Всем парням, которых я когда-либо любила

Хан Дженни

Серия: Всем парням, которых я когда-либо любила [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Всем парням, которых я когда-либо любила (Хан Дженни)

Пролог

Мне нравится собирать и сохранять разные вещи. Конечно, не такие важные, как киты, окружающая среда и тем более люди. Это просто безделушки, глупые вещички. Колокольчики из фарфора, которые можно купить в любом сувенирном магазине. Формочки для выпечки, которые, уверена, никогда не будут применены по назначению, ведь, серьезно, кому нужны печеньки в форме ног? Ленточки для волос. Любовные письма... Думаю, из всех моих «сокровищ», любовные письма имеют для меня наивысшую ценность.

Я храню их в бирюзовой коробке из-под шляпы, которую когда-то мне купила мама в винтажном магазинчике в центре города. Нет, эти письма были адресованы не мне. Увы, таких в моей коллекции нет. Эти письма я написала сама. По одному для каждого парня, которого я когда-либо любила. Всего их было пятеро.

Каждое послание я пишу предельно откровенно, словно получатель никогда его не прочтет. Ведь так оно и есть, этого никогда не произойдет. Все, что таится у меня в сердце – каждая потаенная мысль, каждая подмеченная мной деталь – я отдаю бумаге. Излив душу, я запечатываю конверт, пишу адрес… и убираю в бирюзовую коробку из-под шляпы.

На самом деле мои письма едва ли можно назвать «любовными». Я их пишу, когда больше не хочу любить. Они символизируют прощание с моими чувствами, потому что после их написания я больше не нахожусь во власти всепоглощающей любви. Я могу спокойно есть хлопья, не задаваясь при этом вопросом: любит ли он, как и я, бананы больше «Чириоуз». Могу напевать песни о любви, не посвящая их ему. Если любовь подобна одержимости, то, возможно, мои письма своего рода ритуал экзорцизма – избавления от чувств и страданий. Они освобождают меня. Или, по крайней мере, должны…

1

Джош – парень Марго, однако, полагаю, не будет ложью, если скажу, что в него влюблена вся моя семья. Даже трудно сказать, кто сильнее. Кажется, что он всегда был с нами, хотя это не так (он переехал в соседний дом всего пять лет назад).

Папа, окруженный одними девчонками, любит Джоша просто за то, что он парень. И я говорю совершенно серьезно, папа целыми днями крутится рядом с женщинами. Он – акушер-гинеколог, да к тому же отец трех дочерей. Жизнь папы можно охарактеризовать так: женщины, женщины и еще раз женщины. Ну и конечно, у них с Джошем имеются общие интересы: комиксы и рыбалка. Однажды отец пробовал и нас увлечь рыбалкой, однако, когда я разревелась из-за того, что испачкала обувь грязью, Марго из-за того, что намочила книгу, а Китти же просто так (в то время она была еще совсем маленькой), папа оставил эту затею.

Китти любит Джоша, потому что ему никогда не надоедает играть с нею в карты. Или, по крайней мере, он делает вид, что не надоедает. Они постоянно заключают друг с другом пари. Например, «если я выиграю следующую партию, тебе придется сделать мне румяный, хрустящий сэндвич с арахисовым маслом, да еще и без корочки». Такая уж у нас Китти. И как по наидревнейшему закону – закону подлости, она выиграет, дома не окажется арахисового масла, Джош скажет: «Как жаль, пожелай что-нибудь другое». Но тогда Китти будет изматывать его, пока он не побежит и не купит масло. Вот такой уж у нас Джош.

Почему Марго любит Джоша? Наверное, потому что мы все его любим.

Мы все расположились в гостиной. Китти сидит среди обрывков разноцветной бумаги и наклеивает картинки собачек на гигантский кусок картона, при этом мурлыча себе под нос: «Когда папочка спросит меня, что я хочу получить на Рождество, я покажу ему картинки и скажу, чтобы просто выбрал одну из пород и этого будет достаточно».

Марго с Джошем приютились на диване, я же лежу на полу и смотрю телевизор. Джош приготовил огромную миску попкорна, и я сосредоточенно уплетаю его горсть за горстью, пялясь в экран, где сменяется кадр и начинается реклама духов: девушка в платье цвета орхидеи, тоненьком, как папиросная бумага, бежит по улицам Парижа. Я бы все отдала, чтобы быть этой девушкой в тоненьком платьице, облетающей весенний Париж! И вдруг мне в голову приходит потрясающая идея. Я подскакиваю так резко, что даже давлюсь попкорном, и, откашлявшись, говорю:

– Марго, а давай во время моих весенних каникул встретимся в Париже!

Я живо представляю себя кружащейся с фисташковым пирожным в одной руке и малиновым в другой. Глаза Марго загораются.

– Думаешь, папа тебя отпустит?

– Конечно, это же путешествие в культурную столицу Европы! Ему придется меня отпустить. – Правда, я никогда прежде не летала одна. И даже ни разу не покидала страну. Встретит ли Марго меня в аэропорту или же мне придется самой искать дорогу до хостелу? В моей голове сразу же мелькает миллион вопросов.

Джош, должно быть, замечает, вероятно, отразившееся на моем лице смятение.

– Не волнуйся. Твой папа точно тебя отпустит, если я буду с тобой.

Я буквально начинаю сиять от радости.

– Да! Мы можем остановиться в хостеле и питаться одними пирожными и сыром.

– А еще мы можем посетить могилу Джима Моррисона, – добавляет Джош.

– Мы можем пойти в парфюмерную лавку и заказать наши личные ароматы, – восклицаю я. Джош фыркает.

– М-м-м, я абсолютно уверен, что «заказать наши личные ароматы» в парфюмерной лавке будет стоить столько же, сколько и недельное проживание в хостеле, – замечает он, затем слегка подталкивает Марго локтем. – А у твоей сестры мания величия.

– Из нас троих она самая требовательная, – соглашается Марго.

– А я? А как же я? – скулит Китти.

– Ты? – с издевкой подтруниваю я. – Ты самая неприхотливая из девушек Сонг. Мне приходится умолять тебя помыть хотя бы ноги на ночь, не говоря уже о том, чтобы принять душ.

Китти краснеет.

– Я не об этом, ты, тупица. Я спрашивала о Париже. Можно мне с вами?

Я небрежно отмахиваюсь:

– Ты еще слишком маленькая, чтобы останавливаться в хостеле.

Китти подползает к Марго и забирается к ней на колени, и это несмотря на то, что ей уже девять. Она слишком взрослая, чтобы сидеть на чьих-то коленях.

– Марго, ты же разрешишь мне поехать?

– Можем устроить семейный отдых, – отвечает Марго, целуя ее в щеку. – Ты и Лара Джин с папой, все могли бы поехать.

Я насупливаюсь. Это далеко не та поездка в Париж, которую я себе представляла. Поверх головы Китти Джош одними губами произносит: «позже поговорим». И я, незаметно для сестер, отвечаю ему, подняв большой палец вверх.

***

Позже вечером мы со старшей сестрой сидим на кухне. Джош уже давно ушел, Китти с папой легли спать. Марго сидит за компьютером, а я рядом с ней скатываю тесто в шарики, обмакивая затем их в корицу с сахаром. Сегодня, когда я зашла к Китти пожелать спокойной ночи, она отвернулась и не стала со мной разговаривать. Сестренка все еще твердо убеждена, что я попытаюсь помешать ей поехать с нами в Париж. Все знают, что Китти обожает печенье «Сникердудль». И мой план состоит в том, чтобы оставить печеньки на тарелке возле кроватки Китти, дабы она проснулась от аромата свежеиспеченного лакомства.

До сих пор Марго вела себя подозрительно тихо, и вот она неожиданно отрывается от экрана и выпаливает:

– Я сегодня рассталась с Джошем. После ужина. – У меня от такой новости из рук выпадает комок теста, приземляясь прямо в сахар. – Думаю, наше время истекло, – продолжает она.

Кажется, она даже не плакала: глаза не красные, голос спокойный и ровный. Никто, посмотрев на нее, даже не подумал бы, что что-то не так. Конечно, ведь Марго всегда выглядит на все сто, со стороны кажется, что у нее всегда все хорошо, даже если это не так.

– Не понимаю, почему? – допытываюсь я. – Твое поступление в колледж вовсе не означает, что нужно расставаться с парнем!

– Лара Джин, я уезжаю в Шотландию, а не в университет Вирджинии. Сэнт-Эндрюс почти в четырех тысячах миль отсюда. – Марго поправляет очки. – Какой был бы смысл в наших отношениях?

Алфавит

Похожие книги

Всем парням, которых я когда-либо любила

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.