Когда я был мальчишкой

Сергеев Леонид Анатольевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Когда я был мальчишкой (Сергеев Леонид)

Праздники

Когда я был мальчишкой, я любил праздники. На праздники всегда дарили подарки. А родственников у нас было много, и подарков мне дарили целую кучу.

Я любил все праздники в календаре. Дни рождения всех родственников и их именины. Дни рождения друзей, приятелей и просто знакомых. И знакомых моих знакомых.

Больше всего я любил свой день рождения и бабушкины праздники, потому что их было много.

Сами праздники меня мало интересовали. Обычно я и не замечал, как они проходили. Все веселились, танцевали, а я сидел в углу, ждал подарков.

Когда я немного подрос, то заметил, что праздников слишком мало, и я решил сам придумать несколько праздников. Так я придумал праздники всего первого: первого дождя, первых грибов и ягод, первых щей из свежей капусты и многие другие. Придумал праздники всего хорошего: хорошей погоды, хорошей книги, хорошей отметки.

Придумал неинтересный праздник: прополку огорода и грустный праздник: конец каникул.

О праздниках я сообщил родственникам, и они приносили подарки. Если кто-нибудь из родственников приносил плохой подарок, я его стыдил или не брал подарок вообще, чтобы в следующий раз он дарил более ценные вещи. А когда однажды дядя забыл про подарок, я не разговаривал с ним целую неделю.

Скоро я навыдумывал столько праздников, что их нужно было справлять почти каждый день. С утра, как только я просыпался, я выдумывал себе праздник. Родственники возмущались:

— Ты бездельник! — кричали они. — У тебя не жизнь, а сплошные праздники. Займись делом! Иначе из тебя ничего не выйдет. Ты будешь „ни с чем пирог?“

Но заняться делом я не мог. У меня постоянно было праздничное настроение. Не успевало закончиться одно торжество, как начиналось другое. Но чем больше было праздников, тем хуже становилось моё настроение. Я уже устал от праздников и хотел пожить без них. Но я уже навыдумывал их слишком много. Были даже дни с несколькими праздниками сразу. И тогда я придумал праздник отдыха от праздников.

Однажды, после очередного праздника, я вышел погулять на улицу и случайно забрёл в мастерскую к кузнецу дяде Толе. В мастерской было шумно, и от горна било жаром. Дядя Толя раздувал мехами огонь. Потом брал щипцы, вынимал из пламени белое раскалённое железо и нёс его, рассыпая искры, на наковальню, и бил по нему молотком, и оно становилось мягким, как глина.

— Заходи, заходи! — закричал мне дядя Толя, как только я заглянул в дверь. — Хорошо, что пришёл! Мне как раз нужен помощник. Держи-ка щипцы!

Я подбежал к наковальне и схватил щипцы руками. А дядя Толя ударил по железной болванке несколько раз молотком, и болванка превратилась в подкову.

— Теперь давай зачищай вот эти прутья, — сказал дядя Толя. — А я сделаю обруч для бочки. — Дядя Толя положил передо мной ржавые железные пруты, дал напильник и показал, как надо зачищать.

— Из них мы сделаем много разных вещей, — сказал дядя Толя. — Засовы, обухи, лапки, молотки.

Я стал зачищать, водить напильником по прутьям. На пол посыпались опилки, мелкие, как мука. Вначале оранжевые, потом серебристые. Зачистив с одной стороны, я переворачивал пруты и зачищал с другой. А рядом, на наковальне, стучал молотком дядя Толя и кричал мне:

— Давай, давай, работай!

И я работал. Напильник нагревался и жёг руки, пот градом лил со лба, но я всё зачищал и зачищал. Я очень старался. Ещё бы! Столько полезных вещей из каких-то обыкновенных прутьев, и сделаем эти вещи мы с дядей Толей вдвоём, он и я.

Когда я зачистил все пруты, они блестели, как зеркало.

— Из тебя выйдет отличный мастер! — сказал дядя Толя и крепко пожал мне руку.

— Дядь Толь! — попросил я. — А можно, я завтра опять приду?

— Конечно, приходи! И пораньше! — засмеялся дядя Толя и хлопнул меня по плечу.

Весь вечер мне хотелось веселиться и петь и делать что-нибудь необыкновенное. И это был самый лучший праздник. Праздник без подарков.

Вопросы

Когда я был мальчишкой, я очень много задавал вопросов. Меня интересовало всё. Почему светятся светляки, почему тёплое молоко с пенками, почему у царевны в книжке глаза, как звёздочки, почему нельзя поймать ветер, почему одна лягушка ловит комаров, а другая сидит под лопухом и зря тратит время.

И каких людей больше — хороших или плохих, и кто что любит больше: папа пиво, или сестра куклу, или Ника стрелять из рогатки, или козлик траву.

Я был очень любознательный. В школе я был членом всех обществ и кружков. Был в обществах юннатов, пчеловодов, цветоводов, садоводов и огородников. Был членом кружков: „Умелые руки“, „Хочу всё знать“, „Сделай сам“. Был членом всех спортивных секций и состоял в театральном клубе.

И везде был самым активным. Я везде успевал. Я был очень способный. Все ребята меня уважали. Потому что я задавал им трудные вопросы.

Например, захожу в общество натуралистов, а там Вовка Перцов. Сидит, накалывает мотыльков на доску. Я подхожу и задаю ему ехидный вопросик:

— Почему мотыльки летят на свет?

— Почему? — спросит Вовка и посмотрит на меня.

А я ничего, стою, улыбаюсь загадочно, как будто знаю почему.

— Вот в том-то и оно, почему? — говорю. — Я-то знаю. Это ты скажи. Ведь ты их ловишь.

Вовка покраснеет, потом начнёт тереть лоб, станет думать, ломать голову. А я иду в другое общество.

На другой день Вовка сообщает мне, что мотыльки принимают свет за солнце. Только скажет, а я ему бах! И ещё парочку вопросиков:

— А почему они не летят без пыльцы, и куда они улетают на зиму?

Вовка разинет рот и уходит, совсем ошарашенный. Так я задаю Вовке вопросы, пока он не узнает всё интересное про мотыльков и не расскажет мне. Тогда я переключаюсь на другого приятеля. И так в каждом обществе, кружке и секции.

Однажды я заглянул в кружок рисования и встретил там Женьку Монина. Он делал рисунки к какой-то сказке. Я подошёл, посмотрел.

— Ну, скажи, — говорю, — почему в одних сказках медведь добрый, а в других злой?

— Так медведи разные бывают, как люди, — усмехнулся Женька и продолжал рисовать.

— Так! — сказал я. — Ну, а кто сильнее — слон или тигр?

— Каждый по-своему, — ответил Женька. — Они же не нападают друг на друга. Тигр задирает антилоп, а слон поедает листья.

Я замолчал. Какой бы, думаю, ещё вопросик ему задать потруднее. Потом подумал и спросил:

— Ну, а про змей ты что-нибудь знаешь?

— Знаю! — сказал Женька.

— Ну, почему гремучая змея называется гремучей?

— Потому что у неё на хвосте растут кольца, которые гремят, как погремушки.

Я хотел задать Женьке новый вопрос, но он вдруг спросил:

— А вот ты скажи. Что такое изюм?

— Как что? Ягода!

— Нет, — улыбнулся Женька. — Это сушёный виноград.

— А у какого растения самые большие листья? — снова спросил Женька.

— У лопуха.

— Нет, — засмеялся Женька. — У цветка Виктория на Амазонке.

— А у каких животных есть реактивные двигатели? — снова спросил Женька.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.