«Дирежаблестрой» на Долгопрудной: 1934-й, один год из жизни

Белокрыс Алексей М.

Серия: Международный полярный год [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
«Дирежаблестрой» на Долгопрудной: 1934-й, один год из жизни (Белокрыс Алексей)

Данное издание охраняется в соответствии с законодательством РФ об авторских и смежных правах.

Любое использование материалов данного издания без письменного разрешения издательства запрещается.

От автора-составителя

Современный подмосковный город Долгопрудный вырос из небольшого посёлка «Дирижаблестроя» – предприятия по строительству и эксплуатации дирижаблей, разместившегося в начале 1930-х годов у железнодорожной платформы Долгопрудной Савёловской железной дороги.

Центр советского дирижаблестроения просуществовал здесь меньше 10 лет – до 1940 года, когда на всей советской дирижаблестроительной программе был поставлен крест. Но созданная на Дирижаблестрое промышленная база оказалась вполне пригодна для организации производства разнообразной военной техники. Завод и посёлок продолжили жить собственной жизнью, росли, вбирали в себя окрестные сёла. С 1957 года Долгопрудный стал городом – сначала районного, а затем областного подчинения.

К сожалению, сегодня о Дирижаблестрое, как и об истории отечественного дирижаблестроения, знают мало. И ещё меньше – о повседневной жизни тогдашних обитателей посёлка. Здесь предпринята попытка восполнить этот пробел с использованием материалов местной прессы, а она весьма подробно освещала как вопросы изготовления воздушных кораблей, так и самые незначительные, на первый взгляд, житейские мелочи. Временные рамки ограничиваются 1934 годом. В это время предприятие называлось Научно-исследовательским комбинатом по опытному строительству и эксплуатации дирижаблей Главного управления гражданского воздушного флота (ГУ ГВФ) при Совнаркоме СССР [1] .

Год 1934-й выбран не случайно. В недолгой летописи Дирижаблестроя он наполнен рядом примечательных событий – успехами и неудачами в деле постройки дирижаблей, важными вехами истории будущего города.

В январе начала выходить дирижаблестроевская многотиражка, орган политотдела и профсоюзного комитета Дирижаблестроя – газета «Советский дирижаблист». Именно её статьи, заметки послужили источником большей части сведений, приведённых в книге.

Далее, в марте группа воздухоплавателей с Долгопрудной с дирижаблями В-2 и В-4 отправилась на Дальний Восток, где приняла участие в героической эпопее спасения экипажа парохода «Челюскин», за которой следил весь мир. Летать им там не пришлось: челюскинцев сняли со льдины раньше. И это, думается, к лучшему: полёты в краю арктических ветров и метелей, без точных карт, оборудованных баз и стоянок, скорее всего, окончились бы трагически.

Во второй половине года Дирижаблестрой выпустил два новых дирижабля, на тот момент самых больших в Советском Союзе. Это В-7 «Челюскинец» объёмом 9,5 тыс. куб. м и В-6 «Осоавиахим» [2] кубатурой 20 тыс. куб. м. К несчастью, оба эти корабля погибли. Даже не успев подняться в воздух, сгорел прямо в деревянном заводском эллинге только что построенный В-7. А судьба В-6 окончилась в начале 1938 года роковым столкновением с горой в районе Кандалакши.

Специально для гиганта В-6 выстроили первый на Дирижаблестрое и самый большой в СССР металлический эллинг. В ходе строительства этого корабля дирижаблестроители овладели техникой сварки хромомолибденовой стали, ввели ряд других технологических новаций.

Летом в посёлке комбината заложили первый пятиэтажный кирпичный дом для ИТР [3] , которому будет суждено простоять без малого 70 лет. Сейчас на месте снесённого здания – новая жилая многоэтажка, дом № 9/4 по улице Первомайской. В этом же году построили и частично заасфальтировали приличную дорогу, соединившую посёлок с Дмитровским шоссе.

Наконец, под Новый год, в декабре на Долгопрудной прошли первые выборы поселкового совета.

А параллельно шла обычная жизнь. Строились бараки и типовые («стандартные») жилые дома. Работали столовые и магазины, баня и парикмахерские. Несколько сотен ребятишек ходили в поселковую школу. Их родители, организовавшись в драмкружок, давали «Коварство и любовь» Ф. Шиллера, а по праздникам в посёлке играл самодеятельный духовой оркестр. Надеюсь, что и эта сторона той жизни, от которой сегодня нас отделяет уже три четверти века, окажется интересной нашим современникам.

Ощущение всеобщей бытовой неустроенности, которое появляется по прочтении жалоб в газету и критических заметок, во многом соответствует действительности. По нынешним меркам, жили бедно и трудно. Подчас не хватало самого элементарного – хлеба, керосина, обуви, одежды. Жили в тесноте: посёлок Дирижаблестроя, возникший на пустом месте, не поспевал за семимильными шагами производства. Несмотря на это, можно утверждать: для многих дирижаблестроевцев то было время надежд, зримых успехов советского народа, причастности к большому и важному общему делу, устремлённости в будущее. А быт, думалось, скоро наладится.

Оценивая публикации, надо учитывать и то, что газета в СССР в то время была и инструментом пропаганды положительных примеров, и местом для обличения всяческих безобразий. В газету жаловались. И такая жалоба порой оказывалась действеннее, чем многодневное обивание начальственных порогов. Зарвавшегося бюрократа после серьёзной критической публикации могли уволить, исключить из партии. Потому-то газетные страницы пестрели не только бодрыми передовицами, но и «острыми сигналами».

Несколько замечаний в заключение.

Во-первых, я не претендую на строго систематическое изложение событий. Напротив, сугубо производственная хроника намеренно перемежается характерными бытовыми зарисовками.

Второе: книга – не связное повествование и уж тем более не история Дирижаблестроя или Долгопрудного, а только подборка газетных публикаций с небольшими комментариями. Мозаичная картинка, что обусловлено самим характером исходного материала.

Наконец, предупрежу вероятные упрёки в тенденциозности: идея создания какой-либо «объективной картины» была отвергнута с самого начала, и жизнь показана так, как она представала на страницах газет.

В исходных текстах были исправлены явные опечатки, внесены небольшие грамматические правки и расшифрованы некоторые сокращения, без чего смысл сообщений за давностью лет мог бы оказаться непонятен современному читателю.

В именном указателе кто-то из нынешних долгопрудненцев, возможно, найдёт имена своих предков – жителей Дирижаблестроя.

Выражаю глубокую признательность Сергею Мартынову, составителю «Энциклопедии Долгопрудного» (www.dolgoprud.org), за предоставление большей части фотоматериала, которым проиллюстрирована книга. Почти все эти снимки сохранились в архиве старейшего российского воздухоплавателя Е. М. Оппмана. Другие источники иллюстраций указаны в подписях к ним. За бескорыстную помощь в подготовке книги к изданию также благодарю Антона Алябьева, мою супругу Елену, Глеба и Дмитрия Белокрысов.

Январь

С чем вошли в 1934-й

Первые дни наступившего года на Дирижаблестрое были совсем не безоблачными. Гулять и праздновать особо не приходилось.

Комбинат хронически выбивался из графиков постройки новых дирижаблей. Затягивался и ремонт кораблей, изготовленных ранее. Дирижаблестроение оказалось вовсе не такой простой наукой, как это казалось поначалу. Не хватало нужных материалов, инструментов, оборудования. Не было элементарного опыта организации работ. Проектно-конструкторские решения не поспевали за жёсткими сроками, спущенными сверху, а квалификации рабочих часто не хватало, чтобы воплотить инженерную мысль в готовых изделиях.

Курировать научно-практическую часть советской дирижаблестроительной программы в 1931 г. пригласили именитого итальянского конструктора дирижаблей и воздухоплавателя Умберто Нобиле. Вместе с ним на Долгопрудную прибыло ещё несколько итальянских специалистов-инженеров, занявших различные должности на Дирижаблестрое. Однако эта «инъекция» передовой научно-технической мысли не могла кардинально изменить общего положения дел.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.