Слезы некроманта

Одиссева Пенелопа

Серия: Сказки, в которые верю [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Слезы некроманта (Одиссева Пенелопа)

Пролог

Пепел кружился грязными хлопьями и не спешил оседать на землю, в горле ощутимо першило. Ужас заключался в том, что меньше десяти минут назад эти хлопья были живыми людьми, со своими мыслями и надеждами. Родовой замок Шаритов сгорел за секунды, теперь на его месте в воздухе парило серое облако.

Колт в бессильной ярости упал на колени посреди пепелища. Он слишком поздно узнал и не успел, не остановил удара. Пепел – все, что осталось от его семьи и дома. В беззвучном танце серых хлопьев ему мерещились лица отца и матери, сестренка, старая кормилица. Неразличимым эхом слышались их радостные голоса, лай гончей Глеты, цокот лошадиных копыт по булыжникам двора… Смертельный огонь, пущенный из катапульты, не оставил даже камня, превратив в мертвую пыль замок и его обитателей.

Горячая земля под коленями сотрясалась в отзвуках отступающей армии симарцев, и ветер донес до Колта хлопки открывающихся телепортов.

- Будьте вы прокляты, - простонал он сквозь стиснутые зубы и оперся о землю руками, опустив голову.

Он стоял так долго, пока равнодушное солнце не скатилось к горизонту за зеленые холмы. Симарцы давным-давно ушли, наверное, сейчас праздновали окончание похода. Король Симарии, Диглепт, жестоко покарал магов-изменников короны. Колт догадывался, почему на него обрушился гнев короля: Лючия Лаит, вероломная и злопамятная тварь, могла соврать мужу о некоторых запрещенных опытах в родовом замке Шаритов, а тот, будучи советником Диглепта, нашептал королю. Гнездо подлых тварей! Знал бы он, что отвергнутая Лючия способна на предательство – уничтожил бы её прямо тогда, в коридоре дворца! Бесстыжая хотела одновременно жить с богатым и влиятельным мужем, и в то же время крутить роман с придворным магом.

- Сучка, ты дорого заплатишь за смерть моей семьи, клянусь! Ты будешь умирать долго и мучительно, и муженек составит тебе компанию на тот свет!

Колт поднялся на ноги и вытер слезы. Ярость улеглась в его душе, свернулась змеей и приготовилась выжидать своего часа. Месть. Это слово грело заледеневшее сердце, иссушало беззвучные слезы на щеках. Они обвинили светлого мага в черных делах? Что ж, он зря наказан? И его семья погибла зря? Не-е-ет, он займется тем, за что его причислили к изменникам. Светлого мага Колта Шарита больше нет. Они назвали Колта черным магом, некромантом? Да будет так!

Несколько лет спустя

- Леди Эльвина, отец зовет вас, - с грустью сообщила няня, и я поняла, что это конец.

Отец умирает.

Впрочем, это его естественное состояние, не помню его или мать не умирающими.

Давным-давно их проклял очень сильный некромант, и сколько не пытались избавиться от проклятия, ничего не получалось. Когда-то отец был советником короля, важным человеком в Симарии, а моя мать считалась первой красавицей (после королевы, разумеется). Это было очень давно, до моего рождения. Их прокляли, когда мне было года три, не больше. Из-за постоянных мучений, болей и приступов слабости, родители мало обращали на меня внимания, предоставив заниматься мной няне и слугам.

Я росла проказливым и непослушным ребенком, сейчас, вспоминая некоторые свои выходки, стыжусь себя. Однажды по моей вине погиб человек: тайком подрезала жилы на воротах стойла самого буйного коня в конюшне, и тот затоптал бедного конюха. Я сидела на балках под крышей конюшни и поначалу хохотала над мечущимся под копытами, а потом вдруг поняла, ЧТО наделала, и заорала. Сбежались слуги, но конюху ничем нельзя было помочь.

Когда заплаканную меня привели к отцу в кабинет (а тогда отец еще мог сидеть), он очень разозлился, долго кричал, до крови из горла. Мать потом сказала, той ночью он чуть не умер. Родители решили заняться моим воспитанием: отослали в закрытую школу для девочек. И забыли о дочери.

«Обитель роз» славилась умением усмирять и воспитывать. С помощью розог, и строгого поста. Благодаря им, фигуры воспитанниц всегда оставались подтянутыми и стройными, даже в мешковатой форме. Воспитанницы обители считались в аристократическом обществе лучшими женами: красивыми, тихими и покорными.

Мне нечего вспомнить о тех десяти годах, пролетевших за высокими стенами школы. Все они слились в один долгий и беспросветный день: темная келья, длинные выскобленные столы столовой, класс с черной грифельной доской, розги, замоченные в кадке около учительского стола. Я не завела подруг, впрочем, как и врагов. Девочки, учившиеся со мной, происходили в основном из обедневших аристократических семей. Я считалась среди них самой знатной, а потому белой вороной, изгоем. Нет, они не подшучивали надо мной, но и не звали в свой круг общения. Что мне оставалось? Выплакав слезы по бедным родителям, по несчастной себе, я смирилась и окунулась в учебу. Книги, занятия, конспекты, библиотека… Изредка, после посылок из дома, вышивка и вязание, пока не кончатся нитки и ткани.

Позже няня показала внушительный сундук в маминой гардеробной, доверху наполненный моим даже нераспакованным рукоделием. Десять лет…

И каждый год, каждый день слышать от других, что твои родители умирают. Поневоле станешь равнодушно относиться к таким вещам.

Мать умерла, не дожив дня до моего совершеннолетия. Слуги, посланные за мной, очень спешили, и половина милых сердцу вещей так и осталась в обители. Несмотря на первые заморозки, добрались до замка Лаитов довольно быстро, не иначе домоправитель выделил магические подковы для лошадей.

Конечно, никто и не вспомнил о дне моего рождения. Не поздравил, не подарил подарка… Я и не надеялась.

И вот через три дня после похорон матери за ней отправляется отец. Лекари облегченно разводят руками, кажется, им самим надоела бесполезная пятнадцатилетняя война с проклятьем.

- Леди Эльвина, где же вы? – Няня повторно заглянула в комнату, вырвав меня из оцепенения.

- Иду, - я поспешно поднялась и поспешила в спальню отца, придав лицу скорбное выражение.

В спальне, как и всегда, царил полумрак. Тусклый свет настенных светильников освещал восковое лицо мужчины, являющегося моим отцом. Почему я говорю подобные неуважительные слова в адрес родителей? Горько признаваться, но они были и навсегда остались чужими и далекими людьми, от которых я не получила и капли душевного тепла. В те редкие минуты, когда болезнь отступала, отец с матерью предпочитали ругаться и выяснять, кто виноват в проклятии больше: он или она. Пожалуй, их крики и вопли – одно из самых ярких воспоминаний моего детства о семье.

Бывший советник короля выглядел жалко. Скелет, обтянутый кожей. Запах тления, витавший в воздухе, напоминал о фамильном склепе, куда уже отнесли тело той, что считалась моей матерью.

- Ближе, - прохрипел полутруп, вращая белками запавших глаз.

Содрогнувшись от отвращения, склонилась над отцом. Кроме меня в спальне находился лекарь Сипарк и нотариус Соражес. Остальные лекари и маги разъехались еще после похорон матери.

- Я советник Диглепта, - вновь раздался его хрип, - должность наследственная. Во время болезни меня заменяет безродный Робер, ты выйдешь за него, дашь свою фамилию и родишь наследника мужского пола в течение пяти лет, чтобы сохранить наш род при короле…

Дар речи вернулся ко мне не сразу. Потрясенная, склонялась над лицом отца и замечала очертания его черепа, тонкие вздувшиеся вены на шее. Он не может заставить меня! Я совершеннолетняя!

- Отец, не понимаю…

- Тупая безмозглая девка! – Неожиданно громко вскричал полутруп, и сразу же испустил дух.

За моей спиной послышался вздох облегчения. Сипарк подошел к телу, пощупал пульс и констатировал смерть. Нотариус приложил к губам покойного магическое свидетельство, заверив слова лекаря.

- Господин Соражес, мой отец видимо был не в себе…

- Нет, леди Эльвина, вот документы, ознакомьтесь.

Соражес протянул незапечатанный конверт. В нем оказалось два листа стандартного магического договора, с соответствующей гербовой печатью отца и неизвестного мне Робера. По этому документу я должна была выйти замуж за Нейта Робера и выполнить условия отца, или добровольно заточить себя в башне Отверженных.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.