Броневой

Тё Илья

Серия: Tanki Online [0]
Жанр: Боевая фантастика  Фантастика    2015 год   Автор: Тё Илья   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Броневой (Тё Илья)

Часть 1. Нуб

1. рекогносцировка

Серые тучи навевали дремоту. Растянувшись от горизонта до горизонта грязным покрывалом, низкие и тяжелые они не предвещали случайному путешественнику — не дай бог оказавшемуся под ними на бескрайних просторах великой Сибирской равнины, — ничего хорошего. За исключением скорого «весеннего» дождичка. Дождичка, как водиться, холодного, злого и немного отравленного, как вся мать-природа в окружающем распрекрасном мире.

В дополнение к отвратительному виду небесного свода, над жухлой травой и мятым серо-бурым снегом, весело хулиганил цапкий порывистый ветер, завывая и постанывая на изуродованных стенах руин, покрытых льдом и застывшей мерзостью краях снарядных воронок, рваных остовах металлоконструкций, и прочих останках почившего здесь огромного мегаполиса.

В центре описанного выше трупа населенного пункта, возле дороги, напоминающей скорее месиво экскрементов, нежели федеральную трассу Е74 — каковой она, безусловно, продолжала считаться официально — возвышалось некое сооружение, которое два возившихся в нем (и одновременно проживавших) странных индивида звали не иначе чем «Наш ангар».

В некотором смысле «Наш ангар» представлял собой прямое наследие малого аэропорта на окраине уничтоженного прошлым Новосибирска. Ещё до минувшей войны часть его хозпостроек переделали под ремонтные боксы для грузовой техники, склады и прочую хренатень — равно как разбомбленный а ля дрезден-1945 знаменитый аэропорт Толмачево. Целых зданий к концу войны оставалось мало (бомбили, сволочи, от души), и аэропорты, как наиболее защищенные ПРО и ПВО объекты минобороны использовались вояками даже для размещения штабов. Впрочем, в финале возни с налетами и зенитками, малый новосибирский аэропорт все же получил свою порцию добряка — в виде авиационной воронки диаметром с два десятка футбольных полей. Инфраструктура соответственно, накрылась. За исключением пары зданий на окраинах. Включая, — о да! — «Наш ангар».

Двоих индивидов, составлявших население «Наш-ангара» звали до примитивности просто — «Калмыш и Малярийкин» — о чем не двусмысленно вещала обшарпанная вывеска над ржавыми воротами заведения. Чуть ниже вывеска дополнялась ещё одной искромётной фразой — «т-е-х-о-б-с-л-у-ж-и-в-а-н-и-е & т-ю-н-и-н-г», но более мелкими буквами и криво. Синергичность нижней надписи не являлась простым совпадением. Калмыш занимался ТО (тэ-о), а Малярийкин, соответственно, — тюнингом. Это были вроде как их вторые фамилии. Типа тех, что женщины в мусульманской Франции получают после лишения девственности, а мужчины в православной Африке — по вступлению в бедуинский ганг.

По завершении войны на развалинах города, в котором до ковровых бомбардировок проживало сорок миллионов человек, выжили только те, кто сильно не хотел дохнуть. И был готов для этого вкалывать как накачанный героином мул. Останков техники вокруг было полно, как в ресторанном сортире полно дерьма: трупы подбитых танков и вертолетов, машины военные и гражданские, битые и поломатые, груды металлолома, пластика, ржавых и изувеченных взрывами стволов, останков бытовой и офисной техники, мебели со встроенными электронными чипами и прочей лабуды. Которая, в конце двадцать первого века по странной иронии отходящего на тот свет человечества, не обходилась без навороченной электроники. Словно по смешку величайшего из комиков — господа, мать его, Бога — люди перед массовым вымиранием навострились делать самые сложные и дорогие в истории человечества технические примочки.

Основывая свой бизнес именно на этом неисчерпаемом стратегическом ресурсе — гигантской руинированной помойке — множество технически подкованных людей после «Войны-смерти» взялись за работу. Зарабатывая себе на хлеб и попутно — восстанавливая почти утраченную людскую цивилизацию.

Именно к таким гордым, но обреченным восстановителям утраченного относились оба совладельца мастерни «Калмыш & Малерийкин». Первого из них звали на самом деле, вовсе не «Калмыш», а тупо элементарно — Константин Алексеевич Камышев, собственной тощеватой персоной. «Калмыш» — было своего рода производным от совмещения имени и фамилии. Пытливый ум, зоркий взгляд и способность «оживлять механику» с самого детства позволяли этому уникальному, но слегка придурковатому индивиду починять и оживлять современные молодежные игрушки — настраивать моторы, собирать самоходные аппараты и даже создавать настоящее гоночное оружие — бронированные мотоциклы с пиками и таранами для диких уличных разборок. С заказчиками проблем не возникало — в мире, где клубы и кинофильмы тихо скончались, а за наркотики в прямом смысле рубили бошки без всякого суда, основным увлечением молодежи стала брутальная уличная техника. Точнее — гонки и схватки с её использованием. А также, конечно, понты её обладателей.

Примерно здесь (на понтах) свой законный пост занимал давний приятель Калмыша, старина Малярийкин. Художник, творец и немного алкоголик. Общеизвестного погоняла как у Калмыша у него не было. Ибо парень сильно не вышел рожей. Большинство прозвищ, которые к нему прилипали, были либо оскорбительными, либо оскорбительными ужасно. По этой причине, окружающие величали его грубо по фамилии. И только напарник иногда позволял себе называть товарища «Маляром». То ли издеваясь, то ли из крайнего уважения к искусству.

Надо признать, при всей своей невнятной, даже отталкивающей внешности талант к красоте у Маляра был от Бога.

Лично Петюня Малерийкин был ростиком три с половиной табуретки, с рябой страшной харей и косоватыми глазками, битым носом, взлахмоченой белобрысой шевелюрой и прочими достоинствами гаражного мачо. Однако, когда речь заходила об истинной красоте, равных Маляру отыскать было невозможно. Тачилы и байки, выходившие из-под кисти Пети Малерийкина, были не просто прекрасны — они были, блин, БОЖЕСТВЕННЫ. Серые полуржавые монстры, грустно заползавшие в «Наш-ангар» на авторемонт и тюнинг, выходили оттуда покрытые арабской вязью и рунами. На них расцветали фантастические цветы и пейзажи. Парили драконы и единороги. Крались за добычей белые медведи и африканские львы! Всё это Маляр создавал без компьютера и графических программ — собственными руками, талантом и самогоном. В нынешнем бесцветном серо-буро-малиновом веке, на бесконечных равнинах планеты-помойки, Маляр был почти единственным гением, создававшим прекрасное среди ужасного, чудное среди жуткого, живое среди руин.

Собственно, в основном из-за Малерийкина в мастерню двух приятелей тянулись заказчики от заобских окраин до центральных кварталов сдохшей и разлагавшейся столицы Сибири.

В отличие от криворожего напарника, Калмыш, напротив, имел рожу симпатичную, а с творчеством — отношения сложные. Ибо считал, что механик подобен трактору, и лишь тот, кто пашет с утра до вечера, способен добиться в этой печальной профессии не печального результата.

Впрочем, в данный конкретный вечер, испорченный, как поминалось выше, мрачностью туч и ожиданием мерзкого ливня, Калмыш возился с явлением не вполне заурядным, творческим и даже, можно сказать, требовавшим от него частицы креативного осмысления. На столе под руками мастера сопел и постанывал акватиновый двигатель, тот самый, что использовался в основном за пределами руинированного Новосиба-Наукограда, в далеком процветающем Киеве, Берлине и прочих мировых притонах. Мерный гул ультрасовременного движка усыплял уставшего за день техника, продолжавшего затягивать установочные болты на раме агрегата. Основная работа, требовавшая участия интеллекта была сделана, и сейчас Калмыш ковырялся сугубо на автомате, выполняя механические действия, почти не участвуя в них разумом. Шума от работающей модели было немного. Особенно, если сравнивать с углевдородными моторами прошлых столетий. Равномерное гудение навевало тягостную дремоту. Калмыш клевал носом, то и дело рискуя упасть на собственный стол с уникальным силовым агрегатом и выронить отвертку. В промежутках между носовым заныриванием в сторону акватинового движка, пацану снилось море, которое он никогда не видел, мамуля и батя (неизвестные даже в больше степени нежели море), а также прочие захватывающие интригующие объекты.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.