, «морской» смысл.

Начнем с того, что, как и в военно–морских силах других стран, в Российском Императорском флоте существовала достаточно сложная система наречения боевых кораблей.

Первое известное нам название крупного корабля русского флота – «Фредерик». Оно было дано в 1636 г. судну, построенному для России в Голштинии [1] в царствование царя Михаила Федоровича (деда Петра Великого). «Крестным отцом» его стал герцог Фридрих Третий, правивший в 1616–1659 гг.

Что же касается первого крупного боевого судна русской постройки – «Орла», то его имя было избрано отцом Петра, царем Алексеем Михайловичем. В изданном по случаю завершения постройки корабля царском указе было приказано «нашить» (прикрепить) по орлу на носу и на корме. С тех пор до 1917 г. существовала традиция украшать позолоченными геральдическими коронованными птицами оконечности кораблей 1–го и 2–го ранга. «Потерять корону» считалось дурным предзнаменованием (как минимум, разнос от начальства).

Первый фрегат Балтийского флота, заложенный в 1703 г. на Олонецкой верфи (современная Карелия), получил название «Штандарт». Название, по словам Петра Великого, было дано «в образ, понеже тогда четвертое море присовокуплено» [2] . Последней это имя носила императорская яхта, после коренной перестройки служившая в советском военно–морском флоте в качестве минного заградителя «18 марта» [3] , «Марти» [4] и «Ока».

А самый первый линейный корабль русского флота – 58–пушечный «Гото Предестинация» («Божье предзнаменование») был заложен 29 ноября 1698 г. в Воронеже по чертежам Петра Великого. Отметим, что больше кораблей с таким названием в списках флота не было.

Еще одна интересная деталь. Существовала традиция, в соответствии с которой корабли, построенные в Архангельске, на протяжении нескольких десятилетий получали имена только по прибытии на Балтику и вхождении в состав Балтийского флота. До этого момента они носили лишь строительные номера.

В эпоху парового и броненосного флотов (т. е. с середины XIX в.) броненосцы и линейные корабли обычно наименовывались в честь линейных кораблей парусной эпохи. Так, флагман Черноморского флота дредноут «Императрица Мария», погибший седьмого октября 1916 г. в Севастополе при не до конца еще выясненных обстоятельствах, носил имя флагманского корабля вице–адмирала Павла Степановича Нахимова, на борту которого знаменитый русский флотоводец выиграл Синопское сражение с турецкой эскадрой.

С флагманским кораблем Нахимова связана еще одна история, также имеющая прямое отношение к преемственности названий кораблей Российского Императорского флота. На его предшественнике император Николай Первый в октябре 1828 г. пережил сильнейший шторм на пути из Варны в Одессу – корабль чудом не был выброшен на турецкий берег. Добавим, что плавание происходило во время очередной войны с Османской империей. В память об этом путешествии император приказал при строительстве новой «императрицы» вделать кусок форштевня (носовой оконечности) старого корабля в форштевень новой «Марии».

Другая большая группа названий – по местам известных сражений, выигранных российскими вооруженными силами на суше и на море. Примерами могут служить такие корабли, как «Гангут», «Синоп», «Бородино», «Севастополь», «Измаил», «Кинбурн», «Наварин» и «Петропавловск». Были также корабли, названные в честь сражений против «врагов внутренних», – например, «Вола» (в память победы над польскими повстанцами при одноименном местечке).

Особняком стоят парусные и паровые линейные корабли, носившие имя августейших особ – императоров и Генерал–адмирала Великого князя Константина Николаевича. Причем эту традицию не смогло нарушить даже катастрофическое для русского флота Цусимское сражение. Напомним, что в его ходе погиб эскадренный броненосец «Император Александр Третий», а эскадренный броненосец «Император Николай Первый» был сдан противнику. Оба эти названия возродились накануне Первой мировой войны.

Спущенный в феврале 1914 г. дредноут «Император Александр Третий» вступил в строй в июне 1917 г., причем уже под именем «Воля». В конце 1919 г. он попал под контроль белых и был снова переименован, на сей раз – в «Генерала Алексеева» (в честь одного из организаторов Белого движения). В 1920 г. корабль был уведен в Бизерту (Северный Тунис), где был интернирован французскими властями. В 1936 г. «Император Александр Третий» был разделан на металл во французском порту Брест, а его 305–мм орудия главного калибра были установлены на французских береговых батареях.

Что же касается линейного корабля–дредноута «Император Николай Первый», то он был спущен на воду лишь в 1916 г. После октября 1917 г. недостроенный корабль (в апреле 1917 г. его переименовали в «Демократию») был надолго поставлен на прикол, а в 1927 г., после длительных споров о необходимости достройки, передан на разборку одному из заводов в Николаеве.

Но бывали и исключения. Так, броненосцы–крейсеры «Ослябя» и «Пересвет» были названы в память мощных винтовых фрегатов середины XIX в. А те, в свою очередь, напоминали о подвигах героев Куликовской битвы 1380 г. Отметим, что «Пересвет» в конце 1904 г. был захвачен японцами при капитуляции Порт–Артура. Более 10 лет броненосец служил под флагом Страны восходящего солнца и именовался «Сагами» [5] . В 1916 г. его выкупило правительство Российской империи, после чего корабль–ветеран зачислили в состав Российского Императорского флота под тем же названием, но с понижением в классе – из эскадренных броненосцев (по новой классификации – линейного корабля) «Пересвет» был переформирован в крейсер. В том же 1916 г. корабль погиб на минах близ египетского города Порт–Саид.

Фрегаты и корветы, а также клиперы (до 1892 г. так весьма условно называли по старой памяти даже крейсера, технически уже сильно отличавшиеся от былых парусников) обычно называли в честь их предшественников.

В мае 1888 г. на воду на Балтийском заводе в Санкт–Петербурге спустили полуброненосный фрегат «Память Азова». Его прямым предшественником был парусный линейный корабль, сошедший со стапелей в Архангельске на 40 лет раньше, в апреле 1848 г. В 1860 г. линкор перестроили в блокшив, а еще через три года исключили из списков флота.

Был среди фрегатов и корабль с романтичным названием «Светлана».

…3 мая 1859 г. вряд ли кто–то из встречавших новый фрегат в Кронштадте [6] мог предположить, что командир корабля с 1874 г. Великий князь Алексей Александрович свяжет свою судьбу не только с парусно–винтовой «Светланой», но и с семьей автора одноименной баллады, великого русского поэта Василия Андреевича Жуковского.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.