Вольные города

Крупняков Аркадий Степанович

Серия: Гусляры [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Вольные города (Крупняков Аркадий)

ОТ АВТОРА

О миролюбии советского народа знают все честные лю­ди земли. Шестьдесят лет назад Великая Октябрьская со­циалистическая революция подписала свой первый закон — Декрет о мире.

История знает множество примеров, когда русские ра­ти приносили мир не только своему народу, но и странам Европы. Даже в самые тяжелые времена воины Росси» брали в руки меч только тогда, когда враг отвергал все мирные предложения.

В этой книге читатель узнает еще об одном периоде из истории государства Российского, когда русские люди освободились от страшного ига Золотой Орды. Единение всей страны, усиление ее мощи, мирные договоры с сосе­дями, дальновидная дипломатия помогли Московии изоли­ровать орды кочевников, выстоять в борьбе с завоевате­лями.

Я в меру своих сил хотел показать читателю, что все, основанное на жестокости, человеконенавистничестве в войне,— обречено на гибель.

Оформление художника Б. А. А Р Ж Е К А Е В А

Глава первая

В КАФЕ

Будьте здоровы и пребывайте с богом, гости Кафы.

Надпись на главных воро­тах крепости

...пограбили, да сколько гостей моих перебили в Кафе и животов на многое тысяч рублей взяли...

«І*«4

Из наказа Ивана III послу, едущему в Кафу

ПОСОЛЬСТВО ТОРГОВОЕ

икита Чурилов решил выехать в Кафу. Раз-

— ве мог отец усидеть дома, надеясь на- фря- гов? Купец понимал, что сам он у татар ничего узнать не сможет, а вот боярин из Москвы— другое дело. И он поехал к Беклемишеву. Но боярина в Кафе не застал — тот, неведомо для чего, снова укатил в Мангуп.

— Ой, больно некстати,— сказал Никита Се­мену — сыну.— Я тут изведусь, его ждавши.

— А ты не жди,— посоветовал Семен.— Раз Гуаски обещались у татар искать — пусть ищут. А ты съезди-ка в ватагу. Не туда ли она сбежа­ла? Не к атаману ли своему?

— Полно тебе пустое городить. Ежели бы к нему — зачем одежонку на берегу бросать.

— А посуди-ка, батя, сам: не найди ты ее платье у мрря, мыслишка эта в первую очередь у тебя в голове появилась бы. Верно ведь?

— Это, пожалуй, так.

— И ты немедля бы погоню за беглянкой послал?

— Вестимо, послал бы.

— Вот этого-то она и боялась. Хитрости на­шей Ольгуньке не занимать стать. Ты меня понял?

— И то верно,— решительно сказал Никита и, быстро собрав­шись, вышел во двор. Там растолкал заспанного конюха и прика­зал седлать пару лошадей.

— И сам соберись. Поедешь со мной.

— Далеко ли?

— В лес, за грибами.

Спустя полчаса подъехали они к Охотничьим воротам города и, Оросив стражнику горсть медных монет, выехали на дорогу.

Тихо в ряд шагают кони. Никита опустил голову, молчит. Мыс­ли все о дочери, невеселые. Правильно ли сделал он, решив от­дать ее за фряга? Может, тот разбойник — ее судьба? Может, позд­но едет он в его шайку. Надо бы раньше пойти к нему, позвать в свой дом, сделать зятем. Парень, наверно, с головой — неспроста ватагу водит. Может, был бы помощником лучше не надо. И нян­чил бы Никита внучонка. «Дай бог только найти дочь,— думал Никита,—гневаться на атамана не буду — позову к себе. А то вос­стал я против судьбы, что бог дочери уготовил, оттого и несчастья пошли. Всевышнему противиться не буду». На том и порешил Чу- рилов.

Весь день проездил Никита по дорогам и горным тропинкам в надежде найти ватагу. Дороги были пустынны, горы безмолвны. Нигде ни звука, ни огонька, ни одной живой души.

После полуночи заморосил дождь. Усталые и вымокшие до нитки всадники спешились и решили отдохнуть.

С горных вершин вместе с туманом сползал в низины рассвет, дождь перестал. Слуга достал кресало, выбил искру и запалил ко­стер. Над деревьями поднялся столб белого дыма.

Разделись всадники, решили высушить одежду.

Вдруг в стороне хрустнули под чьей-то ногой сучья, ветки ку­стов раздвинулись, мелькнуло чье-то бородатое лицо. Никита вско­чил, схватился за рукоятку клынча[1], слуга даже и встать не успел. Кругом в кустах затрещало, со всех сторон к костру выскочили люди, схватили Никиту и слугу его, быстрехонько связали.

Один из разбойников (а в том, что это были они, Никита не сомневался) протиснулся к Чурилову, пристально вгляделся в его лицо, весело заорал:

— Кого вы, аспиды, связали?! Ого-го-го! Никита Афанасье­вич, ты?

Он крепко прижал к себе купца, потом сорвал с рук Никиты веревку.

— Ну, не узнаешь? Покупку свою не признал.

— Неужели Ивашка?

— Кто же еще! — они снова обнялись и трижды поцеловались.

— Молодым тя помню, а теперь бородища,— оправдывался

Никита.

— Да и сам ты поседел! Какая болесть занесла тебя сюда?

— В гости к тебе пожаловал. Рад не рад, принимай. Рядом жи­вешь, а не позовешь. Хорошо ли это?

— И верно, нехорошо,— согласился Ивашка.— Давно бы надо встренуться. Как Ольга поживает?

— Разве она не у вас? — в голосе Никиты прозвучало отчая­ние. Ивашка удивленно посмотрел на него. «Наверное, Васька девку уволок»,— мелькнула догадка.

— Может быть, она и у нас. Я более недели в ватаге н-е был, что там творится — не знаю.

— Ну так поедем скорей,— заторопился купец и вскочил на коня.

Ивашка пошел впереди, всадники — за ним. Недалеко видне­лась широкая тропа, на ней Чурилов увидел шесть лошадей. Люди мели их в поводу, через седло каждого коня переметнута пара ту­гих мешков. Он окинул быстрым взглядом мешки и тихо спросил у Ивашки:

— Награбленное, поди?

— Ты што! Да у нас за это голову снимут. Боже упаси... Гра­бежом не промышляем. А в мешках соль. Сами добыли для хо­зяйства.

— Чем же вы живете, если не грабите?

— Чем бог пошлет. Охотой промышляем, тем да сем. Летом и лесу с голоду не умрешь. На зиму вот солонинки заготовим. Не­ма ром соль везем.

— Ишь ты... — Никита что-то хотел сказать, но промолчал. Потом спросил: — Атаман ваш, Сокол, что за птица?

— Погостишь у нас — сам увидишь.

* * *

В ватаге Никиту успокоили. Сказали, что Ольга жива и здорова, вызволил ее фряг ди Гуаско и находится она в Кафе, в надеж­ном месте. Атаман и фряг уехали в город и не сегодня-завтра при­жмут Ольгу сюда.

Но прошло трое суток, Сокол не возвращался. Никита сильно ыгоревал, еще более забеспокоился Ивашка.

Уж не случилась ли беда? Грицько-черкасин передал наказ ата­мана — ждать его пять дней. Если на пятые сутки Василько не вернется, надо выручать. И хоть сегодня шли только четвертые сутки, Ивашка решил немедля ехать в Кафу. Искать атамана по догово-

ости надлежало в кабачке «Музари», недалеко от крепости.

Там ждать Ионашу или самого атамана.

Ивашка нарядился в самые лучшие одежды, какие нашлись в ватаге (чтобы сойти за слугу купца), и вместе с Никитой выехал в город.

В пути Чурилов был весел и доволен. Словно в другом мире побывал сурожоюий купец. С каким наслаждением слушал он гу­сельную родимую игру. В памяти всколыхнулись молодые годы, зеленые весны, душевные песни. Сколь переговорено с дедом Слав­ко! Много хорошего и он рассказал Никите о Соколе, о ватаге. Удивило Никиту— как люди в такой страшной нужде в грабеж и разбой не ударились. Ведь сколько ни тянись, видно — люди впро­голодь живут, не одеты как следует и не обуты и все равно в во­ровство не пустились.

Честные, сильные сердца! И атаман их, должно быть, стоящий человек, если держит ватагу в узде.

Жил Никита в Суроже, о злодействах ди Гуаско знал понас­лышке. Мало ли злых дел люди творят на земле. Но то, что рас­сказала ему Полиха, ужаснуло его. Не осудил, а похвалил про се­бя он Сокола за то, что заступился тот за угнетенных, а злодеев припугнул.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.